— Обязательно, Дерек. У меня ведь нет иного выхода.

Он посмотрел на неё и кивнул.

— Тогда иди. Я буду ждать тебя в своём рабочем кабинете.

День прошёл в бесконечных встречах. Сначала Орхидея, потом Омела, Примула и Левкоя. Каждая оглядывалась на двери и окна, будто за ними стояли враги. Белладонна понимала их страх. Она сама жила с этим кошмаром долгие годы.

— Не прошу вас любить меня, — сказала она. — Лишь поверить, что смогу изменить Ковен. Я хочу порядка, а не власти. Чтобы мы стали силой, с которой считаются.

К вечеру она вернулась в их с любимым магом покои. Усталость навалилась на плечи, но в душе было спокойствие. Она сделала первый шаг. Теперь оставалось ждать и быть готовой к тому, что враги не дремлют.

Прошло шесть дней с тех пор, как Белладонна стала Главой Ковена. Она входила в роль тяжелее, чем предполагала. Каждое утро начиналось с разбора бумаг, которые оставила Гортензия. Любое собрание превращалось в проверку на прочность. Взгляды ведьм был либо вызовом, либо скрытым страхом.

Колдунья чувствовала это на себе. Белла словно ходила по тонкому льду, который мог треснуть в любое мгновение.

Дерек замечал, как она устаёт. Как возвращается поздно, садится в кресло и закрывает глаза, не говоря ни слова. Он не мешал ей, но в его груди росла тревога. Она уходила в Ковен с головой, и он боялся, что однажды любимая ведьма не вернётся той, кем была.

— Ты слишком много работаешь, — сказал Дерек однажды вечером, когда Белла в очередной раз вернулась за полночь.

— Я должна, — ответила она, не открывая глаз. — Если я перестану, сёстры по дару сразу решат, что я слаба, и раздавят, как пустую яичную скорлупу.

— Ты достаточна сильна, чтобы справиться с ситуацией, — сказал он.

— Я знаю, — ответила Белладонна. — Они должны помнить об этом каждый день.

Экзорцист хотел сказать что-то ещё, но промолчал. Слишком хорошо знал, что в Ковене не прощают слабости. Там ждут только одного — малейшей ошибки.

На седьмой день Хризантема решила действовать. Она собрала ведьм в главном зале и заговорила громко, чтобы все слышали.

— Мы должны обсудить нашу новую Главу, — сказала она, и её голос был звонким и резким. — Она была правой рукой Гортензии, а потом предала её. Теперь она работает с экзорцистом. Как мы можем доверять ей?

Зал затих. Белладонна стояла в центре, не двигаясь. Она смотрела на Хризантему и видела в её глазах не просто злобу, а расчёт. Она знала, что та ждёт её реакции. что Белла сорвётся сорвётся, покажет слабость, даст повод.

— Если у тебя есть обвинения, говори прямо, — сказала Гавнаяведьма, и её голос был ровным, острым и ледяным как колдовское лезвие, — Не прячься за громкими, но пустыми словами.

— Мои обвинения просты, — ответила Хризантема. — Ты предала Ковен. Сама перешла на сторону короны. Поэтому действуешь не в интересах сестёр, а экзорциста, к которому ты пришла, как приблудная кошка, выпрашивая ласку.

В зале пронеслись смешки. Белла почувствовала, как внутри всё холодеет. Она не ответила на оскорбление. Вместо этого она шагнула вперёд.

— Я здесь, потому что хочу вернуть Ковену то, что Гортензия разрушила. Если ты не видишь разницы между мной и ею, значит, глупа и слепа.

Хризантема усмехнулась, но промолчала. Белла знала, что та не отступится. Она будет давить, плести ложь, собирать сторонников. Эта битва только начиналась.

Вечером она рассказала Дереку о случившемся. Он слушал молча, и по его лицу сразу же поняла, что магистр знал заранее, что иначе и не будет.

— Она будет давить на тебя, — сказал он. — Дотошно искать твои слабые места. Если дашь ей малейший шанс, эта колдунья без сожалений уничтожит тебя.

— Я знаю, — ответила она.

— Ты должна быть осторожна.

— Я осторожна, — сказала она. — Но не могу показать им и тень страха или неуверенности.

— Ты и не показываешь, — сказал он. — Помни: ложь и яд — их главное оружие. Они не будут использовать чары открыто. Это слишком грубо. Будут методично сеять сомнения, стараться подставить тебя. Станут терпеливо ждать, когда ты сама ошибёшься.

Она кивнула. Это Белла и так знала. Хризантема и её сторонницы не остановятся ни перед чем.

На следующее утро Белладонна получила письмо. Оно лежало на её столе, когда та вернулась после завтрака. Без подписи, без адреса. Она развернула его и прочитала:

«Ты не удержишь власть. Мы ждём твоей ошибки. Поэтому проиграешь, как в своё время Гортензия. Ковен не прощает предателей».

Она сжала бумагу в кулаке и почувствовала, как холод пробегает по спине. Они не сдавались. Ждали момента, чтобы ударить в спину. Она показала письмо Настурции.

— Они не успокоятся, — сказала та, прочитав послание. — Будут давить на тебя, пока ты не сломаешься.

— Не дождутся, — спокойно сказала Белла.

— Я знаю, — ответила Настурция. — Но ты должна быть готова к тому, что они не остановятся ни перед чем. Они будут использовать против тебя любые методы, даже самые грязные.

Белладонна спрятала письмо и вышла. Она чувствовала, как внутри неё растёт холодная решимость.

На следующем собрании Хризантема снова выступила против неё. На этот раз она была не одна. Рядом с ней стояли две старшие ведьмы, которых Белла знала как приближённых Гортензии.

— Мы требуем, чтобы ты доказала свою преданность Ковену, — сказала Хризантема. — Ты должна показать нам, что ты не на стороне короля и его экзорциста.

— Что я должна сделать? — спросила Белла, глядя ей прямо в глаза.

— Разорви свои связи с Дереком вель Гранном, — сказала Хризантема. — Докажи, что ты одна из нас, а не его игрушка.

В зале повисла тишина. Белладонна чувствовала на себе взгляды всех ведьм. Она знала, что, если откажется, они увидят в этом слабость. Если согласится — потеряет Дерека.

— Я не разорву свои связи с ним, — сказала она. — Он мой союзник, ведь помог мне спасти Ковен. Если вы считаете это предательством, значит, вы не понимаете, что на самом деле происходит.

Хризантема усмехнулась.

— Мы так и знали, — сказала она. — Ты на его стороне и предала нас.

— Я на стороне Ковена, — ответила Белла. — Если вы не видите разницы, это ваша проблема.

Она развернулась и вышла. Хотя и знала, что это не конец. Мерзкие интриганки продолжат свои жестокие игры.

Когда она вернулась во дворец, Дерек ждал её в кабинете. Он взглянул на неё и всё понял.

— Она снова напала? — спросил он.

— Да требует, чтобы я разорвала связи с тобой и королевской четой, — ответила Белла.

— И что ты сказала?

— Я сказала, что не сделаю этого.

Он подошёл к ней и взял её за руку.

— Ты рисковала, — сказал он.

— Я знаю, но не могла поступить иначе, — ответила девушка.

Следующие дни прошли в напряжении. Хризантема продолжала плести ложь, собирать сторонников, сеять сомнения. Белладонна чувствовала, как воздух в Ковене сгущается, как каждый шаг становится опаснее.

Она встречалась с Орхидеей, Омелой, Примулой и Левкоей. Они были её союзницами, но их слишком мало.

— Мы не можем противостоять им в одиночку, — сказала Левкоя. — Нам нужна поддержка.

— Я знаю, — ответила Белла. — Только не знаю, кому ещё можно доверять.

— Начни с Настурции, — сказала Омела. — Она мудрая и опытная. Если она будет на твоей стороне, многие последуют за ней.

Белладонна кивнула и пошла к Настурции. Та стояла у окна в малом зале.

— Я знаю, зачем пришли, — сказала она, не оборачиваясь. — Вы хотите знать, могу ли я стать вашим союзником.

— Да, — ответила Белла. — Я не могу справиться с ними в одиночку.

Настурция повернулась.

— Я всегда была на вашей стороне, — сказала она. — Но не могу открыто выступать против Хризантемы. Если я сделаю это, они уничтожат меня. Зато могу помогать вам тайно.

— Этого вполне достаточно, — сказала Белла.

Ночью она вернулась в свои покои и обнаружила, что кто-то рылся в её вещах. Бумаги были разбросаны, ящики открыты. Кто-то искал что-то важное. Белла сжала флакон и поняла: враги перешли к активным действиям.