[1]Деталь одежды в виде узкой полоски на поясе, под которую продевают ремень, пояс или кушак для удержания их в определённом положении.
[2] Биркин Ульям один из антагонистов серии Resident Evil.
[3] Да простит автора Виктор Цой за такую вольную интерпретацию песни.
Глава 6. Tertius Caudens
Глава 6. Tertius Caudens[1].
— Внимание! Город подвергся террористической атаке!
— Внимание! Критический уровень биологической угрозы!
— Внимание! На территории города введен карантин!
— Внимание! Для вашей безопасности не покидайте помещения!
— Внимание! Обозначьте себя белой или яркой тканью на окнах и балконах.
— Внимание! Оказывайте содействие сводным эвакуационным отрядам!
Вдалеке холодный приказной женский голос без перерыва повторяет сообщения, которые разносятся над кварталами города.
Я сижу на втором этаже в угловой квартире, сжимая СКС, и терпеливо жду.
Этажом ниже за углом дома сидит лотерейщик. Тварюга обо мне не догадывается, разглядывая безобразие во дворе. А во дворе метрах в сорока, четверка бородачей в одинаковом городском камуфляже, пускает по кругу привязанную к капоту открытого УАЗа симпатичную «пустышку». Умело так пускают. Пока один ее уестествляет, у троих ушки на макушки, глазки стреляют по сторонам, и калаши в паскудных ручонках готовы к стрельбе. Советы дают. Скалятся, потому как «пустышка», находясь в возбуждении, только пищевом, урчит, иногда даже порыкивая от толчков. Вот от этой картины, и призывных звуков лотерейщик и менжуется. И хочется, и звериным чутьем понимает, что добыча ему не по зубам. Ждет, более удобного момента. Аж целых четыре иммунных на обед, кто от такого откажется.
Вернулся я обратно в город из своей экспедиции только через неделю. Раны-то зажили быстро, но на третий день отдыха на кластере с вышкой мобильной связи меня накрыло новым даром от красной жемчужины дрыщеватого элитника. В «Инструкции» указывалось, что обычно дары активировались по желанию, гораздо реже они работали в пассивном режиме. Они либо не отключались, либо включались автоматически, при определенных условиях. Так вот, я получил пассивный неотключаемый дар, который прорезался в том момент, когда я рубил дрова для бани. Мозг заклинило, вестибулярный аппарат отказался работать, и я свалился на землю, сильно ударившись головой о чурбак для рубки дров, который чуть не завершил мою карьеру рейдера в Улье.
Самым близким описанием дара было зрение что-то типа рентгеновского в сфере радиусом десять метров. Ключевой момент сфера. Когда дар активировался, я оказался как бы висящим в воздухе. В радиусе десяти метров не было ничего. Я своим «рентгеном» пронзал все. Надо ли говорить, что человеческий мозг не приспособлен, смотреть как на триста шестьдесят градусов, так и сферой. Я подозреваю, что мой Коготь имел какое-то отношение к появлению этого дара, слишком он нечеловеческий.
Через три часа этой пытки мне удалось «загрубить» восприятие, щупая землю перед собой, и земля стала восприниматься как толстое до десяти метров, прозрачное стекло. Открыть глаза не было никакой возможности, так как это еще сильнее перегружало мозг информацией. Через день я уже мог передвигаться с закрытыми глазами по кластеру, благо деревенька была небольшой и уже изученной мною. А для нормального, почти человеческого существования, понадобилось еще два дня сильных головных болей, все четыре горошины и шестнадцать споранов, пока в мозге, как я полагал, прорастали новые нейронные связи. Тут для адаптации помогли компьютерные игры с их изометрическим проекциями на главного героя, прозрачными стенами и прочим, то есть я знал, как «правильно» «видеть» себя и все вокруг.
Теперь Сферу в секторе своего зрения я воспринимал как основной режим, остальные пять секторов (условно слева, справа, вверху, внизу и сзади) Сферы как вспомогательный. Более близкие предметы в Сфере были более прозрачными со своим цветовым окрасом в зависимости от материала или вещества, чем предметы за ними, хотя я все эти предметы «видел» внутри Сферы так сказать одновременно, вне зависимости от расстояния от ее центра. Дар требовал довольно существенных затрат по калориям, аппетит сильно вырос, но оказался очень полезным. Несколько тренировок, и все оставшиеся спораны и янтарь, СКС, патроны, ножи, подсвечивались на Сфере. Кстати, в нише старого колодца как показала Сфера, ничего не оказалось. А вот в одном из домов я нашел тайник. Случайно заметил на периферии зрения предмет, похожий на пистолет. И там действительно оказался пистолет, с одной стороны которого была надпись «MARGO 22RL», с другой-«Made in USSR Baikal». Марго, младшая сводная сестра[2] пистолета Марголина. Кроме того, в тайнике оказался глушитель, запасной магазин, самодельная кобура, и четыре пачки патронов по пятьдесят штук. Интересная биография была у бывшего владельца дома, так как, не смотря, на небольшой калибр, этот пистолет любили киллеры в девяностых, за точность и почти полную бесшумность. Вот эти качества пистолета меня тоже порадовали. Стрелок из меня так себе, но расстреляв пачку патронов, на пятнадцать метров я уверенно начал попадать в мишень радиусом в десять сантиметров. А бесшумность пистолета была выше любых похвал. Конечно против лотерейщика он вообще никакой, но мешающему пройти куда-то пустышу или бегуну на пятнадцати-двадцати метрах в голову должно хватить. И гораздо компактнее и скорострельнее, чем тот же арбалет. Надо ли говорить, что Сферу я «натаскал» и на «подсветку» пистолетов и патронов к ним.
Помимо большего расхода калорий и зверского аппетита, вторым побочным эффектом дара было то, что у меня как бы поменялись фазы сна. Во сне я постоянно видел только один сон: я лежу внутри Сферы. Да неплохо, никто не подкрадется, но как поведет Сфера, если я все же окажусь в стабе среди людей, и мне надо будет спать, а за стенами буду мельтешить люди полные споранов и с оружием, было не ясно.
А третьим побочным эффектом было то, что голова продолжала болеть. Правда все меньше и меньше, но избыток информации перегружал мозги, довольно быстро превращая меня от усталости в тряпку. Даже живчик почти не помогал.
Обыск стаба, помимо Марго, пополнил мое снаряжение бинтами из аптечек и автоаптечек, в одной машине нашелся летний серо-черный костюм альпиниста и туристические ботинки, а также короткий ледоруб с острым концом с одной стороны и плоским молотком с другой. Напильником, найденным в деревне, я сточил зубцы с клюва ледоруба, превратив его в оружие против пустышей и бегунов, фото которого имелось в «Инструкции».
Как я и предполагал, за неделю колодцы высохли окончательно. И последние дни проживания и для пути назад, мне пришлось выскребать всю бутилированную воду кластера из магазина у заправки. Почему назад? Потому как обзор биноклем окрестностей с вышки сотовой связи показал, что вокруг только мертвые кластеры, и тащиться в «черноту» не зная куда, было глупо. Оставался путь назад.
Обратно дорога заняла чуть больше трех часов и прошла без происшествий, только свой маршрут я проложил чуть севернее, что бы, не оказаться на своем предыдущем маршруте. Мало ли кто мог сейчас по нему идти. Происшествия начались, когда подходил к крайнему кластер. Еще издалека услышал вопли про биотерроризм. Осмотр кластера в бинокль позволил сделать вывод, что он перезагрузился: во дворе появились машины, которых не было, на балконе моего убежища сушились чьи-то трусы, лифчики и полотенца. Следующий за Восьмеркой Кемеровский кластер тоже перезагрузился. Именно оттуда доносился женский голос, информирующий о карантине и эвакуации. Там же, как стервятники, кружили несколько оранжевых беспилотников. На громкий голос туда наверняка стягивались зараженные из соседних кластеров, и время от времени звуки как одиночных выстрелов, так и не слабой стрельбы, указывало на то, что зараженных встречали торжественно и со всем уважением.
Беспилотники это признак внешников. Восьмерка кластер маленький. Когда округу зачистят, его могут обыскать, значит, ни Восьмерка, ни Кемерово безопасным местом не являются. Надо двигать на кластер Волгограда. Он раза в три больше, чем Восьмерка и Кемерово даже вместе взятые.