Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Что тут происходит? — спрашиваю я, выходя из-за угла дома, и шаркая шлепанцами, — Я сейчас полицию вызову!

Пятьдесят метров.

На меня лениво смотрят трое. Один из них тот меткий стрелок, который со ста метров, выбивает мозги из головы, второй-пулеметчик. Трахающий женщину паршивец, на меня даже не обращает внимания.

— Немедленно, прекратите безобразие, господа, военные! В противном случае я пожалуюсь верховному главнокомандующему Анатолию Борисовичу Чубайсу!-я иду к вооруженным людям, нелепый очкатый человек в идиотской одежде.

Сорок метров.

— Это, что Чубайс стал презиком? — оживляется третий из муров, наверно самый политически грамотный, — Эй очкарик, он что в натуре президент?

— Анатолий Борисыч лучший!-сообщаю я.

Тридцать метров.

— Млять, слышали ребята? Рыжий на бочку влез, это какая же жопа там твориться!

— А вы это, безобразие прекратите!

Двадцать метров.

Стрелок лениво вскидывает автомат, и я просто мочусь в штаны. Обоссавшийся человек это так смешно, подонки, да? Им действительно смешно. Я стою в «ужасе», вскинув руки, как бы стараясь защитится.

— А вдруг этот сыкун иммунный, Косой, — смеясь предполагает любознательный мур, — Ну-ка, слепошарый, подь сюды.

Стрелок опускает ствол.

Осторожно иду, испуганно лупая глазами. Десять метров. Восемь. Все муры в Сфере.

— Я Чубайса не выбирал. Его Джордж Буш-старший рекомендовал!-блею я, в качестве подтверждения поднимая к небу правую руку с оттопыренными большим и указательным пальцами, погружая ее в Карман.

Хлоп. Первый выстрел Марго стрелку в левый глаз. Хлоп. Второй-пулеметчику в правый. Щелк. Осечка. Любопытный мур, кривясь в крике, начинает вскидывать автомат. Врубаю Карту, расчетная траектория движения автомата, траектория моего ухода с линии огня. На долю секунды раньше успеваю выбросить дефектный патрон из патронника, и выстрелить в правый глаз. Хлоп! В магазине Марго еще шесть патронов. Последний мур, путаясь в спущенных штанах, стартует с женщины под защиту корпуса джипа. Хлоп! Хлоп! Хлоп! Стреляю в насильника, в затылок слева, под левую ключицу, в поясницу. Каждое попадание не вызывает желаемого эффекта, мелкокалиберные пули дырявят его одежду, и уже сплющенные отлетают в сторону. Хороший дар у козла. На верху, на балконе, простыни разъезжаются в стороны как занавес в театре, и появляются два ствола. Я успеваю нырнуть под защиту моторного отделения припаркованного автомобиля. Тайсон и Светлана расстреливают каждый по половине магазина, буквально изрешетив последнего мура, а еще и кузов джипа. В Сфере я вижу, как связанный в машине парень, получает две пули в голову и одну в грудь. Готов. Хорошо сходили за хлебушком. Но муры, на рутине обкатанной схемы потерявшие бдительность, тоже готовы, а я все еще жив.

Бравая двойка прекращает огонь.

— Быстро ко мне!-кричу я, освобождая трупы муров от оружия и тактических поясов. По-человечески надо бы помочь женщине, но та пока лежит тихо без сознания в непристойном виде и позе, и не мешает. Пусть ею Светлана занимается. Достаю из Кармана кобуру с Марго и цепляю клипсой к штанам сзади.

Появляются крестники.

— Машину и покойников надо спрятать, — даю я вводную, — Слава Улью вы ничего существенного в авто не раскурочили.

За исключением парня конечно. Крестники видят и его труп и, понимают, чья это работа. Но я дипломатично молчу. В Стиксе косяки явление обыденное.

Пока Светлана приводит женщину в себя, мы складируем трупы в заднее отделение машины. Затем я трачу две минуты на то, что бы сбегать за угол дома и вернуться с «оставленным» за углом автоматом. Крестники знают только один мой дар-хождение по «черноте», пусть это так и остается.

Сверху покойников размещаются трофеи, рюкзаки покойников и крестники. Всхлипывающую и не до конца пришедшую в себя от шока женщину, посадил на переднее пассажирское сидение, сам сел за руль. Сначала увел машину во дворы Волгодрада, там разогнавшись посильнее, выехал на «нейтралке» в «черноту», вырубив движок. Набранной инерции хватило метров на сто, еще около километра толкали втроем машину до небольшого холмика, за которым и остановились. Теперь можно заняться трофеями и лучше замаскировать угнанный транспорт с покойниками.

— Тут запасная одежда, — сказал я, обращаясь к Светлане, вытряхивая одного из рюкзаков муров шмотки, — Одень ее. Какой размер ноги?

— Т… Тридцать девятый, — отвечает женщина.

Осмотрел обувь покойников. Есть самый маленький сороковой. Стащил ботинки с мертвеца, и собрал все запасные носки.

— Надевай.

Та, еще не придя в себя от всего произошедшего, безропотно подчинилась. Я тоже переоделся в свою одежду, пока Тайсон и Светланы проводили инвентаризацию призов.

Вот тут и встал в полной мере вопрос как унести все трофеи. Пулемет весил килограммов двадцать пять, а каждый из четырех коробов на двести пятьдесят патронов килограмм за тридцать, и это не считая остальных трофеев с муров…

[1]Имеется виду история, как Эзоп нес самую тяжелую корзину с хлебом, которая становилась легче с каждым приемом пищи.

[2] Имеется ввиду бывший премьер министр Великобритании Борис Джонсон.

Глава 16. Кривая логистика

Спустя семь часов после перестрелки с мурами наша четверка добралась до Вышки… Утащили все. Пулемет, четыре короба к нему, автоматы, амуницию и снаряжение. Основное тащили мы с Тайсоном, женщины несли, что полегче и покомпактнее.

Спасенную звали Ирина. Всю дорогу она молчала, пока Светлана вводила ее в курс дела. Задала только один вопрос:

— А я иммунная?

— Да, — солгал я, под дрожь Оберега поймав на себе внимательный взгляд Светланы, — Теперь все будет хорошо.

На следующем привале, я специально отсел чуть в сторонке. Светлана не подвела, подошла ко мне и тихо спросила:

— Она же не иммунная?

— Да.

— Когда она обратиться?

— Не знаю. Она пила живчик и прошла несколько кластеров. Это вроде укоряет рост паразита.

— И она идет с нами?

— Во-первых, она несет груз. Во-вторых, пусть проживет с надеждой то время, которое ей отпущено. Все равно перед окончательным обращением они впадают в ступор.

— Понятно. Я предупрежу Тайсона.

— И еще. Есть правило, если кто-то приводит в поселение будущего зараженного, тот его и успокаивает.

Светлана смотрит на меня пристальным взглядом:

— Это третья причина, почему она идет с нами? Урок двум свежакам?

— Я тут второй месяц. Уже много чего увидел и много чего наслушался. Здесь обычно имеет смысл помогать только тем, кто уже успел сам выжить. Остальные не стоят ни риска, ни усилий…

…Мы вчетвером умытые и переодетые в чистое, сидим на веранде дома и ужинаем подогретой кашей с мясом и консервированным горошком. Ужин, не смотря на французское вино для женщин и двадцатилетний коньяк для мужчин из запасов хозяина дома, протекает напряженно. Крестники ждут перерождения, Ирина, тоже переживая случившиеся с ней, и, уже находясь в последней фазе перерождения, что видно на Сфере, все сильнее уходит в себя. Болтаю только я, пытаясь слегка ослабить напряжения и подбодрить, делясь своими планами: у нас есть два дня до следующего посещения Волгограда, и я планирую лучше разведать окрестности между Вышкой и кластерами у Реки.

Но вот Ирина окончательно впала в ступор, и я кладу на стол клевец:

— Уже перерождается.

Тайсон и Светлана переглядываются, и неожиданно для меня оружие решительно берет Светлана. Женщина подходит к Ирине и немного замирает решаясь. Хрясь. Падение тела.

С Тайсоном оттаскиваем труп во двор, где накрываем простыней.

— Завтра можете похоронить ее у могилы Даши, — сообщаю я, еще в прошлом нашем посещении, я рассказал крестникам историю могилы девушки на этом кластере.

Тайсон кивает, и мы возвращаемся на веранду, где Светлана успела приговорить половину бутылки вина.

Я разливаю коньяк по трем рюмкам:

— Больше никакого алкоголя, вне стабов пить опасно. Да и там опасно, много пьяных.

32
{"b":"982676","o":1}