Время тянулось медленно. Каждая минута казалась вечностью. Дерек смотрел на пламя свечи и думал о ней. О том, как она стояла у окна и смотрела на луну. О том, как она улыбнулась, когда сказал, что будет ждать. В этот миг Главный королевский экзорцист поклялся самому себе: если Белла вернётся, больше не будет молчать.

Белладонна шла по коридору, чувствуя, как ноги наливаются тяжестью. Каждый шаг давался с трудом, но она заставляла себя двигаться. Потом вышла в город и заскользила по полутёмной улице в слабом мерцании факелов быстро, с достоинством и с бесстрастным выражением на красивом лице с тонкими правильными чертами.

Она знала, что за ней наблюдают. Ощущала это колдовским чутьём. Оно никогда не обманывало: за ней следили с того самого момента, как она переступила порог Ковена. Но блондинка шла спокойно, с достоинством правящей королевы, не оглядываясь и не сбавляя шага. Она должна выглядеть уверенной. Так, будто делает это по своей воле и в понимании, что иначе просто не сможет выжить.

Гортензия ждала её в малом зале Замка Чар. Комната была освещена одной свечой, и её свет падал на лицо бывшей наставницы. Полумрак делал его ещё более хищным, чем обычно. Госпожа Шоасс сидела в кресле с прямой спиной, руки на коленях, и смотрела на Белладонну с тем же выражением, с каким смотрят на насекомое, которое ещё не решили раздавить или подарить ему жизнь.

— Ты пришла, дитя моё, — сказала Гортензия. — Её голос был мягким, почти ласковым, но в нём слышался металл. — Я думала, у тебя хватит ума не возвращаться.

— У меня не было выбора, — ответила Белла. Она остановилась в центре комнаты, не приближаясь к бывшей наставнице. — Вы сделали всё, чтобы я стала изгоем. У меня нет ни дома, ни защиты. Только вы можете вернуть мне место в Ковене.

Гортензия усмехнулась. В кривой ухмылке не было и тени тепла. Только холодная, расчётливая насмешка.

— Ты предала меня, девочка моя. Ты подменила яд, встала на сторону экзорциста, выступила против меня на суде. Теперь же хочешь, чтобы я простила тебя?

— Нет. Просто хочу, чтобы вы поняли, — сказала Белладонна, и голос её дрогнул. Ровно настолько, чтобы Гортензия поверила в её страх. — Я не хотела предавать вас. Просто испугалась. Дерек… Он убедил меня, что я могу быть свободной. Но сейчас поняла, что свобода — это ложь. Без вас и Ковена я никто. Пустое и не на что не годное пустое место.

Гортензия смотрела на неё несколько мгновений. Холодные, цепкие голубые глаза внимательно изучали бывшую ученицу. Брюнетка искала малейшие признаки лжи. Только и Белладонна знала, как играть в эти жестокие и бескомпромиссные игры. Брюнетка увидела только то, что хотела: слабость, панический страх и почти безумное желание вернуться.

— И что ты предлагаешь? — спросила Гортензия.

Блондинка шагнула вперёд и положила на стол письмо.

— Знаю, что вы готовите покушение на короля. Принц Торвальд ждёт только вашего сигнала. Я хочу помочь вам.

— Помочь мне? — Гортензия приподняла бровь. — Ты, которая предала меня и опозорила перед всем Ковеном?

— Я предала вас, потому что боялась, — сказала Белладонна. — Думала, что вы неизбежно проиграете. Зато теперь я вижу, что сильнее всех. Поэтому предпочитаю быть на стороне победителей.

Гортензия взяла письмо, развернула его и прочитала. Её лицо оставалось непроницаемым, но Белладонна видела, как её пальцы чуть сжались на бумаге. Она думала и взвешивала. Просчитывала события на несколько дней, а то и недель вперёд.

— Это ловушка? — спросила Гортензия, не поднимая глаз.

— Нет, — ответила Белладонна. — Это мой шанс вернуться.

Глава столичного Ковена подняла на неё глаза. В них было что-то, чего Белла не смогла прочитать. Сомнение? Желание поверить? Она не знала, но понимала, что обязана убедить её. Иного пути у них нет.

— Я сделаю всё, что вы скажете, — сказала она. — Помогу вам устранить короля и посадить принца Торвальда на трон. Только дайте мне шанс.

Гортензия молчала несколько долгих секунд. Потом она откинулась на спинку кресла и улыбнулась. Той самой улыбкой, которую девушка ненавидела всей душой.

— Хорошо, — сказала она. — Я дам тебе шанс. Только знай, если ты предашь меня снова, Белла, тут же уничтожу тебя. Никакой глупый случай не спасёт тебя.

Белладонна опустила голову, изображая покорность.

— Понимаю.

— Ступай, — сказала Гортензия. — Я пришлю тебе весточку, когда ты будешь нужна.

Девушка неторопливо вышла из комнаты, чувствуя, как внутри всё дрожит. Она сделала это. Гортензия поверила или, скорее, просто сделала вид.

Беладонна почти дошла до поворота в анфиладу комнат Дерека вель Гранна, когда из ниши шагнула высокая фигура. Белладонна вздрогнула, но почти сразу узнала Дерека. Он стоял, прислонившись к стене, руки скрещены на груди. В глазах читалась усталость, которую тот тщетно пытался скрыть. Главный королевский экзорцист ждал её возвращения всю ночь. Она знала это.

Он шагнул к девушке. Никаких слов, только взгляд. быстрый, внимательный, с головы до ног. Проверял, цела ли. Только когда убедился, что она стоит перед ним живая, невредимая, лицо его чуть смягчилось.

— Я сделала это, — сказала колдунья.

Голос прозвучал глухо, и молодая ведьма сама не узнала его.

— Я знал, что вы справитесь, — ответил он.

Белла подняла на него глаза. Он не улыбнулся, но в его взгляде было что-то, что она не могла описать словами.

— Гортензия поверила? — спросил он.

— Она взяла письмо. Прочитала. Сказала, что подумает, но я видела её глаза. Она поверила.

— Или сделала вид, — тихо сказал Дерек.

— Знаю, — ответила Белладонна. — Я тоже думала об этом.

Он шагнул ближе и положил руку на её плечо.

— Это уже не важно, — сказал он. — Вы сделали всё, что могли. Дальше — наша игра.

Она хотела ответить, но слова застряли в горле. Просто кивнула, чувствуя тепло его ладони, которое разливалось по плечу, согревая даже через плотную ткань платья. И почему-то это было важнее всех побед.

Королева Тирса ждала их в будуаре. Она была бледна, но спокойна. На столе перед ней лежала развёрнутая карта дворца с пометками.

— Торвальд клюнул, — сказала королева без приветствий. — Мои люди подтвердили: он готовит покушение на завтрашний вечер. Во время ужина в честь послов.

Дерек шагнул к столу, вглядываясь в карту.

— Это слишком очевидно, — сказал он. — Ужин в большом зале, полсотни гостей, охрана на каждом шагу. Он не пойдёт на это.

— Пойдёт, — возразила колдунья Тирса. — Он уверен, что Белла на его стороне. Поэтому думает, что она отвлечёт охрану, создаст панику, отведёт ваши глаза.

Белладонна почувствовала, как холод пробежал по спине. Значит, её роль ещё не закончена. Она не просто передала письмо, а стала частью его плана. Теперь ей предстояло играть до конца и стать полноправным ферзём в этой коварной придворной игре.

— Что я должна сделать? — спросила она.

— Быть рядом с королём, — сказала королева. — Я тоже буду там. Мы не дадим ему подойти. А ты будешь нашим щитом. Если он увидит тебя рядом с нами, он поймёт, что это ловушка. Зато если ты будешь держаться чуть поодаль… Тогда этот напыщенный дурак поверит, что просто смиренно ждёшь своего часа.

— Это риск, — сказал Дерек. — Если он решит, что она предала его, без разговоров может нанести удар по ней.

— Мы не допустим этого, — твёрдо сказала королева Тирса.

Белладонна смотрела на карту, на пометки, на линии, которые вели к трону. Она знала, что завтрашний вечер решит всё. Или она выйдет победительницей, или снова станет пешкой. Только молодая ведьма больше не желала быть жертвой чужойволи.

Они вернулись в анфиладу комнат, когда солнце уже клонилось к закату. В коридорах было тихо, и Белладонна шла рядом с Дереком, чувствуя, как усталость наваливается на плечи. Она остановилась у двери в его рабочий кабинет и повернулась к нему.