— Приятно осознавать, что даже в такой прискорбной ситуации ты меня вспоминаешь, Мэ-ди-сон Ли.

"Боже, кажется я начинаю галлюцинировать прямо ка Дэвид!"

Она услышала всплески чьих-то шагов в туннеле карстовой пещеры. Из поворота вышел мужчина.

Мэдди с трудом его узнала. Сильно исхудавший, похожий на сдувшийся воздушный шарик. Мокрая одежда висела на теле мешком, от пивного пуза не осталось и следа. Без нью-йоркского барбершопа растительность на лице стала напоминать бороду первобытного человека. На стекле его очков расползлась паутина крупных трещин.

Профессор Гэри Герритсен, собственный персоной. Сердце его студентки пропустило удар.

— Профессор? Вы так изменились… — Мэдди оставалась настороже. — Я уже успела вас мысленно похоронить. Как вы сюда попали? Давно ли вы в ловушке?

— Ты тоже изменилась. Кстати, классная стрижка. — он испуганно заозирался и перешел на шепот. — Уже сталкивалась с вампирами? Они хотели использовать меня как дойную корову, но чудом удалось сбежать. А потом я провалился сюда и повредил колено, уже не знаю сколько времени прошло с тех пор.

Гэри не уверен, что в пределах слышимости не было любопытных ушей. Чего только стоили подозрительные нетопыри под сводом пещеры.

Мэдди кричала и шептала одновременно:

— Какой ужас! Чем вы тут питались все это время?

— Крысами, мой друг. Сырыми крысами.

— Иу-у-у! — скривилась девушка.

— Мэд, — прошептал он серьезно, и в его голосе не было ни малейшего намека на насмешку, — Ты знаешь, я посвятил тайнам всю свою жизнь. Ушли годы, чтобы раскопать информацию об этом городе. Он старый, старше, чем большая часть твоего любимого Манхеттена. Я не хочу тебя обидеть — для того, кто три раза покидал Нью-Йорк, и то, ради легкомысленных путешествий, ты умеешь действительно много. Но как ты выжила среди толпы кровососов?

Ее взгляд привлек блеск металла. Мэдисон наклонилась и вытащила что-то из воды. Профессор воспользовался ситуацией. Он оценивающе посмотрел на ее кожаный костюм, облепивший мокрое тело, и на взъерошенный ежик светлых волос. Девушка выпрямилась. В дрожащих руках она держала насквозь мокрое полицейское ружье Ремингтон, внутри которого находились промокшие патроны, внутри которых был промокший порох. Теперь это некогда грозное оружье годилось только в качестве дубинки.

— Видимо, ты научилась стрелять. Меня это несколько удивляет.

— Да, научилась. У моего нового друга много огнестрела. — Мэдди одарила его холодом голубых глаз исподлобья. — А другая часть экспедиции не имела оружия, поэтому сразу пошла на корм кровососам. Стив, Майкл, Джоуи, Кортни, Лора, Рэйчел и Питер теперь мертвы. Что это, глупость или предательство?

— Ты меня в чём-то подозреваешь?

Мэдди еще раз оценивающе посмотрела на профессора. Лохматая борода отшельника, синие круги под глазами. Он действительно выглядел как голодающий узник гостиницы «Диаваль». Во время падения он повредил несколько уже не молодых костей, а особенно колено, поэтому слегка прихрамывал.

— Нет. Уже нет.

— Тогда помоги мне найти выход из этих пещер.

Мэдисон подошла поближе к Герритсону и заглянула в его маленькие поросячьи глазки, скрытые за потрескавшимся стеклом.

— А что с вашими очками?

— Они, э-э… Они разбились, когда я падал. Точнее когда я приземлился.

— О, черт, Гэри, мне типа, очень жаль. — сказала Мэдди с притворным сочуствием, которое он тоже почувствовал.

Профессор почти что плакал.

— Это была моя единственная пара!

— Не беспокойтесь об этом, купите себе новую пару когда мы выберемся.

Профессор вытер скупую мужскую слезу и внезапно вспылил, хотя это было совсем на него не похоже. Мэдди задалась вопросом, откуда взялась эта его истеричность.

— Что ты имеешь в виду под «не беспокойся об этом»?! Конечно, я буду беспокоиться об этом! Я не могу, черт возьми, видеть.

— Позаботимся об этом, когда мы выберемся наружу.

— Если.

— Что?

— Если мы когда-нибудь выберемся наружу.

В затопленных тоннелях под землей Мэдисон встретила не только испуганного профессора Герритсена, но и призрак своей прошлой жизни.

Призрак, который уверенно вел ее сквозь подземные коридоры, шлепая по воде своей хромой ногой. Вскоре коридор сделал спуск вниз и они снова оказались бредущими по пояс в холодной воде. Мэдди чихнула. Кажется, она начинала заболевать, а ведь скоро могло наступить переохлаждение.

Она поверила ему. Поверила, что древнее подземелье было обнаружено Герритсеном случайно, когда тот сбежал из кровавого рабства от местной нежити. Большую часть пути они прошли в звонком молчании.

Это пространство не представляло из себя тот удивительный пример подземного храма вампиров, который она ожидала увидеть. Таковыми были те соляные пещеры, в которые Шерифа и его помощницу сбросила гостеприимная ведьма Маринетт. Шахты из соли являли собой настоящее архитектурное чудо, не уступающее вавилонскому зиккурату. Да и скелетов там было огромное количество, как при раскопках Вавилона.

Место, в котором они с профессором сейчас находились, напоминало огромный родовой проход. Через час скитаний по этому каменному чреву, Мэдди уже не понимала, идут они внутрь или наружу. Шаги кажутся такими тяжелыми, что хочется просто упасть в воду и уснуть навсегда.

Она коснулась белой стенки с наростами и почувствовала пыль на своей ладони. Видимо, эта дырка под землей образовалась в пластах гипса и известняка, и разрасталась под влиянием подземных вод, превращаясь всё в более запутанный и сложный лабиринт.

Упорство, с которым грунтовые воды выдалбливали помещения в толще известняка, вызывало удивление двух археологов. Герритсен, как будто забыв о боли и о том, в каком ужасном положении сейчас находится, издал восторженный возглас:

— Это не просто подземелья, это целый мир, скрытый от глаз посторонних! Посмотри, разве это не восхитительно!?

Парочка испуганных нетопырей под потолком проснулась и улетела прочь от шумных людишек. Мэдди услышала, что голос профессора, когда он это произнес, почти неразличимо дрогнул. Да она и сама не лучше. Дрожала всем телом и с трудом волокла ноги сквозь холодную воду, которая замедляла их движение. Вода была уже не по пояс, она поднялась выше пупка. Девушка произнесла, стуча зубами:

— П-п-подземные воды продолжают поступать. Нам надо найти путь наверх к-к-как можно скорее.

— Да, если дождь снаружи не прекратится, нас ждет… лучше не задумываться о том что нас ждет.

Извилистая пещера начала расширяться. Она стала еще шире и двое уперлись в красочный грот со сталактитами и сталагмитами — причудливыми минеральными образованиями, созданными водой.

— Профес-с-сор, кажется это т-т-тупик.

Герритсен запрокинул голову, прищурился и указал куда-то пальцем. Взгляд Мэдди проследил за его траекторией.

— Посмотри, мне это мерещится или там действительно какие-то выступы на стене?

Вздох облегчения вырвался из ее рта, и Мэдди побежала, держа ружье перед собой. Вода поднялась еще на несколько дюймов и доставала девушке почти до груди.

Мэдди увидела появляющиеся ступеньки, искусно вырезанные в известняке. Они были почти невидимыми: серые на сером фоне стены. Лестница наверх оказалась довольно узкой, так что девушка пропустила профессора вперед и поднялась за ним следом. Поднявшись, Мэдди и Герритсен увидели, что под самым каменным сводом пещеры была маленькая ниша, почти комнатка своего рода, вырезанная в стене известняка. В этой нише была не зияющая черная дыра, выдолбленная в камне, которую они ожидали увидеть. Там находилась вполне цивилизованная деревянная дверь с металлической ручкой.

Герритсен застыл на месте, уже протянув одну руку к двери, медленно повернулся к девушке и немигающим взглядом уставился на нее. На задворках ума Мэдисон всколыхнулось подозрение, а вместе с ним и сомнение. Не предал ли он ее? Не было ли это какой-то ловушкой? Она притворно кивает, одарив его улыбкой. Решительно пытается вытолкнуть тревожную мысль из головы. Но разве женская интуиция ее подводила, хотя бы единожды? Девушка выпучила свои оленьи глаза.