Мэдди двигалась как лунатик, который бродит во сне. Ее первым побуждением было вскочить и отпереть дверь, передвинув задвижку, а вторым — бесшумно пройти в гараж, обойти машину и приложиться ухом к холодной поверхности его двери.

По ту сторону раздался какой-то влажный звук и низкий томный стон, а затем все стихло. Мэдди ахнула, вспомнив, в какой конкретной ситуации мужчины обычно издают такой стон. Ахнула слишком громко. В мгновение ока она нырнула и оказалась по обратную сторону машины.

Половица в старом номере мотеля скрипнула, резко распахнулась дверь. В ней стоял уставший и вместе с тем настороженный Хайд, в наспех надетом халате и с сигаретой в зубах. Он прищурился и завязал пояс халата. Затем наклонился, осмотрел бетонный пол и хмыкнул, не заметив голые ноги в розовых носках, стоящие прямо за пикапом. Либо сделав вид, что не заметил.

Он спокойно докурил и ушел, а Мэдисон вернулась в постель в попытке погасить огонь, пожиравший ее изнутри. Легла в постель, но и подумать не могла о спокойствии, ведь сердце так быстро стучало. В полусне простыня казалась горячей лавой, в глубине которой скрывалось удовольствие, которое девушка не могла достигнуть даже в собственных фантазиях.

Когда Мэдди проснулась, она лежала в позе морской звезды на белоснежном пастельном белье в лучах утреннего солнца. Блондинистые волосы напоминали гнездо, один глаз слипся и не хотел открываться, а во рту как будто кошки насрали.

Шериф опять возвышался над ней как темная статуя, держа что-то в руках. На этот раз он приготовил в дорогу целый термос с кофе без молока.

— Проснись и пой, спящая красавица! Нас ждет дневная охота.

После этой ночи, наполовину проведенной в бессоннице и синдроме беспокойных ног, она желала и одновременно боялась снова увидеться с Шерифом. Она жаждала увидеть его, но боялась встретиться с ним взглядом. Поэтому накрылась одеялом с головой, сгорая от чувства стыда.

— Дэвид, я надеялась, что после вчерашнего ты решишь начать благопристойную жизнь и завяжешь с этим делом.

— Ты шутишь? Да я просто обожаю свою работу. Можно сказать, я на ней женат. Готов делать это сутки напролет и абсолютно бесплатно. Нет… в сутках не хватает часов, чтобы найти, ранить и убить все, что я ненавижу.

Высокий, стройный, скрытный и неразговорчивый, он всегда беспрекословно подчинялся Закону или тому, что он считал Законом. Но Мэдди вспомнила еще кое-что, ведь она многое узнала, когда залезла в компьютер Шерифа.

В течение двадцати трех лет он вызывал страх и восхищение у всех лугару в штате. Он заработал свою репутацию, проведя несколько зрелищных поджогов и застрелив множество кровопийц. Этому злобному ублюдку приписывают 5300 убийств; он и сам был ранен 17 раз.

— Чёрт, улизнул!

— А ты думал он будет вечность там стоять?

Утром полуслепого администратора уже не оказалось за стойкой, вместо него там стояла молодая белая женщина. Двое в униформе и очках-авиаторах застыли на парковке и смотрели в стекло кафетерия. Они уже позавтракали и собирались отчаливать.

Мэдди поняла, что Шериф подозревает Эйбела в пристрастии к, как он сказал, «вкусненьким эритроцитам». Отчего копу не терпелось сделать в руке чернокожего мужчины новое отверстие. Чтобы проверить свои догадки конечно же, а не потому, что он обезумевший садист.

Но этой ночью устраивать еще одну бойню на территории врага было-бы глупостью — они и так порядочно наследили в Ноденсе.

Шериф сделал последнюю затяжку и бросил окурок, затушив его подошвой ботинка. Он двинулся к машине с мыслями о том, что этот подозрительный тип предпочитает работать только в ночную смену.

Мэдди завязала на голове конский хвостик и надевая кепку, сказала:

— Сегодня четный день недели, поэтому мы знаем где его искать.

— Заодно исполним твою давнюю мечту. — Шериф по-джентльменски открыл перед девушкой дверцу. — Зачистим эту гребаную гостиницу к чертовой матери.

Они ехали по трассе, окруженной пустынными равнинами с силуэтами заводских труб на горизонте, которые коптили небо как Дэвид Хайд. Вскоре начались тенистые аллеи из древних дубов, разбитая сельская дорога, полное отсутствие встречных машин. Тогда Мэдди поняла: мы уже рядом. И кажется её пульс участился.

— Ты для этого прикупил столько оружия? — она кивнула на арсенал позади их сидений, который должно быть, стоял кучу денег, а про себя подумала:

«Откуда у Дэвида столько денег на все свои хотелки? Вроде бы живет как аскет, но при этом покупает дорогое оружие… А, понятно. Наследник всех своих родных.»

— Да, у торговца из Акадии. Кое-что спер у старика Бордо — коп злобно улыбнулся, мол ему уже охотничьи ружья на том свете не понадобятся.

Дэвид и Мэдди не сразу отправляются в гостиницу «Диаваль». Чтобы окончательно вытравить остатки кровопийц из самого центра Хайдвилда, нужно сначала обсудить план действий. И перетащить покупки Шерифа в участок. Он оказался сторонником равноправия и заставил хрупкую девушку тоже таскать тяжелые мешки. Дал ей винтовки и карабины, приговаривая:

— С такими слабыми руками ты в здешних краях долго не проживешь.

— Может я и не хочу жить в «здешних» краях? Помогу тебе чем смогу. Но в сентябре, я надеюсь, ты отпустишь меня домой.

— М-м-м, надейся. — он взял в руки тяжелый груз и скрылся в комнате с надписью «Склад оружия».

Вскоре вернулся, одетый в темно-коричневую кожаную куртку. В руках он держал полицейское ружье Ремингтон 870, заряженный Дезерт Игл для своей спутницы и, неожиданно… стеклорез небольшого размера, который он спешно припрятал в кармане.

Пистолет засунул девушке в кобуру, вытащив оттуда прежнюю, более скромную модель. А после приказал выдвигаться в гостиницу, объяснив, что нельзя там шуметь ни в коем случае. Количество врагов было для них неизвестно, а количество патронов ограничено. И если они всё-таки разбудят лугару, а патроны закончатся, тогда придется срывать шторы и выбивать стекла в окнах.

— Но никакого огня, иначе весь исторический центр вспыхнет как спичка. И еще кое-что. Не вставай у меня за спиной, когда будем стрелять. А то еще случайно подстрелишь по неопытности.

После чего открыл дверь полицейского участка. Они двинулись в сторону парадного входа. В солнечном свете здание гостиницы выглядело слегка обветшалым.

Вход в здание оказался заблокирован: двери были заперты изнутри. Единственное что им оставалось, это залезть через небольшую стремянку, спрятанную в узком переулке между гостиницей и муниципалитетом.

Шериф уловил осуждающий взгляд в свою сторону и произнес шепотом:

— Что? Мне нужны были документы из кабинета Мэра.

Затем переставил стремянку к стене гостиницы. Поднявшись на уровень второго этажа, а потолки в этом старомодном здании были высокие, они сталкиваются с закрытым окном. Дэвид поворачивается к девушке, поднеся указательный палец к губам, и передает ей свое ружье. Сегодня он снова надел черные перчатки.

Мэдди подумала, что они сейчас вскроют пчелиный улей и пути обратно уже не будет.

Шериф осторожно заглянул внутрь и опустил руку в карман. Достал оттуда присоску, облизнул и прижал её к стеклу, чтобы можно было вырезать круг. К присоске он заранее привязал ниткой стеклорез. Инструмент тихо взвизгнул. Одной рукой мужчина нажимает на стекло, другой держит присоску. Осколок не должен упасть и разбудить всех тварей в округе.

Мэдисон хмурится от неприятного скрипа: ловкие руки вытаскивают вырезанный круг наружу. В отверстие пролезает его сильная, но стройная рука и поворачивает ручку, открывает окно. Из гостиницы вырвалась приятная прохлада.

Перепрыгнув через подоконник, он попадает в атриум — просторный зал, наполненный тенями и зловещим шепотом. Глаза Шерифа постепенно привыкли к темноте. Он распахнул окно и помог Мэдди спуститься с подоконника, подхватив девушку на руки. Затем мягко, бесшумно приземлил её ковбойские сапожки на пол и забрал свое ружье из дрожащих рук.