Они двинулись, обходя стены, лужи, кривые люки. Когда Ксавьер моргнул, внутри на миг вспыхнул белый прямоугольник. Звон в висках не проходил, будто память снова цеплялась за него той же хваткой, что и тогда.

За очередным поворотом перед ними внезапно вынырнул Храм Ветра. Стены сходились клином, в белый камень были врезаны лопасти, медленно вращающиеся в потоке. Между плитами тускло мерцали полосы матового стекла. Воздух здесь сразу стал суше, холоднее.

Перед Храмом лежала узкая площадка с низким парапетом. За ним начинался провал, затянутый сетками. Внизу тлели редкие оранжевые огоньки, из глубины поднимался ровный низкий гул.

— Ну да, — хмыкнул Тэрин. — Где дует — всё, уже храм.

Рейа фыркнула.

— Где дует, тебя первым унесёт, умник.

Лука молчал, смотрел на лопасти. Солин отошёл к парапету и ладонью проверил каменный край. Кейлин держалась справа, на полшага позади Ксавьера. Её тень легла у его ботинка узкой тёмной полосой.

После стены с объявлением в голове у него так и стоял вязкий шум, будто мысль всё ещё не вышла из той белой бумаги.

— Лейтенант, — негромко сказал Лука. — Работаем как обычно или опять ждём, пока сверху свистнут?

От воспоминаний об адмирале плечи Ксавьера сжались сильнее, словно Ровен уже стоял за спиной и смотрел, не даст ли он слабину.

— До особых распоряжений — действуем стандартно, — ответил он. — Проверяем периметр, вход в здание. Дальше — по обстановке.

— По обстановке… — повторила Рейа, будто проверяя, не отзовётся ли ей сам храм.

Ксавьер прислушался к протяжному шуму из-под решётки. Под общим гулом жили знакомые слои: толчки в трубах, редкий писк. Всё было почти привычным. Именно это и настораживало.

Он подошёл к дверям. Навстречу ему поднялись две тяжёлые створки — металл в холодной влаге. На каждой белел круг с тремя косыми линиями Гильдии ветра.

Ксавьер поднял руку к панели. Раздался писк, браслет на запястье ожил.

— Дозор «Верест-четыре».

На шее у Ксавьера пробежали мурашки, слишком знакомые, чтобы списать их на холод. Голос адмирала Ровена — бесцветный, строгий, без капли лишнего — заставил мышцы сжаться.

Рука сама опустилась вдоль тела. Плечи чуть дёрнулись, занимая привычное положение, и от этого стало труднее дышать.

— На связи лейтенант Моррэн, — сказал Ксавьер.

Отряд едва заметно подтянулся к нему.

— Фиксирован всплеск эфира в районе Храма Ветра, — произнёс Ровен. — Уровень выше штатного на шестьдесят три процента. Фон нестабилен.

Цифра ударила в виски.

— Подтверждаю нахождение у объекта, — отозвался Ксавьер.

— Задача, — без паузы продолжил Ровен. — Проверить источник. При необходимости — локализовать. Дополнительные силы не привлекать, отчёт — напрямую мне.

Отряд зашевелился от его слов. Кейлин одна не шелохнулась.

— Аномалия может быть связана с недавними событиями, — сказал Ровен. — Ты понимаешь, о чём речь, лейтенант?

Перед глазами у Ксавьера снова мелькнула рука в ожогах, чёрный силуэт, серые глаза, и этого хватило, чтобы внутри всё снова сбилось на полшага. Он вдохнул. Под ремешком браслета кожа стала влажной, и он слишком ясно почувствовал, что Кейлин стоит рядом и слышит тот же приказ.

— Никакой самодеятельности, — произнёс Ровен. — Никаких инициативных контактов. Сначала доклад мне, потом действие.

— … Принято, — ответил Ксавьер.

В браслете прошёл короткий шорох.

— Капитан Аррет, — сказал Ровен.

— Здесь, адмирал, — отозвалась Кейлин, выпрямив спину.

— Контроль на тебе. Если лейтенант даст слабину — доклад напрямую мне. Не упусти.

— Поняла.

— Выполняйте.

Щелчок. Связь оборвалась.

Шум ветра будто на миг отступил, площадка стала слишком спокойной. Воздух между отрядом и дверью уплотнился, и Ксавьер на секунду понял, что тишина ждёт именно его.

— Ну? — тихо бросил Лука, не столько спрашивая, сколько толкая вперёд.

Кейлин шагнула ближе к Ксавьеру. Между плечами по-прежнему оставалась уставная дистанция, но её присутствие сразу отдалось холодом у него в шее, слишком явным для такой короткой дистанции.

— Что прикажете делать, лейтенант? — спросила она.

Он смотрел на створки, сжав губы в тонкую линию.

— Приказ… понятен, — выговорил он, будто повторял его не отряду, а себе, чтобы не сорваться.

— Повтори, — сказала Кейлин, вцепившись в него взглядом.

Под воротником выступил холодный пот.

— Проверить источник, — произнёс он, успокаивая дыхание. — Без контактов, без инициатив.

Она кивнула и махнула рукой.

Отряд двинулся вперёд, к белому камню Храма. Кто-то скользнул взглядом к решётке над нижними уровнями и сразу вернул его на дверь. Всё заняло свои места слишком быстро.

Ксавьер оказался у панели входа, опустил ладонь. Поверхность была гладкой, под пальцами мягко дрогнула система распознавания. В глубине щёлкнули замки, шум ветра углубился. Теперь оставалось только сделать вид, что этого он и хотел.

— Вперёд, — сказал Ксавьер.

Створки разошлись. Между ними расползлась узкая тёмная щель, и из неё вытянулся порыв ледяного воздуха.

Глава 18

Под потолком тянулся ряд ламп в металлических сетках; одна, в самой середине, мигала с сухим треском. Камень под ногами едва заметно дрожал — не так, чтобы это можно было услышать, но достаточно, чтобы тело понемногу подстраивалось.

Вейра стояла прямо под мигающей лампой.

Пальцы крепко держали рукоять меча. Левую кисть тянуло тяжестью, будто оружие не хотело её принимать.

— Ноги шире, — сказал Виктор.

Он стоял сбоку, на расстоянии вытянутой руки. Тёмный китель был расстёгнут, рукава закатаны. Ладонь легла ей на спину, чуть ниже лопаток.

— Пятки не сжимай. Пол и так тут за двоих работает.

Она сжала зубы и переставила ступни. Виктор правил её уже несколько часов подряд, и от этой точности хотелось огрызнуться сильнее, чем от боли в руке. Подошвы поймали шероховатость камня. По позвоночнику прошёл холодок — от взгляда, который тело узнало раньше мысли.

У дальней колонны стоял Лисандр.

Он не двигался. Руки были заведены за спину, подбородок чуть опущен. Глаза тонули в тени, но и отсюда было ясно, куда они смотрят: в круг света посреди зала, ей в меч, в левую руку. Смотреть так он, кажется, стал чаще. Не как на противника, как на место, где что-то вот-вот сорвётся.

— В центр, — сказал Лисандр.

Голос лёг на стены, и оттого приказ прозвучал жёстче. Вейра и так стояла в центре, но всё же сделала короткий шаг. Меч качнулся, кольцо эфира в рукояти едва слышно звякнуло.

— Не держи плечи, — сказал Лисандр. — Слушай, как идёт поток.

Вейра вздохнула, еле сдерживаясь, чтобы не направить клинок на него.

— Смотри на меня, — сказал Виктор.

Она перевела взгляд. Его лицо оказалось слишком близко, чтобы не заметить тень под глазами, лёгкую щетину у подбородка. В зрачках стояло собранное внимание, без жалости.

— Дыши вот отсюда, — он дважды коснулся пальцами её живота. — Не грудью. Ниже.

Вейра втянула воздух. Ниже, там, куда он указывал, отозвалось вязкое тепло — чужое, от которого сразу захотелось избавиться.

Виктор качнул головой.

— Ещё.

Второй вдох ушёл глубже. В пояснице появилась противная твёрдость. Виктор придержал её ладонью, не давая телу уйти в сторону.

— На три веди в клинок, — сказал он. — Не толкай. Пропусти через себя.

Она кивнула.

— Слова здесь лишние, Виктор, — сказал Лисандр, не сводя с них глаз. — Считай.

Виктор не обернулся.

— Раз. Два. Три.

Вейра пустила импульс в клинок — и сразу почувствовала сбой: левая рука отозвалась первой, а рукоять под пальцами тихо загудела с короткой задержкой.

Пальцы Виктора на миг сжались у неё на спине, потом он убрал руку.

Зал остался тем же. Но вибрация под ногами стала иной: толчки пошли реже, с короткой задержкой, будто ритм под ней сбился и заново собирался.