Когда ведьма повернулась к окну, чтобы задуть свечу, взгляд упал на подоконник. Там лежала записка. Сложенная вчетверо, без подписи, но с хорошо знакомым почерком. Она развернула её и прочитала несколько строк:

«Наивно думала, что играешь нами, девочка? Ты ошибаешься. Мы знаем, что уже предала нас. Завтра ты умрёшь, и никто не спасёт тебя. Ни твой экзорцист, ни твоя королева. Мы будем смотреть, как ты сгинешь в пламени костра, пить вино и счастливо улыбаться».

Белладонна сжала бумагу в кулаке и почувствовала, как холод возвращается. Они всё знали. Только это им не поможет, Белла не позволит им победить. Ведьма подошла к столу, взяла перо и написала ответ. Всего несколько слов:

«Приходите. Я буду ждать. Ещё посмотрим, кто будет смеяться последним…»

Она оставила записку на том же месте, где нашла свою, и задула свечу. Завтра будет сложный день. Они с Дереком либо победят, либо умрут. Теперь девушка не сомневалась: магистр вель Гранн всегда будет рядом. Этого было достаточно.

Ночь не принесла покоя. Белладонна лежала в темноте, глядя в потолок, и считала удары собственного сердца. Каждый из них отдавался в висках глухой болью, напоминая, что времени почти не осталось. Ведьма слышала, как за стеной Дерек ходит из угла в угол, и это почему-то успокаивало. Он тоже не спал и ждал рассвета.

Она и не заметила, как провалилась в тревожную дремоту. Сны были бессмысленными, тягучими, полными теней и чужих голосов. Гортензия смеялась где-то вдалеке. Вернар шептал ей угрозы. Принц Торвальд смотрел на неё ледяными синими глазами и многообещающе улыбался. Белладонна проснулась от того, что кто-то тронул её за плечо.

Она резко села, хватая ртом воздух. Рядом стояла служанка с подносом, на котором дымилась чашка чая и стояла миска сытной каши с мясом и грибами.

— Госпожа, — тихо сказала она. — Вас просят спуститься в малый зал. Господин вель Гранн уже там.

Белладонна кивнула и принялась одеваться. Руки дрожали, но она заставила себя успокоиться. Пальцы привычно скользнули к потайному карману, где лежал плоский флакон без этикетки. Он был на месте. Белла всегда носила его с собой, и сегодня он мог понадобиться.

В малом зале её ждали Дерек и королева Тирса. Правительница выглядела бледной, но собранной. На столе перед ней лежала карта дворца, испещрённая новыми пометками.

— Гортензия исчезла, — сказала Тирса без приветствий. — Её нет в городе. Мои люди обыскали всё, но след потерялся.

— Она не могла уйти далеко, — ответила молодая колдунья. — Ведь готовит удар. Просто хочет, чтобы мы думали, что в испуге сбежала, и ослабили бдительность.

— Я тоже так думаю, — сказал Дерек. — Но у нас нет времени ждать. Сегодня вечером ужин в честь послов. Если они планируют покушение, то именно там.

— Или раньше, — тихо сказала Белладонна. — Гортензия не из тех, кто ждёт. Если она решила действовать, то сделает это, когда мы меньше всего ожидаем.

Королева Тирса подошла к окну и посмотрела на город, который просыпался под серым небом.

— У меня есть одна информация, — сказала она. — Принц Торвальд сегодня утром отправил гонца в северные земли. Я не знаю, что в письме, но это может быть связано с заговором.

— Он ищет поддержки, — сказал Дерек. — Если кузен короля не уверен в Гортензии, ожидаемо попытается найти других союзников.

— Или банально готовит побег, — добавила Белладонна. — Если план провалится, Торвальд хочет иметь путь к отступлению.

Королева повернулась к ним.

— Мы не можем позволить ему уйти. Если этот хорёк скроется, он вернётся с армией. Мы должны поймать его здесь и сейчас.

— Не волнуйтесь, Ваше высочество, — сказал Дерек. — У нас есть план.

Они проработали до полудня. Обсуждали каждую деталь, малейший возможный путь отступления, лазейки, которые могли использовать заговорщики. Белладонна чувствовала, как усталость наваливается на плечи, но не позволяла себе расслабиться. Она знала: если они ошибутся сейчас, всё будет кончено.

К вечеру во дворце начали собираться гости. Шум и смех доносились из большого зала, где уже накрывали столы. Белладонна стояла у окна в своей комнате и смотрела, как внизу мелькают экипажи, как слуги снуют туда-сюда с подносами и свечами.

Дерек зашёл без стука. Он остановился на пороге и посмотрел на неё.

— Ты готова? — спросил он.

— Да, — ответила она, не оборачиваясь. — Но я хочу, чтобы ты знал: если что-то пойдёт не так…

— Ничего не пойдёт не так, — перебил он. — Я не позволю.

Блондинка повернулась к нему. Он стоял в дверях, высокий, в чёрном камзоле, с тем самым стальным браслетом на запястье. Вдруг колдунья поняла, что боится не за себя, а за него.

— Если Гортензия решит ударить по тебе через меня, она сделает это сегодня, — сказала тихо. — Госпожа Шоасс в курсе, что ты для меня значишь. Поэтому без колебаний использует это знание себе на пользу.

— Пусть попробует, — ответил Дерек. — Я ждал этого момента гораздо дольше, чем она думает.

Он подошёл к ней и взял её руку. В его глазах было что-то, что девушка не смогла описать словами. Не просто решимость или страх. Что-то большее, что она боялась назвать по имени.

— Когда всё закончится, я никуда не уйду, — спокойно выдохнул Дерек. — Никогда не оставлю тебя, что бы ни случилось сегодня, завтра мы будем вместе до последнего вздоха.

Она смотрела на него, и слова застряли в горле. Внутри неё всё дрожало, но Белла согласно кивнула.

— Я верю тебе, — сказала колдунья.

— Тогда идём. Нас ждут.

Они вышли в коридор, и Белладонна почувствовала, как внутри неё разливается холодная решимость. Сегодня она или выйдет победительницей, или умрёт в попытке спасти тех, кто стал для неё важнее собственной жизни.

В большом зале было шумно. Гости сидели за столами, смеялись, пили вино, обсуждали последние новости. Белладонна стояла у колонны, стараясь оставаться незаметной. Она видела, как принц Торвальд разговаривает с северными послами, лучезарно улыбается и жестикулирует, будто весь этот вечер принадлежит только ему.

Гортензии нигде не было. Вернар тоже исчез.

— Она здесь, — прошептала Белла. — Я чувствую её.

Этот холодный, липкий взгляд, который она знала с детства. Гортензия была где-то рядом. Она терпеливо ждала своего часа.

— Как только этоа ведьма появится, уводи короля в боковой коридор, — сказал Дерек. — Я задержу их.

— Нет, — ответила Белладонна. — Я. Ты сейчас нужнее королю.

Он хотел возразить, но она коснулась его руки.

— Я справлюсь, — сказала она. — Обещаю тебе, что выживу и позволю доказать мне, что достоин моей любви, Дерек.

Он посмотрел на неё, и в его глазах была боль, которую он даже не пытался скрыть.

— Только попробуй умереть, Белла, — сказал он тихо. — Я тебе этого никогда не прощу.

Она счастливо улыбнулась.

В этот момент в зале погас свет.

Где-то в темноте раздался женский смех. Белладонна узнала его сразу. Холодный, мелодичный, безжалостный. Гортензия Шоасс собственной персоной.

— Добрый вечер, господа, — раздался её голос из темноты. — Надеюсь, вы готовы к небольшому представлению.

Белладонна сжала в руке плоский флакон и сделала шаг вперёд. Игры закончились.

Началось то, ради чего она вернулась в прошлое. Теперь Дерек не будет мёртв. Главный королевский экзорцист будет рядом с ней до последнего вздоха.

Свет погас не сразу. Сначала дрогнули свечи на центральной люстре, будто кто-то выдохнул на них из самой глубины зала. Потом они погасли одна за другой, оставляя после себя сизые шлейфы дыма. Гости замерли, не понимая, что происходит. Кто-то вскрикнул. Где-то звякнул упавший бокал и с печальным звоном разлетелся на осколки.

Белладонна стояла у колонны и чувствовала, как тьма обволакивает её, воздух становится густым и тяжёлым. Она знала этот запах. Магия. Не ведьмин дар, а особые плетения, которые использовали только экзорцисты. Значит, Вернар где-то рядом. Он сотворил это.