«Вот! В таком прикиде я быстро сойду за свою в обществе болотных деревенщин» — подумала Мэдисон Ли, отличница Колумбийского Университета. — «Я похожа теперь на голодающего подростка из трейлер-парка. Которая стала матерью-одиночкой в пятнадцать лет. А звать ее будут на французский манер, например… Вивьен!»

Когда она вышла из каморки и начала крутиться перед ним, у Шерифа пропал аппетит. Он снял черные очки, закрыл глаза и взялся пальцами за переносицу.

— Когда я сказал одеться в гражданское, я не имел ввиду «оденься как малолетняя шалава».

Мэдди уперлась руками в талию и смеялась, запрокидывая голову.

— Почему нет? Я слышала в этих местах много малолетних шалав, можно среди них затеряться. А те таблетки, которые ты вчера дал, мне чертовски понравились! Поднимают настроение, знаешь ли.

Мужчина оценивающе посмотрел на нее, саркастически подняв одну бровь. Затем залпом осушил свою кружку черного кофе, схватил девушку за забинтованное запястье и потащил к двери.

— Пойдем, прогуляемся пешочком до болот.

— Эй, полегче! Мне вообще-то больно.

Шериф взял ее ладошку в свою широкую руку и провел девушку по знакомой пустынной улице города. Кажется, он до сих пор боялся, что она сбежит.

Двое шли, перешагивая лужи на разбитой дороге. Мимо аптеки, муниципалитета, гостиницы, библиотеки, магазинчиков и частных домов. Среди домов в конце города, Мэдди только сегодня заметила древнюю усадьбу с простой и самобытной архитектурой.

Дэвид рассказал, что это Акадия Хаус — бывшая плантация, построенная состоятельным каджунским рабовладельцем, которая потом стала краеведческим музеем, посвященным рабству. Перед входом стояла красивейшая статуя в виде чернокожего ангела из бронзы, с обнаженной женской грудью и младенцем в руках. Дэвид и Мэдди немного полюбовались скульптурой и пошли дальше.

Не доходя до злосчастного казино и таблички «Добро пожаловать в Хайдвилд», они свернули налево в сторону дремучего леса. Дэвид повел ее через высокую траву, вглубь леса, мимо величественных дубов и дальше вглубь.

Они остановились у самой кромки зеленой воды. Мэдди почувствовала, как свисающий с ветвей испанский мох касается ее макушки, и замахала руками со словами:

— Бр-р-р, какая мерзость.

Их окружала непроглядная растительность, где солнечные лучи едва пробивались сквозь густую листву. Здесь болото жило своей таинственной жизнью. Среди густых зарослей болотных кипарисов и магнолий, воздух был пропитан влагой, а также ароматами экзотических растений. Вода вдалеке не заканчивалась, а как грязное зеркало, достигало горизонта и отражало бескрайнее синее небо. Фильм ужасов — да и только.

В лесу не слышно пения птиц, даже многоголосый пересмешник молчал. Должно быть, это то самое проклятое место, про которое Мэдди прочитала в одной из книг, украденных в библиотеке Хайдвилда.

В эпоху рабства здесь погибло великое множество чернокожих невольников. Сбегая от хозяев, они пытались переплыть болото, окружавшее этот город со всех сторон. Однако судьба была к ним немилосердна — беглые рабы становились жертвами аллигаторов, на свободу выбирались единицы. Кроме того, здесь полно кровососущих насекомых и ядовитых рептилий. Так что трупы всех погибших до сих пор не удалось обнаружить.

В зарослях Мэдди мерещится шорох и движение веток, будто кто-то подглядывает за ними из кустов. Девушка почувствовала как мурашки бегут по коже, и испуганно вырвалась из цепкой хватки Шерифа.

— Что там опять появилось в твоей черной голове? Очередная гениальная идея как ухудшить и без того дерьмовое положение дел?

— Наоборот, хочу запутать наших «глубокоуважаемых коллег». Для знающего человека, сбить копов с правильного следа не составит труда. Они же тупые как пробка! До сих пор верят в детектор лжи. — Дэвид усмехнулся и вытащил что-то из кармана брюк. — К счастью, за свою короткую жизнь ты не нарушила ни одного закона, и твоих пальчиков в базе данных нет. Пока что можешь не волноваться по этому поводу, главное чтобы пьяные каджуны не вспомнили детали нашего внешнего вида.

Шериф протянул ей листочек, вырванный из блокнота, и достал свой мобильный. Судя по кнопочному телефону, Дэвид сам не интересовался технологиями с конца двухтысячных годов, но при этом смеялся над детектором лжи.

— Зачитай этот текст в трубку, когда я скажу.

Он быстро набрал номер и сунул телефон Мэдисон в руку. Оттуда доносился женский голос секретаря:

— Полицейский департамент округа Вермилион слушает.

Мэдди поднесла бумажку с текстом к глазам и зачитала с выражением:

— Анонимное сообщение относительно Реджинальда Бордо и его бывшей подружки Маринетт Гийо. Они не пропали без вести, а скрываются от правосудия. Эти двое совершили жестокое убийство в Ноденсе! Безумная парочка маньяков сейчас путешествует где-то за пределами Луизианы, вместе с украденным оружием. Они могут быть где угодно в поисках новой жертвы, и точно продолжат совершать подобные убийства в разных штатах. Необходимо подключить к делу федеральное бюро расследований. Вы меня слышите?

— Да, все разговоры по этой линии записываются. Спасибо за информацию.

После чего Шериф выхватил у нее телефон, вытащил сим-карту, батарею, и выбросил все вместе с корпусом в зеленое болото, окруженное призрачно-серыми кипарисами.

— Ну отлично, Дэвид! Теперь у копов есть не только мои отпечатки, но и запись голоса!

Шериф проводил девушку обратно в бар «Пьяный аллигатор», только теперь они зашли с парадного входа. Усадил ее за барную стойку и произнес, закрывая за собой дверь:

— Развлекайся, а я скоро вернусь. Надеюсь, ты за один час не успеешь уничтожить весь алкоголь в радиусе километра?

Мэдди заерзала на барном стуле с высокими ножками и оглянулась на него через плечо.

— Это вызов, Шериф?

Дэвид хлопнул дверью. Он загрузил в пикап запаску и домкрат, после чего умчался в сторону когда-то процветающей плантации. И особняка, который теперь стоял абсолютно пустой на отшибе города. Чего и боялась его мать больше всего на свете: вымерший род и брошенное на растерзание богатство — это был самый страшный кошмар миссис Хайд, заставивший ее вернуться с того света.

Дэвид открыл кованные ворота с вензелем и проехал Дубовую Аллею. Вдали показалось белое здание с большими колоннадами, сверкающими вдалеке. Сердце его забилось быстрее. С незапамятных времен все, что он здесь видел, вся земля, насколько можно окинуть взглядом, принадлежала Хайдам.

Шериф приезжал сюда время от времени, чтобы проверить, не поселились ли в этих огромных залах и пустующих спальнях кровососущие твари. Делал обход по стеклянной оранжерее, поднимался с фонариком на мансарду. На обширной территории находился также деревянный домик надсмотрщика, в котором они с сестрами любили играть в детстве. Каждый уголок этого особняка приносил ему душевную боль вместе с воспоминаниями.

Но сегодня Шериф приехал по другой причине: пришло время отремонтировать свою старенькую патрульную машину Chevrolet Caprice PPV.

Пока он занимался своими делами, на горизонте появился приближающийся грозовой фронт. Стремительно надвигался со стороны плантаций. Небо постепенно становилось темно-фиолетовым со сверкающими проблесками молний.

Шериф быстро поменял спущенные колеса на новенькие, загнал пикап Бетси в гараж, и уже собирался уезжать, когда неведомая сила потянула его внутрь дома. Сила притяжения, которую сопровождал шепот внутри его черепной коробки. Или этот шепот доносился снаружи? Дэвид схватился за виски: в его голове раздался детский смех из множества голосов, заглушающих его собственные мысли.

Не то чтобы он был сильно удивлен. Голоса приходили в его голову и раньше много раз, но они были совершенно иные. Хрустально-чистые сияющие голоса, отдающие приказы. И он выполнял их желания беспрекословно, как солдат, не испытывающий угрызений совести.