— Тогда почему ты так часто говоришь о горохе? — спрашивает Шип.
— Потому как, нам всем надо на что-то хорошо жить, я должен вам платить по контракту, да и за пределами контракта все лучше считать в горохе, особенно когда приходиться делить неделимое.
— Как жемчуг? — уточняет Шип.
— Как жемчуг. Мы договорились, что ты должен нам двести пятьдесят гороха. И твое дело сдержать слово или оценить его в эту сумму.
— В Улье каждый решает, сколько стоит его слово, — поддерживает меня Кэт.
— И еще Шип. Вот Кайман говорит, что на бое он заработал как на меня год горбатиться. Хотя он, да и ты, заработали раза в три меньше. Остальное, уже я подсуетился и дожал Злого на долю погибших, пока Кайман шипел на подставу. А чего шипеть-то? Подстава уже есть, Злого за нее без последствий не завалишь, надо выжимать из ситуации максимум бонусов.
Шип молчит, переваривает сказанное.
— А если ты, Струна, подумаешь, то поймешь, что знаешь Каймана только на четыре дня дольше чем я. Шип нас с Кэт и Верой знает меньше месяца. А доверие между людьми очень хрупкая штука. Вот Вера, что ты подумала, когда увидела меня в первый раз?
— Очень плохо подумала, — ответила Вера.
— А сейчас?
— Ну, я рада что ты жив, и я не жалею, что я с тобой.
— Видишь? А мы с Верой знакомы уже два года. Кэт, а ты что подумала, когда мы встретились?
— Год назад я подумала, что этот мутный тип меня сильно раздражает, — усмехается Кэт.
— А Шип встретив нас, думал, что мы его съедим, а Шип?
— Было дело, — соглашается Шип, — А еще я в тебя стрелял. Но Кайман украл у тебя жемчуг. Что делать будешь?
— Ничего. Точнее, что уже сказал. Сейчас Кайман далеко. Дело не в жемчуге, а в доверии. Возможно, это будет немного самонадеянно, но Кайман потерял больше, чем я. Кэт, принеси из моего рюкзака красную жемчужину.
Кэт вскидывает бровь, но не перечит, роется для вида в моем рюкзаке, незаметно доставая жемчуг из контейнера-подвески.
— Это тебе, Струна. Примешь в Медвежьем Угле под присмотром Рыжей. И ты мне ничего не должна. Я этот долг на Каймана повешу…
…-Барон, вы были великолепны, раскидываясь жемчугом.
— Мы бароны фон Зайцы известны своей щедростью, — говорю я, вкладывая в ладонь Кэт две «свежих» красных жемчужины.
— А черная жемчужина аванса?
— Я использовал ее для сражения с элитником. Так бы мне сил даров не хватило.
— То есть, через тебя прошло две красных жемчужины и три черных?
— Да.
— И осталось ничего?
— Ну, одну «чернушку» я все же слопал. Вернул тебе долг. Да и Кайман должен мне две черных и одну красную. Баланс сходится!
— Заяц, ты, дурак!-говорит она, целуясь.
— Я знаю, ты мне это уже говорила…
[1] Вира-денежная пеня за убийство свободного человека или за увечье в пользу князя, древнерусская мера наказания, выражавшаяся во взыскании с виновника денежного возмещения (денежный штраф). Величина виры зависела от знатности и общественной значимости убитого.
[2] ГМ-93/94-российский помповый гранатомет калибра 43 мм.
Глава 44. Фельдъегерь
Глава 44. Фельдъегерь[1].
— Кто там? — спрашиваю я.
Вообще-то я знаю кто там, какой-то неизвестный мне мужик. Очень слабый дар сенса и память на лица, из оружия пистолет Гюрза. Два спорана. Одет в джинсы и рубашку.
— У меня письмо для рейдера по имени Заяц.
Открываю дверь:
— Я-Заяц.
— Удостоверение покажи.
— А кто тут еще может быть?
— Мужик, вот что бы никого не обижать, поверь, в этой жизни все что угодно бывает.
— Жди, — закрываю дверь.
Достаю из куртки удостоверение.
— Гони его к черту, — заявляет Кэт.
— Мне еще тут никто не присылал письма. Это же интригует.
Возвращаюсь к двери:
— Вот. Убедился?
— Да, — мужик передает мне запечатанный конверт.
— Что там? — спрашивает Кэт.
— Это от Звона. Пишет, есть срочный разговор. Приглашает в приватную комнату местного ресторана.
— Не ходи. Возможно, он решил тебе отомстить.
— В ресторане? Подсунув отравленный торт?
— Заяц!
— Звон партнер Жердя. Поставить Звона на жемчуг было дело принципа. Но портить дальше с ним отношения не надо. Он здесь не последний человек. Выслушаем, что ему надо, всегда сможем отказаться. Или ты не пойдешь?
— Еще чего!-Кэт начинает одеваться, — Ты обязательно из любопытства сунешь свою голову в петлю. Под свои дурацкие шутки.
Ресторан назывался «Ривьера». Реклама утверждала, что это лучший ресторан ГРЭС, злые языки, что второй. Поддавшись злым языкам, мы с Кэт гуляли в ресторане «Де люкс». Зря поддался наветам. «Ривьера» мне понравилась. Просторно, массивная деревянная мебель, темная драпировка, приглушенный свет.
— Здравствуйте, у вас заказано? — красивая девушка-администратор заучено нам улыбается. Одеждой мы, наверное, не очень к этому месту подходим.
— Да, у нас деловая встреча с господином Звоном.
— Вас проводят.
Официантка ведет нас через залу ресторана, в которой ужинают крайне солидные мужчины в костюмах и накрашенные женщины в вечерних платьях под негромкую живую музыку. В Улье одежда все же подчеркивает статус владельца. Деловой костюм рейдеры и прочий простой люд не носят как не практичный. В конце зала видно несколько массивных дверей. Отдельные кабинеты. Официантка ведет нас к ним. Вот в Сферу попадает кабинет, в котором сидит Звон и какой-то парень.
— Спасибо, дальше мы сами, — говорю я девушке, вкладывая ей в руку пять рублей, та кланяется и убегает.
— Кэт, там со Звоном человек, — говорю я тихо, — Он ментат, может предсказывать варианты развития событий и создавать оптические иллюзии себя.
— Насчет ментата я поняла. А что этот предсказатель может?
— Точно описать сложно. Второй раз вижу похожий дар. Этот вроде видит несколько наиболее вероятных варианта будущего.
— Это как может быть?
— Представь, что он видит будущие А, Б, В, Г. У каждого из этих будущих процент исхода положим равен пятнадцати. Пятнадцать на четыре это шестьдесят процентов. Вот четыре наиболее вероятных варианта он видит. Если бы у трех вариантов общий процент вероятности больше пятидесяти, то он видит три варианта. И чем дальше прогноз, тем хуже точность.
— Как его обмануть?
— Чем меньше факторов он знает, тем больше шансов, что реальное развитие событий пройдет мимо него.
— То есть, чем больше у него информации, тем точнее его прогноз?
— Да.
— И он ментат…
— Сообразила?
— Поняла, — фыркает Кэт.
— Будь послушной девочкой.
— Ага.
Мы заходим кабинет. Звон явно на взводе и нервничает, зря только повышает себе кровяное давление. На столе ничего нет. Кроме планшета. Кормить и поить нас не планируют.
— Добрый вечер, Звон.
— Привет, — бурчит Звон, — Заяц, Кэт, это Рентген.
Рентген дружелюбно кивает нам. Оберег дрожит в поле ментата. Началось. Рассаживаемся.
— Зачем звал?
— Я нашел утечку. Рентген помог.
— И?
— Этот человек пропал. Проблема в том, что он возил груз.
— Так найди другого.
— Груз надо доставить завтра.
— Звон я чего-то не пойму, какое мне дело до твоих перевозок?
— Позвольте объяснить мне, — вмешивается Рентген, — Завтра надо отвезти груз в известное пока только Звону место. Человек ответственный за перевозку успел сбежать. И теперь Звону надо в любом случает доставлять груз лично и подтверждать личность нового водителя. Но за пределами стаба Звон не особо приспособлен находиться. Поэтому сейчас ему нужен водитель и охранник.
— Я?
— Да.
— У вас, что своих людей мало?
— Тут такое дело. Сегодня Звон явился ко мне и рассказал про заказ, и чем он закончился для него и для группы Кира. Я предположил, что тот, кто это задумал, не остановиться. Возможно, у него есть план Б. Самое простое убить Звона за пределами стаба.
Я и Кэт смотрим на Звона. Тот сидит бледный как смерть.