Но триумф его был недолгим. Воздух пронзил яростный, оглушительный рык. Огромная бурая тень промелькнула в воздухе, и прежде чем ведун успел хотя бы вскрикнуть, мощные челюсти сомкнулись на его плече.

Вальтер. Я узнала бы этот запах — запах хвои, грозы и дикой, необузданной силы — из тысячи других.

Ведуна отбросило в сторону, как тряпичную куклу. Я обессиленно осела на землю, пытаясь сфокусировать взгляд. Повсюду кипела битва: наши воины сражались отчаянно, но их было слишком мало. Сила ведунов, окутывала поле боя, подавляя волю.

Вальтер закончил с врагом и, тяжело дыша, принял человеческий облик прямо передо мной. Он смотрел на меня, и я замерла, не в силах отвести глаз. В его взгляде не было привычной ледяной выдержки. Там бушевал пожар: дикий страх, жгучая тревога. Его грудь ходила ходуном.

Я никогда не видела его таким.

Мы не выстоим. Нас просто задавят числом и магией. И в этот момент мысли, которые я гнала от себя годами, которые заперла в самом темном подвале своей души, вырвались наружу.

Моя магия. Не та, которой я повелевала водой. Другая. Та, из-за которой отец гордился и использовал меня. Страшная, черная, первобытная сила, которая дремала во мне, ожидая своего часа.

Нужно бвло рисковать. Я готова выпустить эту тьму. Даже если она сожрет меня без остатка. Даже если после этого он посмотрит на меня с тем самым отвращением, которого я так боялась.

Холод начал разливаться по мне, вытесняя боль. Я медленно поднялась, и воздух вокруг меня начал густеть.

Пора заканчивать этот кошмар.

Я нахмурилась, чувствуя, как последние капли энергии уходят из пальцев.

Воздух стал густым. Я сделала резкий, ломаный пас рукой, и невидимая волна сорвалась с моих пальцев. Под удивленные, полные ужаса взгляды воинов клана, заставила ведунов замереть.

Я кожей чувствовала, как взгляд Вальтера прожигает мою спину. В нем было всё: шок, неверие и та самая ярость, которая теперь казалась мне бессильной. Он не мог меня остановить. Никто не мог. Пришло время показать им всем — и особенно ему — кто я на самом деле.

Враги начали кричать. Это был не просто крик боли, это был хрип уходящей жизни. Их жизненная сила — теплая, пульсирующая — тонким ручейком перетекает ко мне, но я не оставляла её себе, я просто развеивала её в прах. Кровь в их жилах застывала, превращаясь в лед, сердцебиение замедлялось, пока не стихло совсем. Мгновенная, холодная смерть.

Мой внутренний резерв таял с пугающей скоростью. Я никогда не заходила так далеко. Никогда не касалась такой темной, иссушающей магии. Тело горело, кости ломились от избытка энергии, которую я пропускала через себя. Голова закружилась, мир начал терять очертания.

Они падали. Один за другим, рушились на камни, лишенные дыхания. Моя рука, всё еще вытянутая вперед, неудержимо дрожала, а пальцы свело судорогой. Сквозь тяжелую, серую пелену, застилавшую глаза, я услышала чей-то далекий, испуганный голос — кажется, это была Жозефина, она звала.

Но силы покинули меня так же резко, как и пришли. Ноги стали ватными, и я начала заваливаться назад, уже готовая почувствовать жесткую, холодную землю и окончательную темноту.

Но падения не случилось.

Вместо камней я ощутила знакомый, нестерпимый жар. Мощные руки подхватили меня, намертво прижимая к твердому телу. Вальтер. Он не дал мне упасть.

Я попыталась что-то сказать, но из горла вырвался лишь слабый хрип. Сознание угасало, но последнее, что я запомнила — это его бешеный стук сердца под моей щекой. Он всё еще злился, я чувствовала это каждой клеткой, но его хватка была такой отчаянной, словно он боялся, что я исчезну, стоит ему разжать пальцы.

Вальтер

Мишель рухнула бы прямо в кровавое месиво у наших ног, если бы я не рванулся к ней, забыв о собственной злости. Она вздрогнула всем телом, когда мои руки сомкнулись на её теле.Судорожно сжал ее, пытаясь привести в чувства.

Ее глаза, еще мгновение назад метавшие молнии, всё еще мерцали затухающим, призрачным светом, а я просто не мог отвести взгляда от того, что она натворила.

Вокруг нас воцарилась мертвая тишина. Все до единого враги лежали неподвижно. Смерть пришла к ним так быстро, что на их лицах застыло выражение крайнего недоумения.

Я тяжело сглотнул, чувствуя, как во рту пересохло. Я знал, что она сильна, но ээто была не просто магия. Это была первобытная мощь, способная стирать жизни десятками за один вдох.

— Мишель! — к нам подбежала её наставница, её лицо было бледнее мела. Она дрожащими руками потянулась к ней.

— Что с ней?! — прорычал я. Гнев застилал мне зрение. Я злился на неё за то, что она снова пренебрегла моим приказом, за то, что подставила себя под такой удар, за то, что заставила моё сердце пропустить удар от ужаса. Но когда она слабо вздохнула и на мгновение приоткрыла затуманенные глаза, гнев моментально сменился жгучей тревогой.

— Ее нужно на кровать, быстрее! Ей нужен покой и восстановление! — воскликнула Жозефина.

Подхватив ее на руки, я понес её прочь с поля боя. Я шагал в сторону её покоев, буквально кожей чувствуя её жар через тонкую ткань платья. Я впитывал этот жар, прижимал её к своей груди так крепко. Прижался к ее макушке, зажмурившись, сходя с ума от волнения за нее.

Мы ворвались в комнату. Жозефина указала на кровать, и я бережно, стараясь не причинить боли, опустил Мишель на подушки. Мои пальцы задержались на её ней чуть дольше, чем следовало. Уходить? Нет, эта мысль казалась кощунственной.

Майк и Фред зашли следом, их лица выражали крайнюю степень потрясения. Они замерли у порога, не смея нарушить тишину.

— Спасибо, Глава, начала наставница, но я даже не повернул головы в её сторону.

— Ваше имя? — бросил я, не сводя глаз с Мишель.

— Жозефина, ответила она, суетясь над своей подопечной.

Я с силой взъерошил волосы, чувствуя, как внутри всё кипит от злости. Я должен был вернуться к своим воинам, закончить дела, но ноги словно приросли к полу. Я не мог уйти, пока не получу ответы.

— Что она сделала? — мой голос прозвучал глухо и опасно. Я рывком придвинул стул к самой кровати и сел, следя за каждым движением ледышка. А самого внутри раздирает страх за нее.

— Как она уничтожила целое войско за секунды? Объясняйте, Жозефина. Всё, до последнего слова.

Жозефина лишь горько усмехнулась. Она коротким кивком подозвала служанку, которая уже несла таз с водой, испуганно позвякивая металлическими краями о фарфор.

— Вы же сами всё видели, Глава, тихо произнесла наставница, и её взгляд, острый и пронзительный, впился в моё лицо.

Мой взор был прикован к Мишель. Её грудь вздымалась часто и прерывисто, каждое дыхание давалось ей с трудом. Она казалась такой хрупкой на этих огромных подушках, такой беззащитной. Я рванул край тяжелого одеяла и резким, почти грубым движением накрыл её ноги.

— Она очень сильная, Вальтер, Жозефина заговорила тише.

— Её стихия — вода. А это значит, что ей подвластны все жидкости, любые их формы. В том числе и кровь.

Она прямо взглянула на меня, и в её глазах я прочитал ужасную истину.

— Она заживо иссушила их, закончила наставница.

— Вытянула влагу из каждой клетки, превратив живых воинов в пустые оболочки.

Мои брови непроизвольно поползли вверх. В груди что-то оборвалось.

— Мать твою, выдохнул Фред за моей спиной. Его голос дрожал от первобытного страха. Я был потрясен не меньше. Это была не просто магия, это было проклятие, облеченное в форму дара. Темная, жуткая сторона силы, о которой я и не подозревал.