позволено.

Его руки сдвинули бюстгальтер, губы припали к обнажённой

груди. Он ласкал упругие горошины языком, вызывая жар внизу живота. Марат брал,

что хотел без спроса, а во мне просыпалось дикое, первобытное желание

подчиниться ему.

— Так нельзя — прошептала скорее сама себе, чем ему.

Прекрасно осознавая, что он не примет отказа.

Мужчина не только остановился, но и переспросил:

— Почему?

Он с трудом пытался сфокусировать на мне взгляд. И в голове

возникла безумная идея.

— Без защиты нельзя — ответила ему, прикрываясь краешком

покрывала — у тебя презервативы есть?

На его лице расплылась глупая улыбка, и Марат кивнул,

вытаскивая серебристую упаковку из кармана.

— Такие не подойдут — жёстко произнесла, выставляя перед

собой руку — иди в аптеку и купи чёрные.

— Чё? — на его лице столько недоумения, что я с трудом

сдержала улыбку.

— Иди и купи другие презервативы. Чёрные, с запахом Колы,

ультратонкие и с этими... с усиками, вот.

— Нахуя? — в глазах проскользнул интеллект, и я поняла, что

нужно срочно его выпроводить.

— Я же говорю, надо! — подтолкнула его в сторону двери —

Давай, иди быстрее, пока все аптеки не закрылись!

Он встал с кровати, пошатываясь, натянул футболку,

застегнул замок на джинсах. Опираясь на косяк, чтобы не упасть, повернулся ко

мне.

— А может... — глухо прозвучал его хриплый голос.

— Нет, нет, нет, никаких "может". Мне срочно

нужны чёрные презервативы. Иди! — категорично замахала руками и головой,

выпроваживая его.

Дверь за Маратом закрылась с глухим стуком, и я выдохнула.

Подскочила, чтобы закрыть замок, и обнаружила его отсутствие.

Чёрт! Как он живёт без замка?! Тем более коммунальная

квартира!

Псих.

Прекрасно понимая, что у меня мало времени, стала

баррикадировать дверь. Стол оказался слишком тяжёлым, шкаф тем более, поэтому я

накидала разных вещей. Поставила стул, сверху мой чемодан и настольную лампу.

Тяжеленный рюкзак из шкафа, лыжи и гиря на шестнадцать килограммов тоже

оказались возле двери.

Вряд ли всё это способно остановить такого человека, как

Марат, но шум создаст. Может, даже соседи прибегут.

Просидев на кровати и прислушиваясь ещё пару часов,

усталость взяла своё. Не выдержав, я решилась лечь спать. Но там, где он не

сразу меня найдёт — под столом.

Обняв подушку, завернувшись в одеяло и скрючившись, я

просидела так до пяти утра, пока сквозь шторы не проникли первые лучи солнца.

Сна не было. Песок в глазах, головная боль и затёкшая шея — ничто, по сравнению

с тревогой, поселившейся в груди.

Даже не знаю, что беспокоит больше, что он придёт или, что

до сих пор не объявился.

Из лихорадочного сна меня вырвал грубый мат. Подскочив от

неожиданности, больно ударилась головой о столешницу и вжалась в стену. Прямо

напротив меня стояли мужские ноги в знакомых армейских ботинках и камуфляжных

штанах.

Марат присел на корточки и ехидно произнёс:

— А ты умеешь удивлять

В его глазах плескалось любопытство и лёгкое раздражение.

Голос был трезвый, хотя запах перегара чувствовал отчётливо.

— И чем же тебя не устроила кровать?

— Ты был пьян — тихо ответила севшим голосом.

— Да ладно? — притворное удивление мелькнуло на лице — и

поэтому ты решила ебать мне мозг, вместо того, чтобы выполнять обещания?

Я ещё сильнее вжалась в стенку.

— Ты был сильно пьян — совсем тихо прошелестела одними

губами.

Он холодно усмехнулся, окинув меня взглядом. Представляю,

что он видит. Перепуганная девчонка, замотанная в одеяло, как в кокон, с

растрёпанными спутанными волосами, и размазавшимся макияжем.

— Вылазь давай.

С трудом выползла из-под стола и натолкнулась на его потемневший

недовольный взгляд. Вчера я не стала копаться в темноте в своём чемодане, а

просто схватила первую попавшуюся футболку и натянула на себя вместо

испорченного платья. Тогда мне казалось это хорошей идеей, но взгляд Марата

говорит об обратном.

Он буквально заскрипел зубами от злости, увидев мой наряд.

— Какого чёрта я таскаю твой чемодан, если ты всё

равно ходишь в моей одежде — зарычал мужчина, подавшись вперёд.

От него сходила такая волна злости, что я прижалась к

столу, с отчаянным желанием исчезнуть.

— Я думала, мужчинам нравится, когда женщина носит их вещи

— нерешительно произнесла, не зная, куда деться. Он положил руки на столешницу,

зажав меня в кольцо, и наклонился так близко, что я почувствовала жар его тела.

Я старалась взять себя в руки, перестать дрожать и не

смотреть в эти чёрные глаза, но взгляд всё время возвращался к его жёсткому

волевому лицу.

Марат наклонил голову и обманчиво ласковым голосом

прошептал на ухо:

— Маленькое уточнение, кукла. Для начала эту женщину нужно присвоить себе. И

тогда ей позволено ходить в твоей одежде. Чтоб все видели — это ТВОЯ женщина.

Он легко посадил меня на стол и прижался, заставив

раздвинуть ноги. Футболка приподнялась, оголяя бёдра.

— А я тебя ещё не присвоил. Но сейчас мы это исправим —

горячее дыхание обжигало ухо, наглые руки поползли по ногам, ухватили за бёдра

и притянули ближе к краю. Пальцы больно и властно впились в кожу, оставляя

красные следы.

— Я не хочу — тихо всхлипнула, выставляя перед собой

дрожащие руки в попытке оттолкнуть его.

— У нас договор, Кукла. Твои желания меня не интересуют —

жёсткие, хлёсткие слова, будто удары кнута, проникали в самое сердце.

— Раздевайся — его губы коснулись моего виска, и внутри всё

заледенело — либо выполняй приказ, либо катись обратно на цепь. Мне надоело, что

ты делаешь из меня дурака.

Каждое слово вонзалось как кинжал. Я беззвучно открывала

рот, не в силах вымолвить ни слова. Горло сдавило спазмом, а в груди

разверзлась бездна отчаяния. Он давит своим властным взглядом, тёмным и

безжалостным. Своей силой и тяжёлой аурой.

— Считаю до трёх — отчеканил, и в стальном голосе

проскользила угроза.

— Один... — медленно, нарочно растягивая звук, отсчитывал

Марат — Два...

Глава 17. Новый договор

— Три — его голос звучит, как раскаты грома, эхом отдаётся в груди. Взгляд замораживает, протыкает ледяными иголками.

Обнимаю себя за плечи дрожащими руками, всхлипываю. Марат делает шаг назад, ожидая моего решения. Хотя у меня и нет вариантов, нужно просто подчиниться.

Переступить через свою гордость, свой страх и переспать с ним. Я ведь уже это делала, подумаешь, всего один раз и попьяне. Соскакиваю со стола, судорожно хватаюсь за край футболки. В его глазах вспыхивает торжество. Всего на секунду, но я застываю на месте, словно поражённая молнией.

Не могу.

Закрываю глаза, слёзы текут по щекам, губы тихо шепчут: «не могу».

— Что? — в голосе Марата слышится недоумение.

— Пожалуйста... Я не могу — каждое слово даётся с трудом, вырывается из глубины души — я ни с кем не была... После той ночи.

— Что? — удивление скользит в голосе, становится почти осязаемым. Чувствую жар его рук на плечах, терпкий запах одеколона — посмотри на меня и повтори.

Медленно открываю глаза и также медленно отвечаю:

— Мне страшно. Я ни с кем не спала, честно. Поверь мне, я не шлюха.

Его взгляд меняется, становиться мягче, но голос рассудительно замечает:

— Это ничего не значит. Ты могла встречаться с мужчинами за пределами клуба.

— Нет... — машу головой в знак протеста с такой силой, что перед глазами кружится — я ни с кем не встречалась! Они думали, что я невинна. Если бы Дикий что-то заподозрил... Или Арсен, или девочки заметили...