— Какое? — спрашивает Вера.
— Моська.
— Почему?
— Во-первых, это оружие для охоты на слонов, а в моем мире была басня «Слон и Моська». Во-вторых, при серьезном калибре, Моська гораздо короче и легче более мощных тяжелых снайперских винтовок. В-третьих, имя не должно быть пафосным или чересчур серьезным. И вообще, Вера и Моська звучит как отличная пара…
[1] Eviction — в англосаксонском праве выселение арендатора из арендуемой недвижимости арендодателем.
[2] Песня «Все идет по плану». Группа «Гражданская оборона».
Глава 31. Большая прогулка
Глава 31. Большая прогулка[1].
— Внимание! Город подвергся террористической атаке!
Вопли с небес мы услышали километра за три при походе к Восьмерке. Предположив, что потрошат Кемерово, я увел группу обратно в «черноту», и мы, сделав крюк, через четыре часа вышли к границе Волгограда и Новосибирска.
— Близко приближаться к Кемеровскому кластеру не будем. Сейчас его и его границы патрулирую муры и беспилотники. Оборудуем пару убежищ на этой стороне. Ждем, когда они закончат потрошение, и чистим мои нычки в Волгограде. Складируем хабар, и обыскиваем Кемеровский кластер на предмет выживших, продуктов, снаряжения и раций. Уходим с хабаром в Угол. После возвращаемся к перезагрузке Вышки и Восьмерки. Вопросы?
— Почему надо ждать потрошения Кемерово для посещения нычек в Волгограде? — спрашивает Кэт.
— Тут просто. Это самое безопасное время забрать хабар. При перезагрузке Волгоградского кластера, внешники не могут взять его полностью под контроль. После потрошения остается много зараженных. До перезагрузки Новосибирского кластера они бродят по соседним кластерам. При перезагрузке Новосибирского кластера нападают на него. Кроме того, туда приходит несколько крупных стай зараженных, которые потом откочевывают обратно на запад. Те, что не ушли, приходят на объявления внешников с Кемеровского кластера. После этого до новой перезагрузки Волгограда, тут самое низкое количество зараженных.
— Почему сейчас на муров нам не напасть?
— Кэт, у тебя на муров сильно так свирбит?
— Нет, — мотает головой Кэт, — Но если будет возможность упускать не хочу.
— У нас сейчас не подготовленных мест для засад. Кроме того, не надо привлекать к себе излишнее внимание без особой необходимости. Надо быть ниже порога реагирования.
— Хорошо.
— На Вышке я видела свинарники, — говорит Вера, — И собачьи будки.
— И что?
— Надо подготовиться к забою. Мясо не должно пропадать. И собак надо запереть.
Мы с удивлением смотри на нее. Ну, да у сектантов всегда было проблемы с продовольствием, да и иммунные собаки тоже ценность.
— Что с мясом будешь делать?
— Вялить.
— Кэт?
— Нет!
— Почему?
— Я тогда не смогу его есть, — Кэт явно не хочет использовать свой дар для консервации свинины, что было бы рационально, но, учитывая для чего она ранее использовала его, психологически стремно.
— Вера, что тебе надо?
Вера задумалась:
— Много чего. Мне бы большие магазины. Там определюсь.
— На Кемерово есть строительный и продуктовый гипермаркет. Возьмем что тебе надо, и по возвращению у тебя будет день до перезагрузки Вышки для подготовки…
…Мы лежим на крыше наблюдая за зараженными на куче распотрошенных тел. Вера, хоть и Дитя Улья, только знает о внешниках и мурах. Но одно дело знать, другое увидеть. Каждый должен увидеть, что такое муры и внешники. Смертью в Стиксе пропитан воздух, она родилась, вдыхая этот воздух. Видеть смерть для нее привычно, но она просто не понимает, зачем эта бессмысленная смерть, тех, кого Улей благословил, и это вызывает у нее гнев.
Кэт тоже, не отрываясь, смотрит на трупы. Она никогда не забывала, кем была: винтиком одного из многих жестоких уродливых механизмов по переработке человеческого мяса в прибыль.
— Кэт?
— Все в порядке. Я…,-она бросает быстрый взгляд на Веру, — Я рада, что я с тобой, и что есть … еще одна жизнь. Какой алгоритм действий внешников на этом кластере?
— Первый день эвакуация детей с родителями.
— Детей?
— Они потрошат и незараженных детей. Как я понимаю это дополнительный доход. Второй день фильтрация населения. Видно они как-то могут определять иммунных. Третий-фильтрация и «эвакуация» тех, что боится выйти.
Она снова припадает к монокуляру:
— Мне надо осмотреть пока еще свежие трупы и тот бумажный мусор.
— Зачем?
— Что бы знать, что и как они изымают. Какие у них медицинские протоколы. Сколько людей в разделочной бригаде. Сколько бригад. Вдруг узнаем, как они определяют иммунных.
— Зачем?
— Что бы знать врага лучше.
— Может тебе тогда в стронги пойти?
— Ха-ха-ха, отличная шутка. Я не такая сумасшедшая. Если они потрошат кластера на которых мы работаем, то чем больше о них знаем, тем лучше.
— Ладно. Вера, ты слышала?
— Да, там три десятка бегунов. Главное не дать им навалиться толпой.
— Кэт, ты начинаешь, потом, прикрой нас. Вера, я работаю с Марго. А ты добивай добежавших.
Я с Верой спускаемся вниз и выходим из подъезда и двигаемся к горе трупов.
Первый зараженный заметив нас, призывно заурчал, и вся стая кинулась на свежее мясо. Щелк. Щелк. Щелк. Это с крыши стреляет Кэт, каждая пуля попадет в цель и после этого зараженный с земли больше не поднимается. Но зараженным плевать на потери, первый зараженный вбегает в Сферу, я его пропускаю к Вере. Хлоп. Пуля в глаз второму. Готов. Щелк. Хлоп. Еще один. Вера делает шаг вперед и быстрым движением бьет шестопером точно в шею. Хрясть. Силы удара хватает и на то, что бы сломать шею, и отбросить тело зараженного в сторону. Щелк, щелк, хлоп, хрясть. А потом через минуту они закончились.
Какие мы молодцы. Отобрали спораны у мелких зараженных. С другой стороны их было тридцать на троих, и я посмотрел на Веру в деле. Правильно сказала Кэт-Терминатор.
Я сижу на скамейке, и смотрю, как Кэт, облачившись в найденные в каких-то коробках серые медицинские перчатки и маску, бродит среди трупов, изучая некоторых из них, и собирая какие-то бумаги.
— Четырнадцать споранов, — докладывает Вера.
Я забираю десять. По четыре мне и Кэт, два в казну отряда, на возмещение расходов на патроны.
— Четыре спорана тебе. Бонус сверх содержания.
— Спасибо, — Вера прячет спораны, — Что она делает?
— Собирает информацию о наших… врагах.
— Мы будем выставлять их головы?
— Здесь спорная территория и это не те враги, которые того достойны…
…-Здесь так много оружия и патронов, — говорит Вера, оглядывая арсенал фельдъегерей.
— Берем только автоматы, пистолеты-пулеметы, «стечкины» и «семерку». Нам еще забирать имущество с торговых центров.
— Понимаю, — девушке явно жалко бросить четыре цинка с «пятеркой» и три с «девяткой» для ПМ.
Тут меня осенило:
— Вера, у вас же есть ксер?
— Да, — не стала отпираться девушка, — А что?
— Да так. Есть одна идея. Забирай цинки с «пятеркой» и «девяткой»…
…-Так, — сказал я оглядывая жилой квартал, и поправляя рацию, взятую в торговом центре на посте охраны, — Кэт, на какой крыше хочешь разместиться?
Кэт тоже оглядывает окружающие нас многоквартирные дома:
— Вон там. Осмотрите этот дом и те три. Потом поменяю место наблюдения.
Мы все втроем заходим подъезд, понимаясь вверх. На нечетном каждом этаже я открываю двери и проверял Сферой квартиры, на предмет оружия и выживших. Никого и ничего. Поднялись на крышу, закрыв решетку, ведущую на нее на навесной замок.
— Ладно, сейчас мы с Верой шерстим остальные подъезды, и двинем в соседние дома, если что уходи через соседний подъезд.
На обыск десяти многоквартирных домов ушло около шести часов. Попадались в основном охотничьи ружья, да патроны к ним. Из интересного взял только ружье Вепрь-Ланкастер[2] с сотней патронов к нему. За сколько его можно толкнуть я не знал, и забрал его только из-за довольно мощного пулевого патрона. В общем, не густо.