— Договор, — повторила она. — Король и Глава Магистрата хотят его пересмотреть.

— Да, — Тирса тоже встала, держась за край стола. — Это и есть тот самый кризис, которого все ждут. Пока он висит на волоске, ни Гортензия, ни её приспешники, ни сам Эймарр не сделают ни шагу. Они боятся потерять всё, если соглашение с Изначальными Силами не рухнет.

— А если это произойдёт?

— Тогда начнётся то, чего не было триста лет, — королева посмотрела на неё в упор. — Поэтому мы должны сделать так, чтобы всё осталось, как прежде, или чтобы его пересмотрели на наших условиях.

Белла кивнула. Она понимала: это не просто политика, а основы их мира и защита от того, чтобы всё кануло в небытие.

Они вышли из башни перед рассветом. Тирса осталась во дворце, а Белла направилась в Ковен. Столица ещё спала, улицы были пусты, только где-то перекликались ранние стражи, да фонарщик гасил последние огни. Белла шла быстро, не оглядываясь, чувствуя, как холодный воздух мгновенно прочищает голову.

В Ковене её встретила тишина. Не та, что бывает по утрам, когда сёстры ещё не проснулись. Совсем другая: настороженная, полная недоверия и ожидания подлого удара в спину. Сёстры стояли вдоль стен, провожали её взглядами, но никто не подходил, не заговаривал. Даже те, кто раньше смотрел с вызовом, теперь отводил глаза.

Белла прошла в центр зала и остановилась. Она ждала, что кто-то выступит, что её недруги снова поднимут голос, но вокруг было слишком тихо. Ведьма поняла: это вынужденное затишье, совсем не мир. Все ждут, чем кончится дело с Договором. Никто не хочет оказаться крайним, если всё обернётся против них.

— Сегодня собрания не будет, — сказала Белла, и её голос разнёсся под сводами. — Готовьте отчёты. Я вызову каждую отдельно.

Глава Ковена развернулась и ушла в свой кабинет. За её спиной снова повисла гнетущая тишина.

За рабочим столом безмолвно ждала внушительных размеров стопка бумаг. Беладонна не успела коснуться первого документа, когда дверь отворилась.

На пороге стояла подруга детства Лиана. Эту ведьму она считала почти родной сестрой. Заботливая, переживающая за неё, с тем самым выражением лица, которое Белла знала с детства. В руках девушка держала небольшой кувшин и чашку.

— Я слышала, ты вернулась, — сказала молодая колдунья, входя и притворяя за собой дверь. — Прости, но выглядишь так, будто тебя выжали и бросили.

— Примерно так и было, — Белла откинулась на спинку кресла и устало посмотрела на нежданную гостью.

Удивительно, но сейчас она не ощущала обычной радости от встречи. Это было слишком ново и неприятно.

Девушка поставила чашку на стол, налила отвар, пододвинула напиток к Главе Ковена.

— Пей. Это тебя взбодрит.

Белла взяла и вдохнула любимый аромат. Отвар благоухал мятой и чем-то ещё, травяным, до боли знакомым. Она сделала глоток, потом ещё один. Тепло разлилось по телу, и усталость немного отступила.

— Спасибо, — сказала с благодарностью.

— На здоровье, — Лиана села напротив, сложила руки на коленях. — Я же вижу, как тебе тяжело. Ты слишком много на себя взвалила, это неправильно.

Белла молчала. Она смотрела на подругу и впервые за долгое время не чувствовала того тепла, которое всегда приходило с этой ведьмой. Что-то мешало. Маленькое, почти незаметное, но оно было.

— Как ты узнала, что я вернулась? — спросила Белла.

Подруга на мгновение замерла. Всего на долю секунды, но Глава заметила лёгкую заминку.

— Мне сказали сёстры, — ответила Лиана ровно. — Кто-то видел, как ты вошла.

— Кто?

— Не помню. Кажется, Омела.

Белла кивнула, не отводя взгляда. Эта сестра по дару в то время была в другом конце Ковена. Белла знала это точно, потому что сама отправляла её туда вчера вечером.

— Ясно, — сказала она и отпила ещё глоток.

Лиана, кажется, ничего не заметила. Она продолжила говорить — мягко, участливо, с той самой интонацией, которая раньше всегда успокаивала.

— Ты была в башне? — спросила она как бы между делом. — С королевой?

— Да.

— Что вы там делали?

Белла поставила чашку на стол.

— Обновляли защиту, — сказала она. — Как и договаривались.

— Долго.

— Ритуал сложный, он требует больших затрат времени и сил.

Лиана кивнула, но Глава Ковена заметила, как её пальцы чуть сжались, а потом разжались. Она ждала большего. Не «обновления защиты», а чего-то другого.

— И всё? — с нотками лёгкого недовольства в голосе спросила она.

— Всё, — ответила Белла, и ответ её прозвучал спокойно.

Подруга посмотрела на неё чуть дольше, чем нужно. Потом улыбнулась тепло, знакомо, как раньше.

— Хорошо, что ты вернулась, — сказала она. — Я волновалась.

— Знаю.

Лиана встала, оставила кувшин с восстанавливающим силы отваром на столе, посмотрела на Главу Ковена и пообещала:

— Отдыхай. Я зайду позже.

Она вышла. Дверь закрылась тихо, без скрипа. Белла осталась одна.

Ведьма сидела неподвижно, глядя на дверь. Потом медленно перевела взгляд на чашку. Отвар всё ещё был тёплым. Пах мятой и чем-то ещё, совсем незнакомым. Только чутьё властно не рекомендовало пить напиток. В него явно было что-то подмешано.

Белла отставила в сторон недопитую чашку, закрыла глаза и в панике подумала:

«Это Лиана. Мы росли вместе. Она делила со мной хлеб и опасности».

Эта мысль была привычной, как старый плащ. Она грела, успокаивала, не давала поверить в то, во что верить не хотелось. Но под ней, где-то глубже, уже сидело другое. Королева Тирса говорила, что Лиана слишком часто пропадает. Чересчур много знает. Преступно быстро появляется там, где должна быть не она.

Белла открыла глаза. Взяла чашку, поднесла к лицу и снова вдохнула аромат отвара. Мята, что-то травяное, знакомое. Она не могла понять, что именно, но что-то в этом запахе было не так. Не то чтобы яд, отраву бы почувствовала сразу. Что-то другое, чего она не могла назвать.

Она поставила её на столешницу, встала и подошла к окну. За ним просыпалась столица — медленно, неохотно, под серым небом. Где-то внизу, во дворе, мелькнула фигура в тёмном плаще. Белла проследила за ней взглядом, но та стремительно исчезла за углом, и ведьма не успела разглядеть лица.

Глава Ковена вернулась к своим бумагам. Села. Провела ладонью по лицу и с отчаянием подумала:

«Я не хочу в это верить, но обязана проверить», — подумала она.

Рука сама собой скользнула к потайному карману. Пальцы нащупали плоский флакон. Ледяной, как всегда. Она сжала его и посмотрела на дверь, за которой скрывался коридор, по которому ушла Лиана.

Где-то в стенах Ковена прошёл холодок. Лёгкий, почти незаметный, будто сквозняк. Белла подняла голову, прислушалась. За окном сейчас не было ветра. Сёстры в Замке Ковена пока что отдыхали. Только где-то далеко, в самой глубине каменных переходов, что-то шевельнулось. Один раз. После чего снова замерло.

Она просидела так до тех пор, пока за окном не стало совсем светло. В коридорах разнеслись шаги, негромкие голоса и шелест бумаги. Сёстры готовили отчёты, как велела их Глава. Белла слушала эти звуки и постепенно приходила в себя. Усталость никуда не ушла, но теперь та стала не такой сильной и больше не мешала работать.

Белладонна встала, умылась холодной водой из таза, поправила платье и волосы. Посмотрела на себя в зеркало. Лицо бледное, под глазами тени, но взгляд твёрдый. Такой, какой нужен. Она кивнула своему отражению в зеркале и вернулась к столу.

Первым делом Белла разобрала отчёты, которые сёстры принесли вчера, а она не успела проверить бумаги из-за ритуала в Башне Королевы. Ничего нового: ритуалы проведены, границы держатся, связи с соседними Ковенами в порядке. Она делала пометки на полях, откладывала те бумаги, которые требовали отдельного разговора. Работа успокаивала. В ней не было места сомнениям. Только сухие факты, сроки и возможные решения.

«Серебряное безумие» уже работало.

К полудню пришла Настурция. Она появилась без стука, как всегда, села напротив и посмотрела на Беллу внимательно. Будто проверяла, в каком та состоянии.