— Эй, это вообще-то не очень приятно! Я не смогу регенерировать вечно!

— Не пытайся залезть в мою голову, Венера.

Следующий выстрел был сделан в ее ногу повыше колена.

Помощница приблизилась к Шерифу и сказала, указывая на девушку пистолетом. Поцарапанная рука Мэдисон была совсем в плохом состоянии, лицо вымазано кровью, но она не подавала виду. Возможно это адреналин заглушил в девушке боль.

— Кажется она готова к сотрудничеству. Может оставим в живых, а потом допросим как следует?

Он сначала бросил косой взгляд, затем слегка кивнул, достал наручники с тактического пояса и протянул их Мэдди.

— Давай тогда сама ее пристегивай, добрая самаритянка.

Мэдисон осторожно приблизилась, нацелив на нее пистолет, и пристегнула лугару к металлической трубке, которая служила ручкой от дверцы духовой печи.

Шериф тяжело дышал, как после пробежки. Он снял шляпу и пригладил волосы. Огляделся вокруг и убедившись, что все три повержены, спокойно положил шляпу на стол.

— Это стриптизерши из бара «Пьяный аллигатор». Я хотел их спровоцировать грязным оскорблением. Надавил на самое больное и, видимо, был прав. — он перевел серьезный взгляд на девушку. — Мэдди, запомни главное правило боя: ты злишься — значит ты проиграешь.

Но вдруг он услышал слабый шорох за своей спиной. Дэвид и Мэдисон обернулись.

Ещё одна фигура, стоящая в тени холодильной камеры. Фигура эта была выше и сильнее, чем все остальные в этой комнате, а глаза наполнены яростью. Девушка в наручниках засмеялась своим прокуренным голосом. У Мэдисон от этого смеха пробежали мурашки по спине.

Дэвид подумал, что это лидер группировки, хотя он был больше похож на сутенера. Высоченный смуглый лугару в гавайской рубашке с пальмами. Он производил впечатление сильного и опасного парня.

Шериф поднял огнестрел и приготовился к, возможно, своему последнему бою. Между тем, в его ружье осталось только три патрона.

Теперь на кухне застыла зловещая тишина, нарушаемая лишь глухим звуком шагов и тяжёлым дыханием. Высокий лугару, чей силуэт казался почти нереальным, возвышался над Шерифом. Его глаза горели холодным огнём, губы растянулись в злобной улыбке. Длинные клыки угрожающе блеснули в тусклом свете.

Шериф выстрелил в его мощную шею, но тот прикрылся руками со сверхъестественной скоростью. В черных глазах была слепая решимость.

Дэвид, вооружённый Ремингтоном и несокрушимой волей, пытался найти слабое место в этом монстре, но не находил. Этот тип был физически сильнее в несколько раз, его движения — быстры и точны. Коп отступил на несколько шагов назад, пока не уперся спиной в холодную металлическую столешницу. Нападавший стремительно приблизился, схватил Шерифа за горло и начал душить. Глупец сам уперся туловищем в полицейское ружье. Раздался выстрел, и пуля, пробив грудь существа, отбросила его назад. Он рухнул на кафельный пол, но глаза всё ещё горели злобой.

Тяжело дыша, Дэвид поднял ружье и направил его на лежащего противника. Он знал, что этот последний патрон может быть его последним шансом.

Лугару стремительно поднялся, движения его стали ещё более резкими и раздраженными. Шериф прицелился, нажал на курок, но выстрел снес мужчине только нижнюю челюсть, не задев мозг. Челюсть отлетела прямо к ногам Мэдди. Монстр слегка дернулся от боли и повернул свое изуродованное лицо к стрелявшему.

Ружье Шерифа теперь было разряжено, а на перезарядку не было времени. Счет шел на секунды.

Мэдисон завороженно уставилась на их причудливую драку. После неудавшегося удушения у Дэвида появились потёки крови из носа. Он бросил взгляд исподлобья на свою помощницу:

— Не стой ты столбом, тупица! Помоги мне!

Мэдди было стыдно признать это, но она с удовольствием наблюдала за их ожесточенной схваткой и не могла отвести глаз. Не хватало только попкорна для полного счастья.

Шериф уловил ее безумный взгляд и поднял одну бровь. Затем, не теряя времени, хватает нож для разделки мяса с кухонной стойки, ударяет смуглого парня в бок и прокручивает нож. Тот отступает на шаг, но не сдаётся, берет с плиты увесистую чугунную сковородку и замахивается ею на полицейского.

— Мэдди, стреляй!

Она и не думала слушаться. Ей было интересно на что Дэвид способен. Сможет ли он в одиночку победить этого тупого великана? Если да, то только хитростью.

Шериф уворачивается, чугунная сковорода приземляется на столешницу с такой силой, что прогибает лист металла. Используя стол как укрытие, Дэвид подбирает с пола вилку и нож и бросает их в противника. Нож для масла вонзается в его мощное плечо, вилка попадает прямо в глазное яблоко, заставляя лугару согнуться от боли и пятиться назад. Мэдисон не растерялась.

Она подбежала, протянула руку и одним резким движением вырвала вилку вместе с глазом противника. Тот закричал от боли. Сделать это без нижней челюсти было весьма непросто.

Позади одноглазого находилась закрытая холодильная камера размером с небольшую комнатку. Девушка зашла за спину чудовищно высокого лугару и с трудом распахнула металлическую дверь. Они с Дэвидом обменялись взглядом и кивнули друг другу.

Сильный пинок армейским сапогом в солнечное сплетение, отправил несчастного кровососа вглубь холодильной камеры. Девушка закрыла его в ледяной тюрьме, быстро повернув ручку вниз, и засмеялась. Дэвид стоял, тяжело дыша, из носа течет струйка крови. Он смотрит через маленькое окошко в двери на поверженного врага. Тот бесится в камере, расхаживая из стороны в сторону.

— С тобой приятно работать, партнер. — Шериф протянул девушке руку для кровавого рукопожатия.

Он знал, что Мэдди с наслаждением наблюдала за насилием в его сторону. Потому что Дэвид и сам не святой, он принес много боли в жизнь этой девчушки. Но всё-таки она решила помочь и спасла ему жизнь, уже во второй раз.

Теперь нужно вернуться к своей работе. Шериф не мог выйти из этого муравейника, зная, что он не сделал всё возможное, чтобы очистить свой город. А на верхних этажах их еще поджидала толпа тупоголовых и голодных кровососов.

Он перезарядил свое полицейское ружье и приказал Мэдди сделать тоже самое. Как вдруг, они вспомнили про свою пленницу и взглянули в сторону духовки. Но там обнаружили только отрубленную кисть руки с кожей шоколадного цвета. Изящная ручка с блестящим золотистым маникюром, висела в наручниках, пристегнутых к металлической трубке. Во всем этом хаосе, когда они отвлеклись на здоровяка, хитрая женщина смогла найти мясницкий топор и освободить себя.

Мэдисон воскликнула, схватившись за голову:

— Дэвид, эти твари умеют отращивать конечности?!

Дэвид Хайд прислушался. Нахмурившись, он схватил свою помощницу за тонкое запястье и с силой дернул к себе. Девушка уперлась ладонями в его грудь.

Шериф резко потащил её в сторону кухонного лифта, характерного для таких старомодных гостиниц. Для управления достаточно нажать одну кнопку, после чего мотор перемещает кабину вверх по направляющим в шахте.

Голубые глаза расширились от недоумения, но Мэдди не сопротивлялась. Ведь знала, по собственному богатому опыту, что спорить с ним бесполезно. Тем временем, сильная рука стремительно подталкивает её к открытому дверному проёму кухонного лифта.

— Быстрее, полезай внутрь. — командует Дэвид, не сводя с нее глаз, крепче сжимает запястье помощницы и толкает её вперёд.

Он нажимает кнопку второго этажа, и механизм начинает движение вверх. Хрупкая девушка устроилась внутри кабины, пригнув голову и отхватив колени руками-веточками, прижимая их к плоской груди.

Стоит только Мэдисон оказаться в замкнутом пространстве, как слух ее обостряется.

Задерживает дыхание, закрывает глаза, слыша, как внизу захлопывают наружную дверь лифта, затем следуют приглушенные звуки шагов и выстрелов. Возможно, это однорукая Венера вернулась на кухню. И не одна, а с компанией таких же отморозков, как тот высокий парень в гавайской рубашке, который проведет теперь всю свою вечность в холодильнике.