— Польза от дара есть, кроме ментального сопротивления?
— Теоритическая возможность повлиять, что бы нас не сожрали. При наличии другой пищи.
— Разве ты не этого добивался? — серьезно спрашивает Кэт, но по глазам видно, что смеется.
— Не такой ценой. В пустышах и мурах дешевле выходило.
— Не переживай, иди ко мне, — говорит Кэт, стаскивая с себя футболку, — Мой экспериментатор… Эту бы энергию да на другие цели…
…-Что читаешь?
— Какой-то детектив для домохозяек, — Шип откладывает потрепанную книжку в мягком перелете в сторону, — Мы долго на Вышке будем?
— Рвешься к цивилизации? Спораны жгут карман?
— Ну, так. Хочется с девочками отдохнуть.
— Выдвигаемся завтра. Мария остается здесь до нашего следующего прихода, и будет присматривать за Гипсом.
Как мы явились на Вышку, Кэт сразу окрестила свежаков. Женщину назвала Хейм, что по-немецки значило главная, переломанного нарекла Гипсом, а мужика со свадьбы Баяном, тот много болтал.
— Когда тут будет перезагрузка?
— Примерно через двадцать семь дней. Я Гипсу и Марии оставлю ППС и два ТТ с сотней патронов на всякий случай. Но мы успеем. Отнесем хабар, передохнем дня три-четыре, и надо будет у Василия на кластере посмотреть биолабораторию.
— Ты серьезно хочешь что-то тут изучать?
— А почему бы и нет. Другим способом какое-либо знание получить сложно. А знание для нас шаманов большая ценность.
— Ты действительно считаешь себя шаманом?
— Я вижу и знаю больше, чем вы.
— С Кайманом тебе это не помогло.
— Хотя своим вариантом он, конечно, меня удивил, но что не так с Кайманом?
— Ты действительно думаешь, он вернет тебе две жемчужины?
— Мне подходят оба варианта.
— Не понял.
— Если Кайман кинул меня, то избавиться от гнилого типа, и получит вместо него Струну, нормальный размен. А если он вернется отдать долг, еще вопрос, будет ли Струна с ним. Она уже знает нас дольше, чем его.
— А если бы он забрал ее с собой?
— Ты помнишь мой разговор с Кайманом?
— Да.
— Кайман шел в комплекте к Струне. Но он ее не тянул. Струну все одно вогнали бы в долги за весь жемчуг, который в нее вложили. В большие долги и по своим правилам. А он бы со своим мнением путался бы под ногами. У него постоянно было свое мнение.
— Они тебе были тоже должны.
— Но гораздо меньше. Ты с нами меньше двух месяцев, и уже получил вторую жемчужину. Должен двести гороха, и этот долг закроешь, если захочешь, уже получив горох от янтаря. Или я не правильно считаю?
— Считаешь верно.
— Кайман решил более резко заработать, скатертью ему по жопе.
— А если, выплатив долг, через месяц-полтора я все же уйду?
— В этом случае мне бы хотелось бы знать почему. Я, Шип, не жадный. Размер долга разумный, базовая оплата хоть и небольшая, но с учетом полного содержания, по местным меркам хорошая. Есть возможность дополнительного заработка, за счет которого есть и жемчуг и горох. При этом мы с Кэт рискуем также как и вся остальная команда. Так зачем уходить, если с нами можно спокойно набраться опыта, даров и гороха?
— Ты слишком сильно рискуешь собой. Постоянно делаешь из себя приманку. Только на удачу и умение других нельзя полагаться. А может и крыша у тебя протекает.
— Какие у меня дары?
— Знаю про хождение по черноте и открывание замков. Ну, еще дар шамана.
— Это не все мои дары. Так что, я хоть и рискую, у меня есть запасной план.
Шип мнется.
— Хочешь спросить какие еще у меня дары?
— Это тут считается невежливым.
— Считается. Вот скажи, зачем мне говорить какие у меня или у Кэт дары, если ты можешь уйти?
— А взаимное доверие?
— Оно приходит только со временем. Чем дольше ты с нами, тем больше о нас узнаешь…
…Добрый день.
— Добрый.
— Чаю?
Мы с Кэт садимся за стол, на который я ставлю цинк с «семеркой».
— Не откажемся. Партия патронов от ксера готова?
— Да. Можете забрать, — Василий разливает чай по кружкам.
— У Веры есть еще одна черная жемчужина. Для нее.
— Опасаешься, что ее отберу?
— Нет, просто подчеркиваю ценность нашего взаимовыгодного сотрудничества.
— Что ты хочешь? — берет сразу быка за рога Василий.
— Скажи, ваша биолаборатория является запретным местом?
— В каком смысле?
— В смысле можно воспользоваться ее оборудованием?
— У тебя есть специалист?
— Пока нет. Но я найду.
Василий некоторое время думает:
— Зачем это тебе? Улей и так говорит с тобой.
— Кто говорит со мною, я не знаю. Как я это слышу и как я это понимаю тоже вопрос. Да и Улей говорит, когда он хочет, а не я.
— Нет, запретов нет. Другое дело, что место это отдаленное, зараженные туда могут забрести. Откуда будет специалист?
Скрывать не было смысла:
— Внешник.
— Внешник…,-Василий думает, — Чем он отличается от этих из биолаборатории?
— Ничем, только ваши, это чисто местная фишка.
— Зачем нам это?
— Они разрабатывают вакцину, делающую людей иммунными.
— Откуда известно?
— Нашли их записи. Но они идут не в правильном направлении. А я знаю правильное. Нам надо узнать имя их главного специалиста и взять его. Или ее.
Василий внимательно смотри на меня:
— И на выходе будет вакцина?
— Возможно.
— А зачем нам эта вакцина? — спрашивает Кэт.
— Дети, — отвечает Василия.
— Дети, — соглашаюсь я, — Неплохая причина, что бы внешник подышал.
— И сколько шансов, что твой специалист будет иммунным?
— А он не будет иммунным. В биолаборатории наверняка можно обеспечить стерильные помещения.
— А как ты сюда его приведешь? Это сколько дней по черноте? Три? А сколько он будет здесь, пока все оборудуем? Как он будет есть? Или банально ходить по нужде?
— Есть предположение, что «чернота» стерильна.
— А если нет?
— Значит, нет. Но не попробуем, не узнаем.
— Какая наша доля? — спрашивает Василий.
— Доля от чего? — Кэт еще не врубилась в ситуацию.
— От вакцины. Она всяко дешевле белой жемчужины, — поясняю я.
Кэт аж зависла, поняв суть:
— И ты говоришь про знание?
— Тут в Улье знание носит практический характер. А доля пополам.
— Ты понимаешь, что если нападешь на внешников, то тебе на кластеры у Реки долго не сунуться? — уточняет Василий.
— Да. Поэтому на подготовку восемь месяцев. После чего я с командой отбываю на год в путешествие по Стиксу.
— Почему восемь месяцев?
— И вам и нам надо подготовиться. Улей не любит отработанных схем. В прошлый раз он мне дал год спокойной мародерки. Не хочу нарываться.
— А если «чернота» окажется не стерильной, а внешник не иммунным, ты потеряешь все. Как и мы.
— В прошлый раз, когда я пропал, и ничего без меня вы как-то жили. А тут выгода многократно превышает риск.
— Мне надо все обдумать.
— Хорошо. Думай. И еще. Мне надо посмотреть на все Слезы Улья, которые есть у вас и поговорит с Ювелиром.
— Зачем?
— Ты не поверишь, но, по-моему, вы забиваете гвозди микроскопами…
Глава 50. Ключ
— Привет, Рыжая.
— И тебе не кашлять.
— Ты чего такая злая?
— Да так, мелочи.
— Может как коллега коллеге смогу помочь?
— Тут ты точно не сможешь. С чем пришел?
— Лишних ушей на излечении у тебя нет?
— Лишних ушей тут нет.
Выкладываю из рюкзака на стол пакет с янтарем:
— Хорошее сырье. Горошина за восемнадцать грамм.
— Хм, — Рыжая перебирает янтаря, взвешивает его, — Это сколько и где так настреляли? Тут янтарь как минимум с пяти разных зараженных.
— Рыжая, ты же знаешь, я не трейсер. Есть кладбища слонов, а есть кладбища руберов.
— А отчего они туда приходят умирать? От старости?
— От ожирения. Вот зачем тебе знать? Такого скорее всего уже и не будет. Мимо проходили, и нашли.
— Кстати, а когда будет янтарь с твоей рыбы?