На празднике неподражаемо пахнет вкусной едой, вокруг витают невероятные ароматы жареного мяса и выпечки. В тандырах жарят шашлыки, на вертелах крутятся поросята, лежат горы фруктов и овощей. Валентине и Марии удалось повторить многие рецепты еды из прошлой жизни и придумать новые. Кухня атлантов изыскана, но за столетия изоляции в бразильской сельве она упростилась, они питались преимущественно растительной пищей: фруктами, овощами, мёдом, орехами.

Только в большие праздники они могли есть мясо, свежее, только поджаренное на живом открытом огне, для этого давалось разрешение Главного правителя. Теперь никаких разрешений атлантам не нужно, но мясо они по-прежнему предпочитают есть в самых малых количествах.

Атланты, придя на остров, принесли с собой много полезных растений, среди них дикий рис. В Амазонии умели выращивать рис с увеличенными зернами задолго до прихода европейцев, индейцы утеряли это знание после начавшегося в 1492 году истребления. Как и многие другие знания, уничтоженные цивилизацией, считавшей себя в праве решать, у кого есть душа, а у кого ее нет.

Рис стал одним из любимых злаков на острове, и сейчас в огромном казане готовится ароматный плов, приготовлены горы керамических плошек и железных ложек для желающих полакомиться узбекским вариантом этого блюда, как говорят о нем азербайджанцы, кашей с мясом.

Для детей было много сладостей на меду: медовая пахлава с орехами, любимый рисовый пудинг в стеклянных пиалках, казинаки из орехов, оладьи из маниоки, бониатилло — десерт из сладкого картофеля.

Пако, в своей вечной заботе сохранения культуры кубинского народа, носился с кубинской кухней за Валей со своим списком рецептов, объяснить ничего он не мог, потому что готовить не умел, но бурно критиковал неудачи… Своим извечным: «Бабуля Джуди это готовила вкуснее, всё не так, что за ерунду вы приготовили!» В еде Пако был перфекционистом и помотал знатно нервы, но много чего все таки получилось.

Чичаррон, или жареные свиные шкуры, являются любимой закуской кубинцев, это довольно необычное блюдо.

Чипсы из юкки.

Пастелитос едят утром или в первой половине дня. Это печенье из слоеного теста, наполненное сладкой или пряной начинкой.

Тамале, своего рода лепёшка из кукурузной муки, наполненная различной начинкой и обёрнутая кукурузными листьями. Они не такие острые, как мексиканские. К ним добавляют меньше чили.

Кубинский сэндвич. Хрустящий хлеб, похожий на французский багет ( выпекали его из смеси злаков, это, конечно, была пародия на багет), наполненный жареным мясом и солеными огурцами, соленые огурцы заменили солеными зелеными томатами.

Жареный поросенок, приправленный специями и кислым апельсином. Его готовят на гриле.

«Мавры и христиане» — классика кубинской кухни. Очень популярное блюдо кубинской кухни, состоящее в основном из черной фасоли и белого риса (единственное, их рис не был белым, увы). Название этого блюда является увлекательной отсылкой к средневековой Испании, когда мавры из Северной Африки воевали с христианами за контроль над Испанией. «Мавры и христиане» является национальным блюдом и готовится по случаю важных семейных торжеств.

Турроны. Эти миндальные конфеты — традиционные рождественские кубинские сладости. Они бывают в разных вариантах, с шоколадом, нугой, медом и фруктами. Валя придумала готовить этот десерт из имеющихся у них орехов, фруктов и меда.

Индейцы быстро освоили кубинскую культуру, её мелодии и ритмы. А Атланты, привыкшие к жестким правилам и иерархии, царившим в Мату-Гросу, предавались простым и незатейливым островным развлечениям с огромным энтузиазмом, были самыми преданными зрителями и фанатами, участвовали во всех мероприятиях и церемониях, организованных Пако, искренне его любили и ценили, он страшно задирал нос и говорил всегда Валентине: «Смотри, какие они большие и умные, а смотрят на меня с уважением!» Это было забавно, вот и сейчас великаны с восторгом пели песню «Бесаме мучо», которую Пако перевел на язык таино, и танцевали сальсу.

Праздник удался, главный по культуре был счастлив и полон новых идей.

А Валя усадила маму с папой, разомлевших от обильной еды, в уютной беседке с видом на горы, дала им в руки по бокалу какао и выдала свою тайну:

— К нам летит аист!

Родители, отвыкшие от русских шуток, переглянулись между собой и спросили:

— Кто, кто к нам летит?

— Духи наконец нам послали ребенка, — уточнил Уама.

В семье вождя уже было двое шустрых близнецов, но много лет не случалось нового малыша. Когда они спрашивали об этом шамана Бекике, он многозначительно вздыхал, смотрел на них с укором, как на неразумных детей, и всякий раз говорил:

— Его время еще не пришло.

И вот теперь малыш решил, что пора.

Десять каноэ причалили к кубинскому берегу. Из них на берег высыпала ватага измученных детишек и перепуганных женщин. Мужчины, управлявшие каноэ, вытащили лодки на прибрежный песок, встали спиной друг к другу, в центре поставили самое ценное, что у них было, — своих женщин и детей, замерли в ожидании. Они тревожно оглядывали берег, крепко сжимая в руках свое примитивное оружие — ножи и луки. Эта картина была бы обычной, если бы эти люди не были огромными, на их лицах была густая растительность, они были одеты, в отличие от всех прибывающих на остров нагих индейцев таино.

Из кроны растущего на берегу дерева раздался свист, сверху прямо к ним спрыгнул индеец, в руках он держал арбалет, секунда, и оружие наставлено на вновь прибывших, затем с дерева раздалась очередная трель.

Индеец показал чужакам рукой, что нужно опустить оружие. Луки и ножи тут же полетели на песок. Теперь они были в полной власти тех, кто наблюдал за ними из укрытия, а там, скорее всего, были еще люди. Из кроны дерева опять раздалась трель, и в ответ прилетела другая, бородачи удивленно переглянулись, оказывается, индейцы переговариваются с помощью свиста. Вскоре на берег подошли еще трое индейцев, наставили на них арбалеты и повели в глубь острова.

После небольшого перехода по совершенно ровной широкой дороге их привели на ночлег. Два просторных двухэтажных дома представляли собой что-то подобное придорожному постоялому двору. В огромном пустом зале у стены лежали стопки матрасов, покрывал и полотенец из грубой ткани. Встретивший их индеец жестом показал на умывальную комнату и удобства на улице. Потом их накормили просто и сытно, еда была незнакомой, но вкусной. Дети безмятежно заснули сразу же, как коснулись постели, долгий путь совсем лишил их сил. Взрослые удивленно осматривались вокруг: умывальник, постели, посуда — всё это не вязалось с бытом дикарей.

На утро вчерашние индейцы привели странных животных, они были запряжены в телеги, на которые посадили женщин и детей, и путники тронулись. Сегодня дорога была оживленной, по ней сновали пешеходы и груженные животные. Вдоль дорог убрана растительность и устроены пункты отдыха с очагами и ночлегом, с определенной периодичностью стоят воины на своих постах, всё продумано и организовано. Детям очень нравилось ехать и смотреть на дорогу, часто попадались целые семьи, проезжавшие навстречу, детишки весело махали друг другу, женщины приветливо улыбались. На острове царило умиротворение, никто никого не боялся, и не было видно никакой жесткой иерархии.

Неделю чужеземцы провели в дороге, дома, в которых они останавливались на ночь, всегда были пустыми, их сопровождали одни и те же индейцы, никто другой не подходил, казалось, их избегают.

Через еще несколько дней пути их поселили в красивом месте на берегу реки, в большом пустом, отдаленно стоящем доме, недалеко от большого поселения. В один из дней к ним пришел их старый знакомый пройдоха-переводчик Пако, рядом с ним была огромная женщина-великан, оба они закрывали лица белой тканью.

—Это доктор Лита, она вас всех осмотрит, так нужно, - сообщил Пако.

—Но мы не болеем, - недоумевал Себастьян Перейра, - скажи, вождю Уаме сообщили о том, что мы пришли?