Остановившись, Шериф выпустил дым через решётку, зазвенели ключи, и он открыл клетку. Первая её мысль была эмоциональной:

“Пресвятой Иисус, меня сейчас будут насиловать, а я не мылась трое суток!”

Вторая мысль рациональной:

“Никогда нельзя недооценивать врага, мистер Хайд.”

Мэдисон помнила, что физически слабый противник может надеяться только на эффект неожиданности. Тем временем полуобнаженный мужчина протянул руку к Мэдди, словно собирался пригласить её на танец.

— Не двигайся, то есть — пожалуйста… Черт бы побрал все эти вежливости. Я постоянно забываю о них…

Она быстро взяла Ветхий завет двумя руками и со всей силы бросила в его крупный лоб. Такая хрупкая на вид девушка, а силищи хоть отбавляй. Шериф упал, а рядом с ним книга, раскрывшись на странице Левит 24:17.

“Кто убьет человека, тот предан будет смерти. Кто убьет скотину, должен заплатить за нее, скотину за скотину. Кто сделает повреждение на теле ближнего своего, тому должно сделать то же, что он сделал: перелом за перелом, око за око, зуб за зуб; как он сделал повреждение на теле человека, так и ему должно сделать. Кто убьет скотину, должен заплатить за нее; а кто убьет человека, того должно предать смерти.”

Девушка села на корточки перед телом, чтобы проверить пульс. Крови нигде нет, выражение его лица оставалось совершенно безмятежным. Мэдди почувствовала, как злая радость мщения разливается внутри неё:

— Stultissimus hominum, Victor fellator (Самый глупый из людей, победитель-членосос!)!

Наклонилась чтобы взять связку ключей из его ослабевших пальцев и почувствовала приятный запах лосьона после бритья. Как же коп меняется в лице, когда спит…

Молнией промелькнула шальная мысль:

“Я могу сейчас заглянуть под его полотенце, и никто не узнает. Нет Мэд, ты же не такая как этот гребаный маньяк… Или такая? Просто женское любопытство, просто научный интерес… Потом напишу статью “Влияние размера пениса на развитие личности”.

Под полотенцем проглядывался силуэт весьма внушительных размеров. Полицейская дубинка? Нет, должно быть это древесная гремучая змея. У него наверно погремушка на конце и очень много яда.

Мэдди подавила смех и в последний момент отдернула руку. Должна же быть в мужчине какая-то загадка.

Она прошла прямо по коридору, поднялась по лестнице и заглянула в кабинет, который был довольно заурядным. Семейные фотографии в рамках, грамоты на стенах, старый компьютер был включен и громко тарахтел, в углу стоял диван. Что ее действительно поразило, так это содержание его книжных полок. Такого Мэдди еще никогда в жизни не видела.

На полках красовались женские любовные романы старой школы. Похоже, что после тяжелого рабочего дня, этот мужественный мужик с мужицким подбородком, читал Джейн Остин. И полное собрание сочинений сестер Бронте!

Девушка прошла дальше. Заметки над компьютером Шерифа написаны каллиграфическим почерком. Стены украшали грамоты за выдающиеся успехи в стрельбе на имя Дэвида Хайда.

— Да ты у нас перфекционист, Дэвид.

Дверь в полицейский участок пуленепробиваемая и с множеством замков. Идентичная на складе оружия и на запертой комнате без таблички. Не участок, а неприступная крепость из металла и бетона.

Мэдисон принимала душ с таким чувством счастья и облегчения, которое не испытывала раньше. Когда тебя лишают привычного комфорта, начинаешь понимать, как не ценил раньше такие «приятные мелочи» как трёхразовое питание, базовая гигиена и свобода передвижения.

Ей хотелось избавиться от этого непонятного платья-ночнушки, которое будто сняли с чей-то бабки еще в сороковых годах. Да и пахло оно как мертвая бабка!

Перерыв весь ряд шкафчиков в поиске одежды она наконец нашла нечто песочного цвета, сложенное в виде аккуратной стопки. Это оказалась форма помощника шерифа. Точнее помощницы. Судя по размеру и фасону рубашки, она когда-то принадлежала миниатюрной женщине.

Вернувшись в кабинет, Мэдди прошла к окну и наклонилась чтобы заглянуть под деревянные жалюзи. Двое недобитых пьяниц с бутылками в руках, хромая и пошатываясь, удалялись по улице. Девушка понимала, что жившим в Хайдвилде людям можно помочь только одним способом. Надо поставить в известность власти штата и сделать это немедленно!

За спиной стоит дисковый телефон, осталось только руку протянуть.

Вдруг из темноты появляется широкая ладонь и закрывает ей рот. Стало невозможно дышать! Девушка с сожалением вспомнила, что забыла закрыть камеру на ключ.

— Ш-ш-ш. Погуляла и хватит.

За спиной защелкнулись наручники, и он силой усадил Мэдди на стул, надавив на плечо.

— Дэвид, пожалуйста, хватит меня запугивать. Давай просто нормально поговорим.

Шериф был немало удивлён, когда услышал своё имя. Голос девушки изменился. Присущая ей дерзость, даже развязность, пропала.

— Ладно — он сделал драматическую паузу — Все твои друзья мертвы, твой научный руководитель тоже скорее всего мертв…

Мэдисон смотрела на него снизу вверх. Весь стресс и напряжение последних дней нахлынули как волна. Из глаз потекли предательские слезы, которые невозможно было остановить. Она прежде планировала вызвать в похитителе жалость, а не показать себя жалкой слабачкой, которой чувствовала себя в данный момент.

— И еще кое-что. Я выбросил в пруд пару дней назад твой телефон.

— Какая разница, я всей семье рассказала куда уезжаю!

— Ты веришь, что все тебя ищут? Забили тревогу родители? Твои фотографии на каждом столбе и даже на пачках молока? Так не было и не будет.

Он включил настольную лампу, достал карту штата и показал, что Хайдвилда на ней нет. На карте он обозначался пустым местом.

— Примерно восемь человек пропали здесь за один вечер и всем насрать! Этот город находится в серой зоне закона, девочка.

Мэдди опустила голову. Слёзы не собирались прекращаться, а он продолжал своим хладнокровным голосом:

— Я здесь единственный Закон и Порядок. Но если мы поладим, я научу тебя всему что знаю сам. А потом выпущу на свободу.

— Думаешь я поверю? Десять минут назад ты пришёл в одном полотенце и собирался меня…

Его чёрные брови взметнулись вверх. Мэдди подняла голову.

— У тебя, часом, не склероз? Сколько тебе лет?

— Слишком много, чтобы интересоваться такими глупыми птенцами как ты. — он ткнул пальцем в нашивку "Помощник шерифа Дж. Дэниэлс" — Не волнуйся, я не хочу Этого. Во всяком случае с тобой.

Неловкое молчание. Цикады за окном орут как ненормальные. Она всхлипывает всё тише, в то время как Шериф снисходительно улыбается.

— Кстати, эта униформа тебе очень идёт.

Но этим только вызвал новый водопад слёз.

Дэвид совершенно не умел себя вести с плачущими женщинами, не умел подобрать нужных слов. Поэтому он тупо сидел и ждал, когда это закончится. Долго курил и думал.

Не то чтобы он не умел общаться с девушками. Он просто не умел на равных общаться с людьми. В общении по полицейскому протоколу все просто: ты командуешь, тебе подчиняются. Если не подчиняются, то получают дубинкой по спине. Но бить женщин и детей в его планы не входило. Тем более Мэдди была и женщиной, и ребенком в его глазах.

Шериф уже давно не испытывал ни к кому настоящего сочувствия и то, что он чувствовал сейчас, болело внутри как сломанное ребро. Нельзя позволять разрастаться этой слабости.

Он быстренько докурил, взял свою неудачливую беглянку за локоть, отвел обратно к клетке и небрежно толкнул ее внутрь, так что та упала на пол. За спиной послышался лязг металла.

— В следующий раз, когда захочешь вырубить меня, не забудь продумать все детали побега.

Она заползла на койку и отвернулась к стене, рыдая.

"Свобода была так близка, оставалось только руку протянуть!"

Шериф опять почувствовал эту гадкую боль в сердце и ребрах.