— Мне нужен кто-нибудь, чтобы найти человека, ответственного за этих полукровок, и предоставить доказательства его правонарушений соответствующим властям.

— Возможно, я смогу это провернуть — сказал я и постучал пальцами по столу, обдумывая необходимые шаги.

Фелиция улыбнулась, но улыбка не коснулась ее глаз.

— Я рада, что вы оказались приятным человеком, мистер Гибсон. Должна сказать, что вы были не первой фирмой, к которой я обращалась, и я приехала сюда с большим трепетом. Крупные фирмы настаивали на том, что это работа для властей, и отказались выслушать мое предложение, вынудив меня искать альтернативные варианты. Вы, третья небольшая фирма, к которой я обратилась, и сделала это только из-за ваших рекомендаций. Я надеюсь, что не останусь разочарованной.

Удержавшись от того, чтобы закатить глаза, я проигнорировал ее оскорбительное высказывание и вместо этого сосредоточился на ее "рекомендации". Я уже был здесь раньше, когда мои коллеги-следователи отказались от потенциально опасного дела и отправили меня, чтобы я избавил их от неприятностей.

— Дайте угадаю, Джонас Вонг?

— О боже, нет! Я увидела объявление этого человека и сразу же отклонила его. Я? Пойти в Чайнатаун? Я никак не могла понять. Его зовут мистер Карпентер. Хотя, честно говоря, я тоже рада не иметь с ним дела. Его внешность наводит на мысль о головорезе, а акцент говорит о более правильном воспитании. Однако он продолжал называть меня "милочкой", к моему презрению, и игнорировал мое желание, чтобы ко мне обращались должным образом.

О-о-о.

— И что, собственно, вы имеете в виду под его внешностью? — Спросила Мири, стиснув зубы, с убийственным выражением в глазах.

Фелиция повернулась к ней, широко раскрыв глаза от удивления.

— О боже. Прошу прощения, мисс Дельгадо. Вы из тех, кто бледнеет, поэтому я думаю, что вы просто великолепны. По крайней мере половина из вас приемлема.

— Хорошо — объявил я, поднимаясь из-за стола так быстро, что мой стул развернулся и откатился в сторону. Я бросил на Мири осторожный взгляд и невербально попросил не проливать кровь в офисе. Ее руки сжались в кулаки, но она сдержала свой гнев — Не похоже, что мы сможем взяться за ваше дело, мисс Пенниворт.

— Я заплачу вам двадцать пять тысяч долларов — заявила Фелиция — Половину суммы вы получите авансом, а вторую половину когда работа будет выполнена.

Глаза Мири расширились еще больше, чем мои, и мы обменялись взглядами.

Нет, мы не могли взяться за это дело, верно? Она была порядочной женщиной и расисткой. Согласившись на эту работу, она бы только подтвердила, что деньги и привлекательная внешность помогут тебе добиться всего, независимо от того, кто ты на самом деле. Кто-то должен где-то занять свою позицию. Эта болтающаяся морковка никак не могла привлечь Мирейю Дельгадо, женщину с предельной честностью и уважением к ближним.

***

Как бы то ни было, на следующий день, не по сезону теплым октябрьским днем, я сидел в своем старом "Бьюике" и наблюдал за "Колоколом и мячем". Со мной были бинокль Мири, одноразовый фотоаппарат и старый магнитофон с выключенной лампочкой "включено". Архаичный, но пригодный для использования в ночных условиях. Помимо гаджетов, я был вооружен своим умом, который быстро терял с каждой минутой. Засады, это скучно.

Я порылся в коричневом бумажном пакете, роясь в закусках, которые Мири приготовила для меня, и нашел записку, написанную от руки. Осознание того, как она заботилась обо мне, заставило меня улыбнуться, и теперь она тайком клала мне в ланч маленькие очаровательные записки.

Там было написано: "Удачи и не облажайся. Лучше бы эта сучка стоила своих денег".

Ах, стихи, которые согревают сердце.

Клуб открывался только в пять часов вечера, а я заступил на дежурство в два. Чтобы избежать неприятностей со стороны бандитов, я подумал, что было бы разумно прийти пораньше и обеспечить безопасность молодых женщин, готовящихся к ночному празднеству. Я намеревался только наблюдать и собирать информацию, но если бы они начали открыто угрожать, я мог бы вызвать полицию. Как назло, когда часы приближались к четырем, мои инстинкты сработали.

На улицу вышли трое мужчин, которые пытались выглядеть непринужденно, но потерпели неудачу, были одеты в грязную одежду и отчаянно нуждались в душе. В целом, они выглядели достаточно угрожающе, чтобы любая проходящая мимо женщина крепче сжимала свою сумочку и ускоряла шаг. Трое взъерошенных головорезов, не занимающих высокого положения в пищевой цепочке организованной преступности, выделялись на общем фоне. Я приготовил свой телефон, уже набрал 9-1-1 и ждал нажатия кнопки вызова, и сделал несколько снимков.

У входа в клуб они остановились, чтобы прочитать надпись, которая смело объявляла вторник женским вечером с участием трибьют-группы Rat Pack, состоящей исключительно из женщин. Один из них указал на разбитое витрину и рассмеялся, в то время как другой ухмыльнулся и высмеял действия по бросанию кирпича. Третий демонстрировал грубые жесты руками и бедрами, вероятно, изображая, что они будут делать с девушками внутри.

Настоящие мастера своего дела и абсолютные идиоты. Они были достаточно умны, чтобы не появляться в присутствии полицейской машины, но если бы я был агентом под прикрытием, они уже дали бы мне достаточно информации, чтобы вызвать их на допрос.

Выбравшись из машины и положив в карман фотоаппарат и магнитофон, я смешался с толпой прогуливающихся по улице бизнесменов. Я говорю "смешался", но они были в костюмах, и моя синяя футболка и джинсы контрастировали с их цветовой гаммой. Я рассчитывал на то, что эти скоты будут ненаблюдательными, и они меня не разочаровали. Три марионетки не видели ничего, кроме самих себя, и, когда им наскучили их беспричинные выходки, они продолжили свой путь по улице. Я предположил, что они пришли сюда не для того, чтобы повторить свою угрозу, а просто полюбоваться делом своих рук.

Я последовал за ними, осторожно лавируя между группами людей, поскольку улица была на удивление оживленной для воскресенья. Пройдя несколько кварталов, они нырнули в обшарпанную деревянную дверь в ближайшем переулке. К счастью для меня, он выходил окнами с севера на юг. Послеполуденное солнце уже не стояло прямо над головой, и на аллею легла заметная тень. Внутри по-прежнему хорошо видно, но еще не настолько темно, чтобы кто-то сомневался, проходя мимо, но достаточно темно, чтобы делать то, что у меня получается лучше всего.

Только прямой свет влиял на мои способности. Тень есть тень, независимо от того, насколько она глубока или темна. Резко вдохнув и втянув ноздрями струйки прохладной темноты, я шагнул в другой мир.

Ноктис, в честь которого мы назвали наш бизнес, был захватывающим местом. Он существовал в нашем мире, внизу и вверху, одновременно скрытый в отдельном плане существования. Солнечный свет окружал мир сплошным стеклянным барьером, преграждая проход и мерцая, как аквариум. Люди проходили мимо, не подозревая о наблюдателе, прячущемся в темноте.

Предметы, находившиеся в тени, лишенные света, больше не были видны над землей. Вместо этого они кружились внизу, словно отражения на поверхности озера. Здания вокруг ниспадали каскадом к серому небу и дымчатым облакам. Там, куда не могло проникнуть солнце, маячила пустота небытия, нарушаемая лишь каскадом искусственных городских огней. Они плавали, как шары из хрусталя и стекла, подвешенные по собственной воле.

Насколько я знал, я был единственным, кто знал о его существовании, не считая Мири, и единственным, кто мог войти в него добровольно. Я не знаю, как и почему. Это была таинственная способность, сверхспособность, если хотите, и я верил, что она присуща только мне. До этого лета я жил в предположении, что я единственный обладающий такой способностью человек в округе, пока не появилась Мири со своим Зрением Души. Вместе с ней мы позже познакомились с Поджигателем и настоящей целительницей.