— А ты перестань прикидываться, что дело только в этом, — бросил Виктор.

Вейра втянула воздух слишком резко.

— Заткнитесь!

Голос сорвался, ударил в потолок, отразился от металлических балок. Пальцы на рукояти дрожали так, что меч едва не выскользнул.

— Хватит, — повторила она уже тише. — Вы оба.

Тишина встала между ними.

Виктор отвёл взгляд первым.

— Вейра, — начал он.

— Не надо.

Вейра посмотрела на Лисандра. Его глаза светились опасным золотом. Дыхание было ровным, но глубже, чем обычно. Рука, которой он недавно держался за колонну, теперь лежала вдоль тела, и эта неподвижность почему-то пугала сильнее боли.

— Если так хотите трепаться, — сказала Вейра, — делайте это без меня.

Она выдернула меч из пола, развернула клинок и протянула рукоять Виктору.

— Тренировка окончена.

Виктор тихо выругался, но меч принял. Их пальцы соприкоснулись. Она быстро отдёрнула руку и пошла к выходу.

— Наёмница, — сказал Лисандр.

Она не обернулась.

— Вейра! — его голос эхом ударился о стены.

У границы зала Вейра замедлила шаг и на миг задержала взгляд на неровной трещине в стене.

Потом толкнула дверь. Та закрылась, отрезав их голоса.

Дверь ударилась о косяк. Лампа под потолком вспыхнула.

Вейра прошла к столу, не замедляя шаг. Перчатки слетели одним движением. Кожа под ними горячо пульсировала. На миг захотелось расцарапать её до крови, только бы выбить из неё этот чужой отклик.

В теле оставалась та же тяжесть, будто она всё ещё стояла там, в зале: белая стена с чёрной трещиной, пыль в воздухе, Лисандр на одном колене. Взгляд, который прошёл насквозь и всё ещё не отпустил.

Хватит.

Пальцы ударили по столу. На костяшках выступили розоватые полосы.

— Чёрт… — выдохнула Вейра.

Ладонь прошла по лицу, задержалась у губ.

В дверь постучали.

Вейра вздрогнула.

— Занято, — бросила она, не оборачиваясь.

— Тем более, — сказал голос за дверью. — Открой.

Она выдохнула, глядя в стол. Рука дёрнулась к щеколде.

Дверь приоткрылась.

В проёме появился Маркус. Лицо было спокойным, с привычной ленцой в глазах, но по линии плеч читалось напряжение.

— Ну что, уже можно заходить или ты ещё не закончила?

На миг захотелось ударить его — просто за голос. Вейра сжала зубы.

— Не смешно.

Она развернулась обратно к столу. Маркус прикрыл дверь.

У порога он задержался на миг, потом прошёл несколько шагов и остановился между койкой и столом так, чтобы видеть и её руки, и свежую вмятину в дереве.

— Столу-то за что?

— Не твоё дело.

Он скользнул взглядом по её костяшкам.

— Сапоги сними, — сказал Маркус. — А то сейчас ещё и пол добьёшь.

Ответ «не командуй» поднялся к горлу и там же остался. Сил на ещё один удар не было даже в голосе. Вейра фыркнула, села на койку и стянула сапоги. Камень под босыми ступнями встретил влажным холодом.

Маркус прислонился бедром к столу и положил ладонь туда, куда ударила она.

— Я в порядке, — сказала Вейра.

— Ага, — кивнул он. — Верю.

Она бросила на него острый взгляд.

— Маркус…

Он поднял ладони.

— Всё, молчу. Почти.

Вейра опустила глаза. На камне тянулись расплывшиеся следы от ступней.

— Он смотрит на меня… — сказала она, не поднимая головы, — как на вещь, которая рванёт в любой момент.

Брови Маркуса едва заметно дрогнули.

— Капитан? — спросил он.

Она ничего не ответила.

— И ты решила, что это ты его приложила к полу.

Сухость в горле резала. Слова пришлось выталкивать по одному.

— Сначала треснула стена, — сказала Вейра. — Потом треснет где-то ещё. У него, у меня. У тех, кто рядом. Хуже всего, что я не знаю, когда вырвется эта… дрянь.

Маркус криво дёрнул ртом. Рука его поднялась, будто он хотел коснуться её плеча, — и остановилась на полпути. Пальцы сжались в кулак и опустились.

Глаза жгло. Вейра быстро провела пальцами под веком. Только не перед ним, не сейчас.

— Не смей.

— Что? — спросил Маркус.

— Видеть.

Он отвёл взгляд в сторону, потом снова посмотрел на неё.

— Конечно, глаз же у меня нет.

Вейра нервно усмехнулась.

— Не надо, — буркнул Маркус. — Со мной это… ну, не обязательно молчать.

Она не успела ответить. В дверь снова постучали.

Маркус выпрямился. Вейра вздрогнула не столько от стука, сколько от мгновенной, почти постыдной мысли, что это может быть Лисандр.

— Вейра? — прозвучал тонкий голос. — Это Робб.

Она замерла.

— Занято, — бросила Вейра.

За дверью помедлили, будто мальчишка сперва собирался отступить, но вспомнил, зачем пришёл.

— Госпожа Аэлия просила вас прийти, — сказал Робб. — Если сможете… сейчас.

Имя Аэлии сработало как щелчок. Там, в нижнем городе, она не просто предлагала помощь — она будто уже знала, что Вейра всё равно к ней придёт. Если у Девы Ветра и были ответы, Вейра получит их, любыми путями.

Она медленно поднялась. Каждый шаг к двери отдавался глухим толчком в груди. Пальцы легли на ручку.

За спиной Маркус едва слышно выдохнул. На миг захотелось отдёрнуть руку, оставить всё запертым — комнату, себя, этот день, и ту нелепую надежду тоже. Но Вейра пошла вперёд.

Глава 19

Аэлия заметила его ещё до того, как шаги дошли до зала.

Сначала изменился воздух в коридоре — стал холоднее, суше, с тем служебным привкусом, который нижний город узнавал безошибочно. Потом в проёме показался белый свет верхних ламп, а за ним — лейтенант, слишком собранный и слишком молодой для этого места.

Под лампой Аэлия перевязывала мальчишке запястье. Подняв голову, она сразу считала в лейтенанте главное: бледный, напряжённый, держится ближе к стене, будто ещё не решил, имеет ли право войти до конца.

— Лейтенант Моррэн, — сказала Аэлия. — До наших земель дозорные редко добираются.

Он вздрогнул.

— Осматриваю сектор после… неожиданного всплеска, — ответил Ксавьер.

На фоне шёпота, кашля и чужого тяжёлого дыхания его голос прозвучал жёстче, чем, вероятно, хотелось ему самому.

Аэлия затянула узел бинта, коснулась детских пальцев.

— Здесь всплески — не новость.

Мальчик соскочил с койки, бросил на Ксавьера быстрый, колючий взгляд и исчез за ширмой. Аэлия поднялась и подошла ближе, остановившись на границе света.

— Вы бледны, лейтенант.

— Со мной всё в порядке, — отрезал он.

Виски у него стянуло болью — это Аэлия увидела ещё до того, как он шевельнул плечом и чуть поморщился, и от этого почему-то захотелось говорить с ним тише, а не жёстче.

Она протянула руку и взяла его за запястье. Кожа у него была прохладная, пульс — быстрее, чем следовало бы дозорному, пришедшему осматривать сектор. Ксавьер дёрнул рукой, но не отнял её.

— Вы не похожи на человека из медчасти, — сказал он, всматриваясь в её лицо. — Тогда… кто же вы?

— Аэлия. Для людей — хозяйка зала, для себя… — она запнулась, — слежу, чтобы нижний город продолжал жить.

Аэлия кашлянула и чуть крепче сжала его запястье, прежде чем отпустить.

— Откуда вам известна моя фамилия, госпожа Аэлия? — спросил Ксавьер.

Говорить ровно у него не выходило, дрожь всё-таки пролезла в голос.

Аэлия убрала пальцами прядь за ухо.

— Здесь всегда знают, когда прибывает Дозор. И кто именно.

Он сглотнул.

— Значит, вам уже—

— Не беспокойтесь об этом, — Аэлия качнула головой. — Стража нижнего города связана напрямую с Дозором. Вам ли не знать, как хорошо они работают вместе.

Ксавьер кивнул и опустил глаза. Он забыл про местную стражу и выставил свою неопытность перед ней почти с детской аккуратностью. Щёки у него тут же запылали, и ей стало неловко за то, что она это заметила.

— Говоря о всплеске… — сказала Аэлия. — Он был ближе к линиям труб.

— Источник ещё ищут, — сухо ответил Ксавьер. — Дозор контролирует нижний уровень—