За загадочной дверью без таблички располагалось что-то вроде деревенского морга. Небольшая белая комната без окон. На столе для некропсии лежала его утренняя жертва с выбитыми мозгами. Девушка стояла в дверном проходе, шокированная увиденным как в первый раз.

Шериф снял шляпу из уважения к убитому. Затем взял скальпель и наклонился над телом. Он посмотрел на Мэдисон искоса, низко наклонив голову и произнес:

— Много лет назад в городе началась неизвестная болезнь. Жители стали массово жаловаться на слабость и через трое суток умирали. Анемия в самой тяжелой стадии. Похороны проходили каждый день, так что старик гробовщик тогда отлично подзаработал…

Дэвид аккуратно сделал разрезы вдоль вен на руках и шее, которые оказались совершенно пустыми, как будто там никогда не было крови. Мэдди не могла пошевелиться от увиденного.

— Дохли как мухи. Одна смерть сменяла другую и это никого не удивляло. Паника в городе началась немного позже, когда Они стали возвращаться…

Он уверенно сделал Y-образный разрез на груди, секатором вскрыл грудную клетку и обнажил её чёрную сокровищницу. Так буднично, словно распахивал дверцы холодильника. Вскоре Шериф уже держал сердце бедолаги в своей руке.

— Как ты видишь, кровеносная система у подобных существ совершенно пуста, а сердце практически черного цвета. А, и чуть не забыл одну маленькую деталь! Чарли похоронили двадцать лет назад. Я это точно знаю, потому что мы были одноклассниками. Он прекрасно сохранился и нисколько не постарел, в отличии от меня.

Девушка схватилась за голову.

— Этого не может быть! Просто невозможно!

Мэдди долго смотрела на черное сердце как загипнотизированная, а когда вскинула голову, показалось что она увидела улыбку полицейского, скрытую в уголках его губ.

— Вернувшиеся твари сохраняют память о своей прошлой жизни и старые привычки, их личность после возвращения остается неизменной. Они также способны испытывать привязанность, страх, радость, симпатию, боль, удовольствие. Некоторые даже способны сдерживать свой голод. Идеальная имитация человека.

— Только у них не бьется сердце, нет кровообращения.

Пазл в голове начинал складываться. Чарли хотел, чтобы она пригласила его в участок. Жадно ждал приглашения, как в древних легендах о вампирах, которые не могут просто так войти в дом жертвы.

Мэдди уставилась на полицейского, нависшего над телом словно коршун. Он вернул сердце на место и произнес:

— Я в одиночестве несу этот крест уже много лет. Стараюсь не выпустить заразу за пределы нашего округа.

— Ты же не хочешь сказать что…

Девушка была на грани истерики, коп был абсолютно спокоен, но их голоса слились в унисон, угадывая мысли друг друга.

— Мы с тобой единственные люди в этом городе!

— Мы с тобой единственные люди в этом городе.

Мэдди внезапно отпрянула от Шерифа как от прокажённого. Внутри она вся дрожала. Взгляд бегал по комнате морга, в поиске чего-нибудь для самозащиты.

“Бледная кожа, слишком тёмные глаза и чёрт возьми! Я ни разу не видела, чтобы Шериф разгуливал при свете дня! Ни разу не видела, чтоб он ел человеческую пищу или пил напитки. А когда я ударила его по голове, не было ни единой капли крови! Всё сходится, но зачем ему убивать себе подобных?”

Шериф Хайд выпрямился и оценивающе посмотрел на неё сверху вниз.

— О, я знаю о чём ты думаешь. — он кивает, протягивая ей острый скальпель рукояткой вперёд — Давай, я не против.

Мэдисон без труда выхватила оружие и на секунду почувствовала тепло его пальцев. Она выставила скальпель перед собой на вытянутой руке, когда Дэвид начал сокращать расстояние между ними, а девушка в нерешительности отступать. Пока не почувствовала, что отступать уже некуда. Он прижал её к стенке.

Лицо девушки блестело от пота. Грудь вздымается, упираясь в его упругий торс. Даже чувствовала его дыхание на своей коже, так близки они были. Не разрывая зрительного контакта, Он сам надавил ладонью на острие скальпеля. Красная жидкость каплями падает на пол, стекает внутрь его черного рукава.

Теперь никаких сомнений что он человек. Бездушный, жестокий, больной — но человек.

Коп вытянул окровавленную руку с указующим перстом. Мэдди проследила за ним взглядом и увидела на дальней стене морга детективную доску.

Старая карта местности, записки, скопление фотографий, которые напоминали собой какое-то созвездие. Мэдисон подошла поближе чтобы рассмотреть их. Фотографии людей в обычных бытовых ситуациях, словно сталкер снимал их из укрытия.

Девушка с собачкой, мальчик на велосипеде, женщина развешивает бельё, мужчина ремонтирует свою старую колымагу, почтальон разносит письма. Их кое-что объединяло — все фотографии были сделаны ночью. Эти существа продолжали вести свою обычную жизнь, как будто не знали, что превратились. Все это вызывало мурашки по коже.

Мэдди решила: записки, прикрепленные к доске, написаны точно не Дэвидом. У него почерк выдрессированного отличника, стремящегося к совершенству во всем. Этот же слишком размашистый, записи были сделаны впопыхах.

Девушка прочитала одну из них вслух:

"Проклятие перемещается на того, чью кровь испил зараженный, но не сразу. Они пьют кровь из мягких частей тела (шеи, рук или ног) пока человек спит. Утром на теле легко обнаружить черно-синие отметины. Кровопийцы очень хитры и сдержанны. Могут растягивать это удовольствие на несколько ночей, а потом жертва умирает. Укушенному необходимо сутки пролежать в полной темноте, чтобы обратиться. Но не все жертвы этих тварей превращаются в подобных. Кажется, я заметил определенную закономерность: возвращаются всегда те, у кого при жизни была масса незавершенных дел и планов."

В это время Шериф внимательно разглядывал ее лицо, склонив голову набок. Он старался рассмотреть каждую реакцию девушки на прочитанное. Она испугана? Заинтересована?

— Должен существовать и самый первый заражённый, назовем его Нулевой пациент. Именно он заварил всю эту кашу, а потом выкапывал новообращённых из могил через сутки после похорон. Сами выбраться они физически не способны.

— Ты в этом уверен?

— Абсолютно. Я проводил эксперимент, так что теперь одна из этих тварей лежит глубоко под землёй и не может выбраться. Скорее всего впал в кому от голода.

Слова эти колоколами ударялись в ушах Мэдди. Она продолжила читать дрожащим голосом:

"При всем при этом, существо выглядит как обычный человек, хотя ведёт себя порой странновато. Пытается скрыть своё состояние. В человеческом обличье оно хранит глубоко в себе звериную сущность, то есть легко поддаётся вспышкам гнева и держится на расстоянии от настоящих людей. Хотя многое зависит от его характера до обращения. Когда приходит жажда крови, внутри все равно остаётся человек, он сохраняет рассудок и может контролировать свои желания. Они не «теряют голову», как в сказочках об оборотнях. Но и не становятся умнее чем были при жизни человеческой."

Девушка полюбопытствовала, показывая пальцем на записки:

— Кто написал все эти инструкции?

— Мой предшественник, Шериф Абрамс. Судьба его была незавидна.

— Что произошло?

— Он… крутил шашни со своей помощницей и не заметил, когда она обратилась. Или до последнего не хотел замечать. Прекрасная Джейн Дэниэлс… Кстати, на тебе сейчас её форма. В общем, вскоре она его инфицировала. Абрамс проявил настоящий героизм, не свойственный этим тварям. Сначала пристрелил свою подружку, а потом совершил акт самосожжения в местной церкви. Взял с собой на тот свет, по меньшей мере, сотню кровопийц. Перед этим он оставил здесь записи, значок шерифа и шляпу, потому что через несколько дней я должен был вернуться из полицейской академии. И с тех пор один несу эту ношу. Выборов шерифа не проводили, понятное дело, кровососы за меня бы не проголосовали. У них уже был свой кандидат.