— Не можешь, прорычал он, склонившись к самому моему лицу. Его глаза были совсем близко — дикие, темные, пахнущие лесом и грозой.

— Тебе лучше убраться отсюда сейчас же, пока я не потерял остатки контроля.

В его голосе была такая первобытная мощь, что на мгновение я забыла, как дышать.

— Неужели ты думаешь, что если ты отобрал мой меч, это остановит меня? — мой голос звенел от ярости, перекрывая стоны раненых и грохот рушащихся стен.

Вальтер оскалился, обнажая клыки, и грубо плюнул в сторону, не сводя с меня своего бешеного взгляда. Он выглядел как само воплощение войны: его рубаха была изорвана в клочья, обнажая перекатывающиеся мышцы груди и плеч, покрытые копотью и чужой кровью.

Но мой взгляд невольно скользнул вниз. Мое собственное платье превратилось в жалкие лохмотья. Длинный подол был разорван почти до бедра, бесстыдно открывая вид на мои ноги, испачканные пылью и мелкими ссадинами.

Я увидела, как его зрачки расширились, когда он заметил это. Его челюсти сжались так, что послышался хруст, а в глазах вспыхнуло нечто по-настоящему пугающее.

— Скройся с моих глаз! — прорычал он, и этот звук вибрировал в самом моем позвоночнике.

Я лишь крепче зажмурилась на мгновение, отчаянно качая голвой. Нет. Я не сдвинусь с места.

— До сих пор играешь в свои игры, Мишель? До сих пор провоцируешь меня? он шагнул вперед, сокращая расстояние между нами до ничтожного сантиметра.

От него исходил нестерпимый жар, пахнущий лесом, костром и опасностью.

— А что ты мне сделаешь, Вальтер? — я дерзко поднялась на носки, заставляя себя смотреть ему прямо в глаза, чтобы быть с ним почти наравне.

Мое сердце колотилось в горле, но я не позволила страху победить. Он часто и тяжело задышал, испепеляя меня взглядом, от которого по коже побежали крупные мурашки — и вовсе не от холода.

— Я не твоя подчиненная, прошипела я.

— Я не из твоего клана, я не волчица, которой можно приказывать. Я — ведьма. Свободолюбивая ведьма, у которой свои законы, ясно тебе?

Вальтер издал низкий, гортанный звук, и его глаза окончательно почернели, поглощая радужку. Это было зрелище, полное дикой, первобытной ярости .

Я смотрела на него завороженно, понимая, что совершаю ошибку, но я не могла, просто не имела сил оторвать взгляд от этих глаз, которые когда-то смотрели на меня с любовью, а теперь — с яростным отрицанием этой самой любви.

Я попыталась вырваться и перехватить свой меч, висевший на его поясе, но он был быстрее. Его рука мертвой хваткой вцепилась в мое запястье, и в следующее мгновение он рывком вжал меня в свою мощную, твердую как скала грудь.

Вскрикнула от неожиданности, когда его дыхание обожгло мою мочку уха.

— На твои законы мне плевать, ледышка, его голос стал низким, вкрадчивым шепотом.

— Здесь, на моей земле, нет иных правил, кроме моего слова. И по праву силы здесь всё принадлежит мне.Всё.

Слово «всё» ударило меня под дых, заставляя тело мелко дрожать. Он не просто говорил о территории. Он говорил обо мне.

Я растерянно хлопала глазами. Пока я пыталась прийти в себя, Вальтер, даже не выпуская меня из своего стального захвата, продолжал яростно отбиваться от наступающих врагов. Он двигался с невероятной скоростью, одной рукой круша черепа противников, а другой удерживая меня рядом с собой.

Что это за мужчина? Откуда в нем столько недоверия и этой удушающей, собственнической ярости?

Я резко пригнулась, чувствуя, как над самой головой с шипением пронесся сгусток чужой магии, опаляя волосы. Сердце в груди совершило кувырок и замерло. Хватит. С меня достаточно.

Я взглянула на свои ладони — они мелко дрожали, но внутри, в самой глубине души, уже начал раскручиваться ледяной вихрь моей истинной сути. Я зажмурилась на мгновение, сглатывая горький ком страха и обиды. Был только один путь.

Наплевав на все запреты Вальтера. Оттолкнула его, и не смотря побежала в центр. Мне нужно было больше пространства, чтобы драться.

Мишель

Мои глаза теперь наверняка сияли потусторонним светом, я медленно вытянула руку вперед. Пространство вокруг вздрогнуло. Сила отозвалась мгновенно, она ждала этого, она томилась в неволе слишком долго, и теперь, почувствовав свободу, хлынула по моим венам раскаленным свинцом.

Я крепко зажмурила глаза, проваливаясь в вязкую, густую тьму собственного страха.

В груди запульсировала такая острая, разрывающая боль. Каждый вдох давался с трудом, легкие обжигало ледяным пламенем этой силы. Я ощущала, как магия вибрирует в каждой клетке, заставляя кости ныть, а кожу — гореть от невидимых разрядов.

Под моими ногами сама земля содрогнулась. Почва застонала, пошла глубокими, рваными трещинами, не выдерживая того веса силы, что я обрушила на него. Воздух вокруг меня застыл.

Сквозь этот первобытный хаос до меня долетали звуки, казавшиеся теперь бесконечно далекими. Голос Жозефины. Она кричала моё имя, умоляла остановиться, но этот крик лишь тонул в буре ощущений.

Если я сейчас открою глаза, если позволю хоть капле человеческого сострадания вернуть меня назад, они ударят вновь.

Назад пути не было.

Моя рука дрожала . Каждое мое движение отзывалось в окружающем пространстве тяжелым, влажным эхом. Враги застыли, их лица исказила гримаса первобытного ужаса, но и все остальные замерли, парализованные той мощью, что исходила от меня.

Сила внутри требовала капитуляции. Она шептала мне в самое сознание: «Отдайся мне. Стань бездной, и я сотру их из реальности».

Этот шепот был соблазнительным, он обещал избавление от боли, но если я позволю этой ледяной волне накрыть мой разум, та девушка, которой я была, исчезнет навсегда. Я сцепила зубы так сильно, что во рту разлился металлический вкус крови.

С оглушительным ревом, вода хлынула прямо из-под земли. Она не просто текла — она вырывалась яростными столбами, круша камни и сбивая врагов с ног. Их тела уносит этим беспощадным потоком, слышала их захлебывающиеся крики, но их было слишком много.

В какой-то момент воздух вокруг меня заискрился от вражеской магии. Десятки заклятий, ослепительных и смертоносных, были направлены в одну точку — в мое сердце. Время словно замедлилось. Я вскинула руку вверх, чувствуя, как плечо пронзает острая судорога.

Сделав нужны пас рукой. Перед моими глазами взметнулась колоссальная стена воды, настолько плотная и тяжелая. Вражеские огни и молнии с шипением тонули в этой толще, оставляя лишь облака едкого пара.

Мои силы были на исходе. Перед глазами плыли черные пятна. Я на мгновение замерла, пытаясь поймать рваный ритм своего дыхания, и в этой короткой паузе мои глаза встретились с его взглядом.

Вальтер.

Он стоял среди руин, был чернее самой темной тучи, но когда наши взгляды пересеклись, я увидела то, чего не ожидала найти в этом человеке. Его маска безупречного спокойствия дала трещину.

Он тяжело сглотнул, как в его глазах вспыхнуло дикое, ничем не прикрытое волнение. Это не был страх перед моей силой — это был страх за меня. Этот взгляд обжег меня.

Я замерла на мгновение, а в следующую секунду пространство разорвал ослепительный всполох чужой магии. Удар был такой силы, что меня просто снесло с ног. Я врезалась в острые выступы скал.

Боль была резкой. Легкие словно схлопнулись, отказываясь втягивать воздух, а в глазах на секунду потемнело от невыносимой пульсации в позвоночнике. Я хрипло выдохнула. Времени на не было. Каждая секунда промедления стоила жизни не только мне, но и тем, кто еще держал оборону.

— Так-так вот где ты спряталась.

Один из ведунов, чье лицо было скрыто глубоким капюшоном. Он грубо схватил меня за шиворот, рывком вздергивая вверх..

— Твой отец с ног сбился, разыскивая тебя. Пора домой, он оскалился, и в этом оскале не было ничего человеческого.