Первый шаг вглубь острова сопровождался хрустом, который прокатился по всему телу неприятной вибрацией.

Под ногами лежали кости. Везде, куда ни глянь, простирался ковёр из человеческих останков, настолько плотный, что обычной земли просто не существовало. Черепа скалились пустыми глазницами, рёбра торчали из‑под слоя более мелких фрагментов, позвонки рассыпались под подошвами в белёсую пыль. Каждый шаг порождал новый звук, сухой треск ломающихся костей, который эхом разносился между искривлёнными деревьями.

Деревья здесь заслуживали отдельного описания. То, что издалека казалось просто уродливыми стволами, вблизи оказалось чем‑то куда более жутким. Гигантские позвоночники, сросшиеся в подобие древесных колонн, уходили вверх на десятки метров. Рёбра размером с корабельные мачты отходили от них в стороны, образуя подобие ветвей. Всё это было покрыто гнилой корой, чёрной и склизкой на вид, из‑под которой местами проглядывала желтоватая кость.

Тали остановилась, её лицо побледнело.

– Это… это всё люди?

Я осмотрел ближайшее «дерево». Позвонки были слишком большими для человека, каждый размером с бочку. Что‑то древнее, может быть, великаны из славянских легенд, а может, существа, которым даже в мифах не нашлось названия.

– Частично. Здесь собраны останки всего, что когда‑либо умирало на Буяне. Тысячелетия смертей, спрессованные в один остров.

Роман сделал осторожный шаг вперёд, и под его ботинком что‑то хрустнуло особенно громко. Он поморщился.

– Как вообще можно ходить по такому? Ощущение, будто топчешь кладбище.

– Потому что это и есть кладбище, – Тамамо принюхалась, её золотистые глаза сузились. – Древнее место силы. Смерть здесь настолько концентрирована, что стала материальной.

Лиза шла молча, её рука лежала на рукояти меча. Святое пламя едва заметно мерцало под кожей её пальцев, реагируя на присутствие нежити, которую мы ещё не видели, но которая наверняка была где‑то рядом.

Артём двигался чуть в стороне, его глаза постоянно бегали по окружению. После схватки с Чудо‑Юдо он держался ближе к группе, и я заметил, как Тали бросила на него быстрый взгляд, почти благодарный.

Мы углубились в костяной лес.

Туман здесь висел плотной завесой, ограничивая видимость десятком метров. Он двигался сам по себе, клубился и переливался, словно живое существо, которое изучало незваных гостей. Иногда в его глубине мелькали силуэты, слишком быстрые, чтобы разглядеть, слишком большие, чтобы игнорировать.

Звуки здесь тоже были неправильными. Хруст костей под ногами отдавался эхом, которое возвращалось с задержкой и искажённым, словно кто‑то повторял наши шаги в отдалении. Иногда доносился скрежет, будто что‑то огромное тёрлось о костяные стволы деревьев. Иногда – тихий шёпот на языке, который казался почти понятным.

Первая атака пришла без предупреждения.

Земля, точнее, слой костей, взорвалась в трёх местах одновременно. Существа, которые выбрались наружу, когда‑то были людьми. Теперь от человеческого в них осталась только общая форма: две руки, две ноги, голова. Всё остальное превратилось в нечто среднее между трупом и демоном. Серая кожа, натянутая на выпирающие кости, провалившиеся глаза, горящие тусклым красным светом, рты, полные игольчатых зубов.

Упыри. Славянская нежить, питающаяся кровью и жизненной силой. Шесть тварей, и каждая двигалась с пугающей скоростью.

– Контакт! – крикнул Роман, и его барьер вспыхнул золотым, отсекая двух упырей от группы.

Лиза уже была в движении. Её меч описал дугу, и святое пламя полыхнуло, заливая ближайшую тварь золотистым огнём. Упырь завизжал, звук был похож на скрежет ржавого металла, и рухнул, корчась на костях.

– Нежить! – она развернулась ко второму противнику, её глаза горели боевым азартом. – Моя стихия!

Клинок Лизы рассёк воздух, и ещё один упырь превратился в обугленные останки. Она двигалась уверенно, каждый удар был точным и экономным. Священное пламя пожирало тварей изнутри, выжигая ту тёмную энергию, которая удерживала их в подобии жизни.

Тали выпустила своих конструктов. Три ибисоголовых воина Тота врезались в строй упырей, орудуя посохами. Валькирия парила над полем боя, выбирая цели.

Я обнажил Грань Равновесия и шагнул навстречу двум тварям, которые пытались обойти нас с фланга. Первый упырь бросился на меня, когти рассекли воздух в сантиметре от горла, но я уже уклонился, пропуская атаку мимо. Клинок скользнул по инерции, отсекая тварь от земли до ключицы. Упырь рухнул двумя половинами, которые ещё несколько секунд продолжали дёргаться.

Второй оказался хитрее. Он нырнул под мой замах и попытался вцепиться в ногу. Коготь Фенрира выстрелил, трос обвился вокруг шеи твари, и я рванул на себя, одновременно опуская меч. Голова отделилась от тела с влажным хрустом.

Тамамо расправилась с последними двумя упырями одним движением. Её огонь, голубовато‑белый и обжигающий, хлестнул по тварям как плеть, превращая их в пепел прежде, чем они успели приблизиться.

Тишина упала на поляну вместе с последними искрами кицунэ‑огня.

– Слишком легко, – пробормотал Роман, опуская барьер. – Для S‑ранга это какая‑то разминка.

– Это и есть разминка, – я огляделся по сторонам. Туман колыхался, в его глубине двигались новые силуэты. – Низшая нежить. Мелочь, которая обитает на окраинах.

Лиза вытерла клинок о край плаща. Святое пламя потускнело, но не погасло полностью, готовое вспыхнуть при первой необходимости.

– Сколько ещё до центра острова?

Я вытащил Карту Всех Дорог. Золотистые линии на пергаменте сплелись в схему местности, показывая наше положение и путь вперёд. Маршрут петлял между костяными деревьями, огибая какие‑то тёмные пятна, которые карта помечала как «зоны повышенной опасности».

– Около трёх километров до точки перехода на следующий остров. Но между нами и ней находится что‑то, что карта не хочет показывать подробнее.

Тали заглянула через моё плечо, её глаза расширились.

– Это чёрное пятно в центре? Оно пульсирует.

– Босс острова. Страж, которого нужно победить, чтобы пройти дальше.

Мы двинулись вперёд, и остров немедленно ответил на наше вторжение.

Второй бой начался через пятнадцать минут. Мертвяки, костяные големы, собранные из тех самых останков, что покрывали землю, поднялись из‑под ног без предупреждения. Их было больше, чем упырей, около двух десятков, и они атаковали волнами, пытаясь задавить нас числом.

Роман развернул защитную сферу вокруг группы, и первая волна врезалась в барьер с грохотом, который отдался в ушах. Кости трескались о золотистую поверхность, разлетаясь осколками.

– Держу! – его голос был напряжённым, но уверенным. – Атакуйте!

Лиза первой вышла за пределы барьера. Священный меч полыхнул, и ближайшие мертвяки рассыпались грудами инертных костей. Она прорубала себе путь сквозь толпу, каждый удар оставлял за собой дымящиеся останки.

Тамамо двигалась рядом с ней, и их совместная работа была смертоносно эффективной. Кицунэ опаляла врагов, а Лиза добивала тех, кто уцелел. Две разные магии, объединённые общей целью.

Я заметил, как четыре мертвяка обходят нас с тыла, целясь в Артёма, который прикрывал Тали. Телепортер был занят, отбиваясь от двух тварей сразу, и не видел угрозы.

Лиза тоже заметила. Она развернулась, её меч уже в движении, и священное пламя хлестнуло по надвигающимся скелетам. Три из четырёх рассыпались мгновенно.

Четвёртый каким‑то образом уклонился и бросился на Артёма со спины.

Лиза метнулась следом, её скорость была почти сверхъестественной. Клинок описал дугу и рассёк мертвяка пополам в последний момент, когда костяные пальцы уже почти коснулись шеи телепортера.

Артём обернулся, его глаза расширились от удивления.

– Не сдохни тут, – бросила Лиза, её голос звучал раздражённо. – Ты ещё нужен.