сцепление, подаёт чуть-чуть газу и машина начинает плавно трогаться.

Смех застревает где-то

в горле, замираю от шока и встречаюсь с её торжествующим взглядом.

Да ладно?!

Глава 13. Пора перекусить

Крепко сжимаю руль.

Пальцы подрагивают. Но не от страха, а от азарта.

Чёрт возьми, у меня

получилось!

Бросаю на него короткий

взгляд, и внутри всё ликует. Брови сдвинуты, рот приоткрыт, в глазах полное

недоверие.

— Да ладно?! — хрипло

выдаёт он, а я не сдерживаю своего ликования.

Улыбаюсь в ответ широко

и победоносно.

— Я выиграла, зая —

повернувшись к нему, подмигиваю — так что ты теперь сутки ведёшь себя прилично.

— Кончай звать меня

Зая! — рявкает в ответ. Его глаза буквально налились кровью от злости — на

дорогу смотри.

— Ну ты же зовёшь меня

Кукла — пожимаю плечами, возвращая взгляд, выравниваю машину, добавляю газу,

переключаю передачу. Всё как дед учил.

Правда, у него был

старый Москвич. Мы на нём в лес ездили за грибами и ягодами. И разъезжала я по

пыльным просёлочным дорогам, а не по ровному асфальту автомагистрали.

Бешеный поток машин,

перекрёстки, светофоры. Придурки, что норовят подрезать постоянно. Я спокойно

ловлю ритм — торможение, сцепление, переключение.

Марат молчит, только

изредка шумно вздыхает, проглатывая очередное ругательство.

— Куда ты разогналась?

Скорость сбрасывай! Не видишь, светофор мигает? — орёт, маша руками перед

носом.

— Да ладно тебе, я

проскочила бы — уверенно откликаюсь, но замедляют скорость.

— Куда проскочила бы?

Под колёса фуры? — продолжает орать, активно жестикулируя.

— Какой фуры?

— Которая помеха

справа. Глаза разуй!

Действительно, на

перекрёсток, с правой стороны выезжает большая фура.

— Ой всё — тихо

выдыхаю, чувствую, как азарт сменяется лёгким испугом.

— Ты права, пора

заканчивать с этим фарсом — его голос звучит жёстко, но в нём проскальзывают

нотки беспокойства — возле обочины припаркуйся, я за руль сяду. Пока ты нас не

укокошила.

— Боишься, что я

разобью твоё корыто? — пытаюсь вернуть уверенность в голосе.

— Боюсь, что ты

разобьёшь свою чугунную башку о ближайший столб — отрезал он — Злата, я

серьёзно. Ты даже маршрута не знаешь.

— Но спор я выиграла,

да? — на всякий случай уточняю, Марат хмуро кивает.

— Выиграла, не парься.

Сегодня подкатывать к тебе не буду.

Тепло разливается в

душе, этот раунд остался за мной.

Сворачиваю к обочине и

аккуратно останавливаю машину. Руки всё ещё подрагивают. Но уже не азарта, а от

мысли, что он прав, я только что чуть не попала в аварию.

Неподалёку замечаю

красивую яркую вывеску фастфуда. Желудок предательски урчит, ведь с утра в нём

была только кружка чёрного кофе.

— Пойдём пожрём? —

неожиданно спрашивает Марат в своей грубой манере, указывая на вывеску.

— Я не ем фастфуд — мой

голос получился слишком грустным. Но я реально не ем фастфуд, слишком много

калорий. А мне нужно держать фигуру в форме.

Он широко улыбается и

подмигивает:

— Да ладно тебе. Ты и так секси. Если что, это не подкат, а констатация факта.

Робко улыбаюсь в ответ,

нерешительно пожимаю плечами, и Марат сам принимает решение. Выходит из машины,

обходит её и открывает передо мной дверь и подаёт руку. Глаза ползут на лоб от

удивления, ничего себе джентльменский поступок.

Он доводит меня до

двери, открывает её и пропускает вперёд.

Лет пять не была в

подобном месте. Внутри оказалась шумной и оживлённо, в детской зоне скакали

какие-то дети, рядом сидели мамочки с колясками, а чуть дальше — подростки. Они

расположились небольшой группой и очень громко смеялись.

Воздух густел от

аппетитных ароматов: жареное мясо, картошка фри, расплавленный сыр и свежая

зелень. Где-то на заднем плане шипел гриль, и перекрикивались официанты,

собирая заказы.

— Что будешь?

В ответ я лишь пожимаю

плечами.

— Понял — с ехидной

улыбкой ответил Марат и ушёл. А вернулся с полным подносом еды.

Несколько огроменных

бургеров, парочка картошек фри, корзинка с золотистыми наггетсами, три вида

соусов и напитки.

— Я не спросил, ты

пьёшь кофе с молоком или без молока? Поэтому заказал Колу, но, если хочешь,

могу сбегать за кофе — молча разглядываю всё это великолепие, и он добавляет,

разворачивая стаканчик ко мне — не бойся, она без сахара. Вот.

На этикетке

действительно написан "кола без сахара", не могу сдержать улыбку.

— Это мило, спасибо,

только... — не успеваю договорить, как он меня прерывает и опять куда-то

уходит. Буквально пару минут, и передо мной появляется красивая яркая

коробочка.

— Это мне? — удивлённо

разворачиваю, достаю овощной салат и сладкие палочки из морковки.

— Морковка для зайки —

весело сообщает — ну прости, других овощей у них нет, только в детском наборе.

— Спасибо — искренне

благодарю.

Может не такое уж он и

быдло — мелькнула в голове, и этот придурок громко рыгнул.

Фу!

Меня аж передёрнуло от

омерзения.

Быдло.

— Боже, как вкусно —

стонала я спустя десять минут, вгрызаясь в сочный чизбургер, с ароматной

котлетой, хрустящим салатом и потрясающим сырным соусом — ммм...

Марат сидел напротив,

хлебал колу из стакана и пялился на меня. Опять. Тепло и нежность во взгляде

пугают даже больше, чем его обычные похотливые мысли.

Неожиданно он

наклонился ко мне и пальцем дотронулся до уголка губы, стирая соус. Волна жара

окатила с головы до ног. Сердце забилось быстрее, а ладошки вспотели.

— Ты чего? — голос

оказался на удивление хриплым и тихим. Его горячие пальцы заправили прядь волос

мне за ухо, губы оказались в опасной близости от моих. Я замерла в ожидании

поцелуя.

Вру. Стыдно признаться,

но вопреки логики я сама потянулась за ним.

— Смотли, мне попалась

зайка-балелина. Класивая, плавда — детский голос ворвался в сознание, и я резко

отстранилась.

Рядом с Маратом стояла

маленькая светловолосая девочка, держа в руках игрушку. Она доверчиво

протягивала её мужчине. За спиной девочки находилась красивая молодая женщина,

и в голове некстати всплыли его слова, сказанные год назад "я женат".

Это что, его дочь?!

Глава 14. Он видит меня насквозь

У него жена, дети, а я...

Чёрт, вот я дура! Он же сразу сказал, что я ему нужна

только поиграться. Мимолётное развлечение, не более.

Горечь разливается во рту, едкая, почти осязаемая, еда

сразу становится безвкусной, как вата. В носу щиплет, горло подступает комок,

наворачиваются злые слёзы.

— что нужно сказать дяде? — спрашивает женщина у ребёнка, и

девочка, опустив глазки, тихо отвечает “Спасибо”

— не за что — с теплотой в голосе произносит мой спутник,

провожает ребёнка ласковым взглядом.

Ещё две минуты я молча ковыряюсь в тарелке, не решаясь

спросить и Марат сам эту тему:

— ты же не против?

— что? — переспрашиваю, поднимая глаза.

— я твою игрушку отдал девочке. Из набора. Ты же не против?

— лёгкое беспокойство во взгляде, будто реально волнуется, что я могла

обидеться — я просто подумал ты уже взрослая для игрушек, а она была такой

грустной.

— кто это девочка? — стараюсь говорить ровным безразличным

тоном.

— не знаю — пожимает плечами — они за мной в очереди