По мнению Габсбургов, их семья не только обладала божественным правом на правление, но и выполняла важную миссию, предусмотренную свыше.

Чтобы сохранить свою власть над огромной империей, Габсбурги обратились к помощи ученых. Они хотели доказать, что ведут свой род от библейских и исторических личностей, таких как Адам, царь Давид и римский император Константин. Кроме того, они утверждали, что имеют кровное родство с самим Христом.

Интересно, что согласно статистике, в тех местах, где жили эти исторические личности, Габсбурги действительно могли иметь от них генетическое происхождение, как и многие другие люди, включая их слуг. Однако генеалогия подразумевает создание задокументированного происхождения, на что у слуг, вероятно, не было достаточно средств.

Габсбурги успешно завершили свою божественную миссию по расширению территорий с помощью браков. За время своего правления они объединили множество независимых империй. В эпоху Габсбургов власть Испании достигла своего пика как в Европе, так и в Новом Свете. Однако, стремясь сохранить своё наследие и чистоту своей божественной родословной, они начали всё чаще вступать в браки между собой.

За 200 лет 8 из 10 браков Габсбургов были между дядей и племянницей или двоюродными братьями и сестрами (вплоть до троюродных братьев). В результате с 1527 по 1661 год у Габсбургов было 34 ребенка, 10 из которых умерли в первый год жизни, а 17 умерли до 10 лет.

Последним королем испанских Габсбургов был Карл II. Из-за своих врожденных рецессивных генов он был физическим инвалидом, обезображен и умственно отсталым. В цитировании Британской энциклопедии 1911 года говорится, что «в его почти отсталом уме не было места для чего-то большего, чем детские суеверия, безумная гордость от рождения и интерес к придворному этикету». Он также был импотентом и не произвел на свет детей от двух своих браков. Когда он умер в 1700 году, вместе с ним умерла и божественная линия испанских Габсбургов.

Ознакомительная информация.

В 1550 году, спустя 58 лет после открытия Америки, в испанском городе Вальядолиде развернулись интересные религиозные дебаты. Речь шла о том, есть ли у индейцев душа. Этот спор был инициирован Карлом V, императором Священной Римской империи и королём Испании. Этот диспут вошёл в историю как «контроверза в Вальядолиде».

Обвинителем на этом процессе выступал священник и личный исповедник императора Карла V — Хуан Хинес де Сепульведа. Он был известным богословом и специалистом по истории народов.

На стороне защиты интересов индейцев выступил доминиканский монах Чиапас Бартоломе де Лас Касас. Его отец принимал участие в первой экспедиции Христофора Колумба, а сам Лас Касас организовал в Америке христианскую колонию из испанцев-переселенцев и местных индейцев, которых крестил.

В качестве арбитров в этом споре также участвовали 15 судей, 4 монаха и 11 королевских юристов.

Вопрос о наличии у индейцев души имел большое экономическое значение. До этого испанские конкистадоры не считали индейцев людьми из-за их непохожести на европейцев. Они относились к ним даже не как к дикарям, а как к животным, что было выгодно для испанской короны. Их можно было использовать как рабов, а убийство не считалось грехом.

Пока количество колонизаторов было маленьким, довольно выгодно было просто нападать на индейские города, убивая индейцев и отнимая у них золото, не задумываясь особо над их статусом.

Однако со временем началась постепенная колонизация Америки. Нападать на индейские поселения и грабить их стало не так просто, крупные индейские государства уже были разрушены и пришли в упадок. Встал вопрос о том, как взаимодействовать с местным населением.

Было два варианта освоения Америки: продолжать насильственную колонизацию, делая индейцев рабами, или попытаться использовать местное население более «культурно», как низкооплачиваемых рабочих, что фактически означало бы их статус «людей второго сорта».

В ходе спора в Вальядолиде были предложены разные подходы к колонизации. Сепульведа и его сторонники считали, что у индейцев, которых они покорили, есть душа, а значит, они являются людьми. Из этого следовало, что их необходимо крестить, а затем нельзя просто так убивать, делать рабами или эксплуатировать бесплатно. Поэтому им нужно было платить за работу, хотя бы минимальное вознаграждение.

С другой стороны, сторонники Лас Касаса осознавали, что если относиться к индейцам с добротой и обратить их в христианство, то можно привлечь большое количество новых последователей католической церкви. А с этих новых верующих можно будет взимать налог в виде «церковной десятины».

Спор, продолжавшийся с сентября 1550 года по май 1551-го, достиг своей кульминации. Обвинители, утверждавшие, что у индейцев нет души, приводили убедительные доказательства: некоторые из них были людоедами, некоторые племена совершали человеческие жертвоприношения, все они не верили в христианского бога, а также предавались «Содомскому» греху, что по тем временам считалось сексуальным извращением.

Высказаны самые неожиданные аргументы. Например, утверждалось, что индейцы не могли самостоятельно избавиться от своих жестоких правителей, поэтому им пришлось помочь. Также говорилось, что у них нет души и они не являются полноценными людьми. При этом факт, что впоследствии многие из них были убиты или стали рабами, предпочитали не замечать.

Лас Касас, отстаивая интересы индейцев, утверждал, что, несмотря на их примитивные обычаи, они всё же являются людьми. По его мнению, их необходимо крестить, чтобы они «прикоснулись к истинной вере» — конечно, католической.

В итоге, было признано, что… индейцы не имеют души и они не люди вообще. Однако судьи потребовали, чтобы конкистадоры избегали жестокостей и бесполезных убийств. Решение это было чисто экономическое - приток от награбленного золота в Испанию был еще велик и король Испании побоялся вводить какие то новшества. А выгоды от использования местных в качестве дешевой наемной рабочей силы не так очевиден.

Самое забавное, что через какое-то время индейцы были объявлены людьми, и американская католическая община стала и до сих пор остается самой многочисленной и верной Ватикану.

Беда, которую ждали, пришла так же внезапно, как приходит первый снег. К Уаме привели гонца с дальнего дружественного карибского острова, когда-то кубинцы доставили туда спасенных с португальского судна индейцев таино и заключили союз с касиком того племени по имени Магуа.

Индеец, измученный дальним морским переходом, твердил выученные наизусть слова:

- Вождь Уама, белый враг пришел на двух больших лодках. Я увел женщин с детьми и стариков далеко от берега и спрятал, мои воины готовятся воевать.

Где-то далеко сейчас умирают их индейские братья, эта страшная новость быстро облетела весь остров и омрачила привычную жизнь. На совете вождей, который теперь стал военным, обсуждали слова вождя с далекого острова. Старые мудрые касики настаивали на невмешательстве, молодежь рвалась воевать на чужих дальних рубежах.

Слово взял Уама :

Белые люди пришли навсегда, их много, они сильны и вооружены лучше любого сильного индейского племени. Мы не сможем спасти всех индейцев, даже победив там сейчас, мы все равно будем воевать за свой дом, если отправимся на тот остров, наш останется без защиты, в опасности будут наши жены и дети. Хотите вы этого? Мы с Магуа договорились, если он поймет, что шансов победить у него нет, он посадит своих людей на каноэ и придет на Кубу.

На остров Свободы потянулись вереницы каноэ с беженцами. Поодиночке, семьями и целыми племенами они приплывали за защитой и безопасностью. Обезлюдели все близлежащие острова. Ожили легенды о белом враге, услышанные когда-то, теперь индейский народ столкнулся с жестокими чужаками реально. Белые люди, встретив холодный прием, быстро обнажили свою черную злую сущность, дикарей нужно покорить и показать их место. Индейцы не соглашались менять продовольствие и золото на стекляшки и колокольчики, отказывались помогать врагам, старались избегать их, покидали свои деревни, прятались и уходили так далеко, как только могли. Ошеломленный таким сопротивлением враг сжигал пустые жилища и древних идолов, а пойманных индейцев заковывали в кандалы и заставляли работать. Наблюдая этот ад из своих укрытий, индейцы пытались бороться с захватчиками, но силы были неравны.