Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Кроме того, за эти семь месяцев, удалось продать Деду еще два Ключа, честно разделив доход с Василием. Такое опережение графика по продукции объяснилось просто: отколовшаяся часть Искателей унесла и часть добытых Слез Улья, в том числе и дефектные.

Кстати об Искателях. Постепенно, капля за каплей, я в общих чертах выяснил, что произошло внутри у этой общины. Оказалось, то, что Зола называла своими нормальными кластерами в «черноте», было, мягко говоря, преувеличением. Искатели жили на вытянутой цепочке из четырех десятков кластеров, которые перезагружались последовательно друг за другом. Все бы ничего, но нормальный кластер перезагружался на «черноту», а потом «чернота» на нормальный кластер. Этакая игра в «реверси» в стиле Стикс. И не ясно был ли такой режим перезагрузки нормальным, перед тем как кластеры окончательно станут «чернотой» или это какое-то исключение, которое на Стиксе обычное дело. В результате Искатели сначала кочевали по цепочке нормальных кластеров, затем шли по «черноте» к первому кластеру на нормальную перезагрузку. Таким образом, любой иммунный, не способный ходить по «черноте» погибал при полной замене кластеров на «черноту» месяцев за семь.

Ритуал, который проводили Искатели почти ничем не отличался от моего забега от рубера на «черноту». Иммунного второго или третьего дня свежести уже с почти сформированным даром накачивали живчиком и привязывали на «черноте», а дальше под присмотром знахаря выживал примерно каждый десятый.

Тем не менее, община росла, правда в условиях большого дефицита по споранам, гороху и жемчугу, в связи с чем, дары появлялись за выслугу лет, так сказать. Дохода от добычи Слез Улья хватало на поддержание штанов, так как даже минимальное потребление споранов в день общиной человек в девяносто требовало их примерно штук тридцать. То есть, возник избыток людей при дефиците ресурсов. Из общины людей отпускали крайне неохотно, справедливо полагая, что из них будут формировать отряды «браконьеров», или что хуже-грабителей. Тем более, если дезертиры будут утаскивать с собою общинное имущество. Со стабами Юга была договоренность не принимать беглецов и не помогать им. Насколько она строго соблюдалась, прикрываясь разными посредниками и подставными лицами не ясно. Но дезертиры знали, что их возвращения не ждут, и любой сбежавший становился врагом Искателей. Постепенно среди Искателей сложилось две фракции и одна неофициальная группа. Одна фракция была за сложившуюся ситуацию, в нее входила часть руководства и члены общины, занимающие благодаря своим дарам среднее положение, к которым относилась и Зола. Вторая фракция ратовала за возвращение к древним устоям, когда иммунного просто приносили в жертву Стикса бросая на «черноте» без этих расчетов на появление дара, стимулирования живчиком и наблюдения знахаря. Кто выжил, тот и благословлен. И была тихая недовольная масса Искателей из низов, которые в силу ненужности и мусорности даров, тянули лямку бытия. Им было без разницы, где ее тянуть, на нормальных кластерах даже предпочтительнее. Все перипетии заговора я не понял и не вникал. Но Зола опоздала. Тихий переворот радикалов при поддержке будущих дезертиров случился под кризис хищения и «возвращения» Слез Улья. Все же там была какая-никакая, а демократия. Потом был первый массовый официальный исход рядовых членов, что сильно уменьшило общину. В общем, явление Золы с разоблачением было только толчком для нового раскола кинутой фракции и общины, и теперь я имел дело можно сказать с менее радикальной, но от того не менее непримиримой частью Искателей.

Самих Искателей-изгоев было десять человек. Три женщины и семь мужчин. Женщины занимали на Вышке каждая по дому. Мужчины жили в одном, кочуя по одному по каким-то сложным схемам по домам женщин. Так что обычно в нашем поселке было три «семейных» пары и четыре «холостяка».

Жили мы с Искателями как во многоэтажке: здоровались, общались на отвлеченные темы, и не более. Соседями Искатели были тихими, выполняли все взятые на себя обязательства по содержанию кластера, и мы не лезли в их огород, они в наш. Обычно с нами общалась Зола и еще один Искателей по имени Карбон, которые временами и сопровождали нас на вылазках на Кластера у Реки, за исключением двух вылазок на патронный завод.

За эти семь месяцев мои товарищи по команде как иммунные довольно неплохо развивались. Этому помогал и потребленный жемчуг, и моя ежедневная работа знахаря с их дарами и энергоструктурой. Вообще, выяснилось, что ежедневные процедуры у знахаря, даже не такого особо сильного как я, с периодическим употреблением раствора гороха, по эффективности не особо уступают потреблению черного жемчуга раз в полгода. Кроме того, Кэт, Шип и Струна продолжали свои тренировки по управлению силой дара при помощи черной Слезы, отрабатывая применения дара до автоматизма.

Кэт, которая к красной жемчужине Стража, употребила еще две красных жемчужины, помимо общего усиления имеющихся даров, получила новый пассивный дар. Его я назвал Чистюля. К Кэт не липла грязь, кровь, пот и прочие естественные выделения мгновенно пропадали, плюс она получила свой уникальный легкий, приятный запах. Выглядел дар для меня как снежно-белая нить. При первом приближении дар был неплохим, явно приятным в быту, но никак не тянул на красную жемчужину, как по моему мнению, так и по мнению Кэт. Однако изучив его подробнее выяснилось несколько дополнительных эффектов. Во-первых, дар скрыта Кэт против зараженных стал более эффективным. Запах человека не надо было скрывать, а ее личный уникальный запах никак не ассоциировался с вкусным мясом. Во-вторых, эффективность дара нимфы увеличилась. Можно сказать, что Кэт обзавелась личными любовными феромонами. В-третьих, дар ментата также стал эффективным как против простых иммунных, так и против других ментатов: мужчин ее феромоны расслабляли, женщин подсознательно беспокоили. Так что этот дар стоил своей красной жемчужины: он не усилял дары Кэт, а делал цели более восприимчивые для них.

Вера, проглотив вторую в своей жизни черную жемчужину, обзавелась четверым даром ганслингера. Дар, позволяющий мгновенно выхватывать пистолет или вскинуть любое другое оружие в пределах досягаемости рук. Неплохое приобретение для того, кто умеет и любит стрелять из больших пушек, и может утроиться уже на четыре секунды. Улей любит своих Детей.

Шип от первой черной жемчужины получил дар силового щита, который, как и дар сенса был усилен второй черной жемчужиной. Теперь это был измененный черной Слезой выпуклый экран примерно восемьдесят на пятьдесят сантиметров, который благодаря силе дара и своей форме был способен отбить в рикошет десять пуль «семерки» калаша. А вот плоская форма щита выдерживала только четыре пули, поглощая всю энергию. Якорным даром у Шипа стал первый дар сенса.

Струна, как я и прогнозировал, не получила со второй черной жемчужины нового дара, но также усилила оба имеющихся. Правда, если с ее скрытом это выразилось в большем радиусе его действия и длительности в зависимости от количества защищаемых целей, то второй дар, который я назвал Радио даже не увеличил свой радиус действия, но получил новое развитие. У меня неделя ушла, на то, что бы разобраться с ним. Любой приемник или источник радиосигнала для Струны теперь играл скрипичную музыку. Каждый свою. Струна говорила, что одни мелодии были проще, другие-сложнее. Однако понять в чем смысл этой грани при всей моей диагностики я не мог, пока Струна не сказала, что пульт управления дроном и сам дрон играют одну и туже мелодию в унисон. То есть, Струна «слышала» частоту и кодировку радиоканала, а «интерфейс» дара адаптировал эту информацию в наиболее понятную ей форму.

Надо было видеть глаза сталкеров, когда я заказал им скрипки. Много скрипок. Самых дорогих. Лучше мастера Страдивари. Это все что я знал о скрипках, их изготовлении и, собственно говоря, о мастерах и брендах. Даже про Страдивари, знал только из какого-то старого советского фильма и анекдота про нового русского и барабан Страдивари, который делал эти барабаны для настоящих пацанов.

133
{"b":"982676","o":1}