Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Внизу прямо коридор подвала. Кваза в Сфере нет. Тут интуиция, наконец, пробившись через азарт погони, достучалась до разума. У кваза дар крыта. Примерно такой же и такой же силы, как у Кэт. А значит в темноте даже в луче фонаря, за пределами Сфера он для меня невидим.

— Слушаю!-говорю я негромко, имитируя сообщение по радио, — Да, Хорошо. Жду.

Отступаю в начало коридора, протянув руку, тихонько забираю из столовой стул, снимаю с пистолета фонарь, и пристраиваю его, так что бы луч светил на проем лестницы. Сам же, покрался вдоль стены актового зала, просвечивая Сферой туннель бомбоубежища.

Туннель длинный, упираюсь в стену здания, телепорт во двор завода.

— Вижу тебя, — сообщает Струна по нашему закрытому каналу, в ответ я поднимаю руку в приветственном жесте.

Еще пять метров. В Сферу попадает кваз. Он стоит на углу Т-образного перекрестка сжимая в лапищах какой-то пулемет под нашу длинную «семерку»[1]. Его дары скрыта, зрения в темноте и кевларовой кожи, пульсируют, пропуская через себя жизненную энергию. Вот тут бы я и нашел свой конец. Сфера и Карта у меня довольно развиты. И я полагаю, любой предмет, примерно, с дозвуковой скоростью, попадая в Сферу, оценивается подсознанием, которое врубает Карту в случае опасности. Но с теми же клокстоперами или нормальными пулями приходиться врубать дар Карты принудительно, и заранее, так как подсознание пока, не успевает дать оценку опасности. Есть надежда, что дальнее развитие этих двух даров, поскольку Карта даже в неактивном состоянии, ускоряет мыслительные процессы, позволит врубать Карту и на более быстрые пули, влетающие в Сферу.

А если бы я в азарте полез в подвал, думая, что он зараженный или безоружен, и не зная всех его даров, он меня из скрыта, за пределами Сферы, нашпиговал бы пулями пулемета в узком коридоре.

Телепорт к квазу за спину, подавляю ему дар Кевларовой кожи, все равно раствор гороха потратил, да и тренироваться надо, вырубаю Карту, и стреляю тому в шею, в район атланта. Бах! Выстрел несильно бьет по ушам в тесном помещении, а пуля почти отрывает квазу голову, расколов первый позвонок в основании черепа, пройдя шею насквозь. Тот мешком валиться на пол. Готов, тварь. Как говориться, тут у нас не Олимпийский игры, а суровые выживания…

…Мы сидим с Кротом на заднем ряду остатков актового зала, и смотрим как Кэт на сцене на столе президиума, освещенном солнечным светом, ампутирует вторую ногу спасенного рейдера. Вообще удалось спасти четырех рейдеров. Кваз просто использовал людей как мясо, сожрав, а точнее замучив к нашему приезду двоих. Всем своим жертвам он вырезал глаза и языки. Толи съел как деликатес, толи, чтобы не орали и не могли убежать. Бедолаги так и висели на веревках как мясные туши. Тот рейдер, которого оперировала Кэт, лишился всего мяса с правой ноги, и почти не осталось мяса на левом бедре. Кваз просто отрезал от живых людей понравившиеся ему куски, накладывая жгуты и давая живчик. Повышенная живучесть иммунных имела и такую обратную темную сторону. Парень был сейчас в глубокой коме, в которую я его ввел. Остальные трое, отделались относительно легко, оставшись без глаз и языков, тоже спали в коме уже погруженные в грузовик, куда Креозот и Амбал, таскали все ценное имущество, найденное в бомбоубежище, под прикрытием экипажа Горыныча.

— И что мне делать? — растерянно спрашивает Крот, опасливо косясь на отрезанную голову кваза, лежащую на «седушке» откидного стула.

— Ну, — я тасую удостоверения всех пропавших здесь сталкеров, покойный кваз был очень хозяйственным, — Рекомендую выдать Амбалу и Креозоту двойную плату. Что касается этих бедолаг. Их имущество и имущество их товарищей, как и грузовик, естественно надо оставить им. Остальное барахло продашь. Сдашь в СБ стаба башку кваза. Вот его удостоверение. Он из стаба ГРЭС. Уверен он в черном списке и возможно за него назначена награда. С хабара и головы отдашь нам треть. Вторую треть отдашь Рыжей на лечение. В последнюю треть, тоже на лечение, но уже в долг.

— В долг? Это как?

— Вот так, Крот. Тут Стикс, и любой риск входит в оплату. Они согласились ехать сюда за хабаром. Дальше хоть элита, хоть дьявол, хоть неназываемый, их риски. Но раз они работали на тебя и пострадали, ты можешь сказать, что это их проблемы, и никто ничего не скажет. В девяносто девяти процентах тут так все и поступают. Либо можешь проявить заботу. Но ничего бесплатного. Люди должны знать, за свои косяки, ошибки и неудачи они должны платить. Вот у тебя это по мягкому варианту. Плюс треть оговоренной платы им можешь заплатить. Товар они не доставили, хотя и загрузили. Что, пригорюнился, Крот?

— Да, так. Не по-человечески.

— Ага. Вот только за любой ресурс тут платят кровью. Поэтому в Стиксе нет ничего бесплатного. А то мигом с Марией в трубу вылетите. И тут будет один тонкий момент. Лечение вон того (я киваю на парня) будет треть, а то и половина долга. Если те трое решат, что у каждого долг индивидуальный, ты за этим парнем присмотри. Он сенс, слабенький пока, но сенс с хорошим даром. Засекает все живые объекты. Перспективная инвестиция. Но если у ребят есть башка на плечах, будут выгребать из жопы коллективно. Долг, пока работают на тебя за стандартную плату, ты с них требовать не будешь. Тебе же нужны поставки муки, сахара и дрожжей? Вот тебе и команда, и цены загибать не будут. Захотят расторгнуть контракт, пусть выплачивают долг или они или новый наниматель. Да не печалься, ты так. Я в Угле еще дня на четыре задержусь, Рыжей в лечении помогу бесплатно.

К нам подходит Кэт, вытирая руки:

— Я закончила. Затяни ему раны и пусть грузят.

— Амбал, Креозот, вы там закончили? — спрашивает в рацию Крот.

— Да, — откликнулся Креозот.

— Дуйте в зал, за раненым…

…-Я вижу ты довольна, — говорю я, глядя на раздевающуюся для душа Кэт.

— Да. Мы спасли четверых. Убили сумасшедшего кваза. Защитили наши инвестиции. И начали обкатку Горыныча с командой. Вера только из своей Большой Моськи не постреляла. Что еще?

— А еще у нас теперь репутация людей, способных поехать и разобраться с таинственной херней за пределами стаба.

— И почему это важно, если это бесплатно?

— Во-первых, хотя и бесплатно, но не безвозмездно. В казну упало три, а каждому из команды по две горошины из барахла. А это наш с тобой дневной средний заработок с двух нычек хабара. Для ребят за пять дней, для Веры и еще больше. А есть еще награда за голову кваза, за него давали двадцать горошин. Сейчас СБ оформит бумаги, и семь горошин опять наша доля. Во-вторых, мы живем не в пустыне, если рейдеры могут обратиться к нам за помощью, значит, мы можем обратиться к ним в ответ. Взаимные обязательства делают наше положение в этом обществе более прочным.

— Мы же через полгода отсюда уедем.

— Мы обязательно вернемся, здесь наша тыловая база и здесь нас будет ждать наша репутация.

— Это простые люди, не сильные мира сего, — с сарказмом замечает Кэт, она не против, но ей интересна моя мотивация.

— Это свободные рейдеры, они ходят за пределами стаба, где власть сильных мира сего, и так призрачная, если не заканчивается, то становиться сильно условной...

[1] Имеется в виду патрон 7,62х54 мм.

Глава 63. Расколы и осколки

— Доброе утро, Василий.

— И вам доброе утро, Заяц, Кэт. Кофе?

— Что случилось? Обычно ты предлагаешь нам чай.

— Неужели?

— Да. Всегда был чай. Кофе был, когда ты пришел к нам с Кэт.

— Действительно. Забавно.

— Так в чем дело?

— Чуть больше месяца назад у тебя была история с Искателями.

— Было такое.

— В общем, они раскололись. Подробности мне совершенно не известны.

— Без разборок?

— Я не знаю. Но явились они ко мне сильно налегке.

— И сколько этих беженцев?

— Десять человек.

— По мне ситуация для тебя отличная, две независимых артели.

— Заяц, тебе этот наигранный оптимизм не идет. Я сохраняю нейтралитет. Поэтому не могу дать им убежища на постоянной основе.

130
{"b":"982676","o":1}