Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

[3] Пятизарядный револьвер Taurus Raging Hunter 460 Magnum, под патрон.460 Magnum (11,5х58,2мм).

[4] Walther P22-десятизарядный пистолет под патрон 22 LM.

Глава 47. Fructus separati

Глава 47. Fructus separati[1].

Четыре дня до перезагрузки Восьмерки мы провели с пользой. Заранее подготовили оба дома для огневой позиции группы на Кемерово. Определили и подготовили места размещения части дронов как стационарных камер для контроля подходов со стороны кластеров.

А вот моя попытка научиться управлять дроном потерпела крах. Нет, с координацией и реакцией у меня было все очень хорошо. Как не странно сказался психологический барьер, когда одел шлем виртуальной реальности. Да, мозг перегревался от воздействия Сферы и нового отдельного потока информации от шлема, что можно было потерпеть, но все рефлексы Улья вопили об опасности и неправильности происходящего. Примерно те же проблемы были у Кэт и Веры. Что так сильно влияло на нашу психику, было не понятно, но факт оставался фактом, оказалась, держать в руках пульт, а не оружие, оставляя свое тело слепым и беззащитным, разумом находясь там, где была камера дрона, противоречило опыту и навыкам выживания в Улье, и по комфорту ощущений это было как сдерживать тошноту.

Шипу как сенсу вообще умение управления дронами было излишним. После приема жемчужины его дар позволял быстро в четыре приема просканировать за двенадцать секунд сектор в сто двадцать градусов радиусом на двести пятьдесят метров на предмет обнаружения дыхания и сердцебиения, игнорируя все препятствия.

Поэтому только Струна под прикрытием Кэт училась управлять дронами через шлем, что для нее было не сложнее, чем играть на скрипке. И уже на третий день она более или менее сносно могла управлять дроном через видеошлем, патрулируя окрестности города на приличной высоте, и учась по радиосвязи правильно ориентировать нас относительно обнаруженных зараженных.

А я, Шип и Вера в это время занимались охотой на них, отрабатывая взаимодействие уже друг с другом.

Придуманный нами прием «петля» был специфичным для Кластеров у Реки. Пройти по границе с «чернотой», оставляя свой след, затем уйти на мертвый кластер, и вернуться по «черноте» обратно, в заранее выбранное место для засады. Идущие по следу зараженные оказывались как на ладони на узкой тропинке между «чернотой» и длиной стеной многоэтажного здания метрах в пятидесяти-ста от засады.

Второй прием-«горшок с медом» был универсальным. Тушу уже убитого зараженного клали на место, простреливаемое с двух сторон. Рано или поздно на запах крови приходил новый зараженный. Его засекали либо Шип даром, либо Струна сверху, и валили из калашей с дистанции в сто метров.

Так, к перезагрузке, отстреляли двадцать шесть матерых бегунов, восемь лотерейщиков и двоих топтунов, оттащив мясо на «черноту»…

…-Началось, — докладывает Вера.

Мы выглядываем из-за парапета крыши, рассматривая легкую дымку кисляка над Восьмеркой. Забавно. Уже я уже видел эту перезагрузку наверное сотню раз, и все равно снова смотрю на внешнее проявление одной из величайших тайн Стикса, где когда-то были созданы и мы. Безжалостная колыбель или утроба нашего рождения, в которой нас слепили с неизвестной целью, и выкинули играть с судьбой.

— Струна, запускай пока один дрон.

Девушка кивает, натягивая на глаза шлем, и соседнего здания взмывает крупный дрон, передающий картинку на шлем и на отдельный экран.

Машина летит над Кемерово, закладывая большой круг, на Волгоград. Статуя Родина-Мать служить Струне ориентиром. Движения внизу пока не видно. Зараженных на кластерах осталось относительного немного. Разведка последних дней показала, что, скорее всего, тут действуют только две стаи во главе с элитниками. Одна стая-Наташи, я был уверен, что это она, с двумя руберами, вторая со здоровым более крупным элитником, я назвал его Крепышом, во главе, из четырех руберов, нескольких кусачей и топтунов. Пару раз дрону попадался матерый рубер-одиночка, и не ясно был ли это оба раза один и тоже зараженный. И по мелочи: кусачи, топтуны и лотерейщики, то по одному, то маленькими стаями по два-пять особей.

Идет время, отщелкивая минуты, кисляк сгущается, распространяя кислый химический неизвестный землянам запах. В воздух взлетает второй дрон, и уходит к Реке, передавая картинку на второй экран, пока первый в режиме автоматического возвращения по радиолучу идет назад.

— Движение, — сообщает Вера, показывая картинку с первого дрона, — Топтун мелькнул.

В следующий час мы видим, как в окрестностях набирает обороты борьба жизни и смерти. Кисляк привлекал к себе все больше зараженных, то там, то здесь вспыхивали короткие жестокие схватки, после которых прежний победитель либо сам становился добычей, либо, что гораздо реже, успевал удрать от более сильного противника.

Но мы ждем элитников. Первой явилась Наташа с двумя руберами. Выскочив, каждый через свой проход между домами, стая застала врасплох кусача с матерым лотерейщиком, которые всего несколько минут назад сами прогнали с улицы топтуна с двумя молодыми лотерейщиками, зажала в «клещи» этих торопыг и задрала, а теперь приступила к трапезе. Наташа-кусачем, а руберы рвали в клочки лотаря. Примерно еще полчаса мелочь, пытаясь сунуться к границе и обнаружив, что первые ряды заняты, улепетывала назад в массивы Кемерово, где уже дралась за галерку. Камера передала картины еще пяти жестоких драк небольших стай зараженных друг с другом с кровавой тризной из невкусного мяса проигравших.

Крепыш явился к концу перезагрузки. За три дня с нашей последней телевстречи его стая существенно уменьшилась до трех руберов.

— Кажется твоей Наташе конец, — сообщил мне Шип, когда стая Наташи выстроилась напротив банды Крепыша на половине улице, принадлежащей Кемерово. Руберы у Наташи были погабаритнее руберов Крепыша. Проблема была в том, что Наташа не сильно превосходила своих руберов размерами, а Крепыш был раза в полтора ее крупнее. В целом по тоннажу и количеству у Крепыша было больше.

— Отчего столько негатива, Шип?

Над кластером повисла тишины, в которой зараженные буровили друг друга, неразличимыми нами, но наверняка злобными взглядами.

— Чего они ждут? — не выдержала напряжение Струна. И Стикс ей ответил.

Щелк. Склейка реальности и уже по половинке Восьмерки на тротуарах останавливаются в недоумении пешеходы, а по дороге едут автомобили с охреневшими от неожиданности водителями и пассажирами, обнаруживших на встречке не свой город, а руины чужого с невиданными чудовищами.

И под панические гудки, визг тормозов и шин, Наташа со своей стаей и Крепыш с прихлебателями бросились друг на друга, раскидывая во все стороны легковые автомобили.

Стая Наташи разделилась. Один рубер схлестнулся с элитником, второй закусился с двумя более мелкими руберами Крепыша, а Наташа навалилась на последнего третьего.

Вся улица заполнилась криками людей, треском металла, глухими ударами машин друг о друга, о стены домов и столбы, звериным хрипом и глухим рычанием от которого у людей волосы ставали дыбом, потому как рычали твари и в инфразвуковом диапазоне, а зараженная мелочь, обосравшись от страха во дворах, улепетывала по дальше, попадая под камеры дронов.

Мои товарищи, побледнев, во все глаза смотрели на развернувшуюся картину. Это вам не нападение на конвой, такое по кабельному вряд ли покажут. Люди разбегались во все стороны, но в основном в сторону Восьмерки во дворы под прикрытие стен домов. Смельчаков или идиотов, перебежавших дорогу, оказалось немного. И очень быстро, за исключением зажатых или раздавленных в раскиданных и смятых автомобилях, лишних людей на поле боя не осталось. Да еще на другом конце кластера начали чадить вылетевшие на «черноту» машины.

Выяснилось, что рубер, сцепившейся с Крепышом, если и уступал последнему по силе и мощи, то не сильно, связал на себе самого сильного противника. Все попытки Крепыша как-то его заломать, прижать к земле или зажать в лапах, были безуспешными, и теперь оба монстра кружили вокруг друг друга, нанося могучие удары, подставляя под них бронированные плечи и морды, оставляя на костяных пластинах глубокие борозды.

98
{"b":"982676","o":1}