– Буян, который описывается в сказках как один остров, на самом деле архипелаг. Остров Костей, Остров Забвения, Остров Пепла, и в центре, Истинный Буян, где лежит Алатырь‑камень. Попасть на него можно только через один из крайних. А может, придётся пройти через все три.

– Три дороги, – Лиза поняла первой. – Сценарий говорил о трёх дорогах. Это буквально три пути через архипелаг.

– Вполне возможно.

Роман нахмурился:

– И какой путь правильный?

Прежде чем я успел ответить, воздух завибрировал.

Звук пришёл отовсюду, низкий, утробный рёв, который ощущался не столько ушами, сколько внутренностями. Он проходил сквозь тело, заставляя кости резонировать, и я увидел, как Тали схватилась за руку Романа, её лицо побледнело.

Поверхность моря вздыбилась далеко от берега.

Что‑то поднималось из глубины. Огромное, настолько, что мозг отказывался принимать масштаб. Чёрная бугристая масса, покрытая чем‑то похожим на чешую размером с дом. Из неё торчали то ли плавники, то ли щупальца, то ли что‑то совершенно неопознаваемое, движущееся по собственной воле.

На поверхности показалось нечто похожее на глаз. Один, огромный, мутный, как бельмо слепца. Он медленно повернулся в нашу сторону.

И посмотрел.

Секунда – две, не больше, но я чувствовал этот взгляд на коже.

Затем существо погрузилось обратно, и море успокоилось. Волны продолжали биться о камни, туман клубился над водой, но все мы понимали: оно знает, что мы здесь.

– Что… что это было? – голос Тали дрожал.

– Чудо‑Юдо, – ответил я, глядя на текст, выведенный перед глазами Оком. – Хтоническое морское божество. Одно из тех, что были старыми ещё до прихода славян на эти земли.

Роман сглотнул:

– Я не смогу это остановить. Мой барьер… оно даже его не почувствует.

Артём смотрел на воду:

– И как мы переберёмся на острова, если эта тварь в море?

Тамамо молчала, но её золотистые глаза сузились, а хвосты под иллюзией наверняка распушились от напряжения.

– То, через что мы прошли в лесу, – я обвёл взглядом команду, – это была разминка. Мелкие духи, низшая нежить. Они бегут сюда, на окраины Искажения, потому что боятся того, что обитает в центре.

Тали издала сдавленный звук:

– То есть… всё это… было лёгкой частью?

Я кивнул.

Из леса за нашими спинами донёсся треск. Тварь выползла на берег в метрах ста справа. Упырь, изуродованный, с оторванными конечностями, ещё живой. Он полз к воде, оставляя за собой борозду в чёрном песке, издавая жалобные звуки.

Из моря поднялось щупальце.

Тонкое по меркам того чудовища, но всё равно толщиной с дерево, оно двигалось с обманчивой медлительностью. Обвилось вокруг упыря, сжалось и утянуло под воду. Крик существа оборвался бульканьем.

С ближайшего острова донёсся стук, ритмичный, как барабанный бой. Или как шаги чего‑то очень большого.

С другого острова зазвучало пение. Красивое и жуткое одновременно, голоса, которые звали по именам.

Лиза вздрогнула:

– Я слышала своё имя.

– Не слушай, – я положил руку ей на плечо. – Это Остров Забвения. Он пытается найти то, что ты потеряла.

Роман скрестил руки на груди:

– Ладно, это всё очень познавательно, но как нам перебраться на остров? Только не говори, что вплавь.

Тамамо фыркнула:

– Я не люблю воду.

Я отступил от края берега и начал разминать плечи, потом шею, потом колени.

– Что ты делаешь? – Тали смотрела на меня с недоумением.

– Готовлюсь.

– К чему?

Я наклонился, растягивая мышцы ног.

– Потому что нам придётся бежать. Очень, очень быстро. Советую и вам разогреться.

Артём стоял рядом со мной на краю обрыва, его взгляд скользил по архипелагу, теряющемуся в клочьях тумана. Ветер с моря бил в лицо. Волны внизу разбивались о чёрные камни с монотонным грохотом, который отдавался в груди глухим эхом.

– Артём, – я повернулся к нему, не отрывая взгляда от ближайшего острова. – Какая сейчас максимальная дистанция твоего телепорта?

Он прищурился, оценивая расстояние до тёмной громады, торчащей из серых волн. Его губы беззвучно шевельнулись, словно он производил какие‑то внутренние расчёты, сопоставляя возможности своего таланта с реальной географией.

– Отсюда до острова никак не достать, – он качнул головой, и в его голосе прозвучала досада профессионала, столкнувшегося с ограничениями собственного инструмента. – Думаю, примерно чуть меньше половины расстояния смогу покрыть. Может, процентов сорок, если сильно постараюсь. И забрать больше двоих человек не получится, иначе рассеивание энергии пойдёт по экспоненте, и мы материализуемся где‑нибудь внутри скалы.

Я кивнул. Этого я и ожидал. Талант Артёма был мощным, но имел свои границы, особенно когда речь шла о групповой телепортации на предельные дистанции. Физика пространственных искажений не прощала самонадеянности.

– Хорошо, – сказал я, разворачиваясь к остальным. – Когда будешь уверен, что можешь достать, бери Тали и Лизу и прыгай на остров. Мы двинемся на правый, он ближе всего.

Артём нахмурился, его глаза метнулись к указанному острову, потом обратно ко мне. Я видел вопросы, которые роились у него в голове, пытаясь сложиться в логичную картину. Как мы собираемся преодолеть оставшееся расстояние? Почему именно эти двое? Что я задумал?

Но он не стал спрашивать. Вместо этого просто кивнул, принимая приказ.

– Понял. Сделаю.

Я отошёл от края и направился к Роману. Тот стоял чуть поодаль, наблюдая за морем с выражением человека, который пытается оценить угрозу и понимает, что его обычные методы оценки здесь бесполезны. После Гробницы Императора он научился принимать масштаб опасности без паники, но Чудо‑Юдо явно находилось за пределами всего, с чем он сталкивался раньше.

– Роман, – я остановился рядом с ним. – Сможешь сделать небольшие шипы на подошвы? Всем нам.

Он повернулся ко мне, его брови чуть приподнялись в удивлении. Вопрос был неожиданным, но Роман не стал тратить время на выяснение деталей. Его талант позволял создавать барьеры и твёрдые конструкции из энергии, и мелкие шипы на обуви были для него задачей уровня «разминка перед завтраком».

– Вообще не проблема, – он пожал плечами. – Даже энергии почти не потребует. Размер, форма?

– Небольшие, острые, как у альпинистских кошек. Главное, чтобы держали на скользкой поверхности.

Роман кивнул и опустился на одно колено. Его ладони засветились золотистым, и он по очереди коснулся обуви каждого члена команды. Тали захихикала, когда энергия защекотала её через ткань кроссовок. Лиза стояла неподвижно, позволяя ему работать. Тамамо посмотрела на свои ноги с выражением лёгкого любопытства, словно наблюдала за забавным фокусом.

Когда Роман закончил, я проверил результат. На подошвах моих ботинок появились небольшие выступы, твёрдые как сталь, но почти невесомые. Идеально.

– Отлично, – я направился к краю обрыва, туда, где чёрные камни обрывались в бушующее море. Остальные потянулись следом, и я чувствовал их взгляды на своей спине, смесь доверия и тревожного ожидания.

Я остановился на самом краю, где солёные брызги долетали до лица. Внизу волны бились о скалы с яростью, которая казалась почти личной, словно море ненавидело местную сушу и пыталось её уничтожить.

– Итак, – мой голос прозвучал спокойно и чётко, перекрывая шум прибоя. – Бежим строго за мной. Не отстаём. Роман, идёшь последним, внимательно смотришь на фланги. Твои барьеры очень важны, если вдруг что‑то пойдет не так. Лиза и Тали в середине. Тамамо сразу за мной.

Тали переглянулась с Лизой, в её глазах читалось недоумение, смешанное с нарастающим беспокойством.

– Костя, – она осторожно подняла руку, как школьница на уроке. – Может, я чего‑то не понимаю, но… куда именно мы собираемся бежать? Там вода. Много воды. И в ней живёт что‑то очень большое и очень голодное.