— Ты просто не оставил ей выбора, — возразил Арктур. — Она моя, и я тебе её не уступлю. Предлагаю решить этот вопрос в поединке. Я знаю, ваша магия золотых драконов могущественнее магии чёрных водяных драконов. Но я предлагаю сразиться в человеческой ипостаси. Без магии.

Я отправила им стаканы с водой по воздуху.

— Выпейте воды, — сказала я. — Она очень вкусная.

Кажется, только сейчас они заметили, что я сижу в кресле и смотрю на них.

— Это очень увлекательно — смотреть, как вы обсуждаете меня в моём присутствии.

— Ты владеешь магией воды? — спросил Арктур.

— Да, Арктур. Я владею магией воды. Выпейте водички. Охладитесь.

Арктур выпил стакан до дна. Арагон отпил глоток.

— Вкусная вода, — сказал он. — Ты молодец, Береника.

Я встала и подошла к Арагону.

— Арктур, — сказала я, — посмотри на нас зрением дракона.

Я повернулась к Арагону.

— Поцелуй меня. Только не вздумай отправить куда-нибудь.

Арагон усмехнулся и прикоснулся губами к моим. Я ответила на поцелуй. Сердце забилось рваными ударами, ухнуло куда-то в пятки. Тело горело, словно у меня поднялась температура. Внизу живота порхали бабочки. Если бы поцелуй затянулся, я бы, наверное, потеряла сознание.

Я оторвалась от Арагона, перевела дыхание и подошла к Арктуру.

— Поцелуй меня, — сказала я.

Он сидел на "операционном" ложе. Я присела к нему на колено и поцеловала его. Он впился губами в мои, сминая их. Я отвечала на его долгий поцелуй. Мы целовались долго, очень долго — я возвращала ему все поцелуи, на которые раньше не отвечала.

Он не был мне противен. Но моё сердце не билось рвано, как с Арагоном. Оно не падало в пятки. Дыхание оставалось ровным.

— Теперь ты понимаешь разницу? — спросила я, отстранившись.

Арктур молчал.

— Прошу прощения, ваши императорские величества, — наконец произнёс он. Но звучало это скорее саркастически.

Арагон смотрел на него исподлобья, не мигая, замерев со скрещенными руками. Я отошла от Арктура и села в кресло, созданное моей магией. Выпила воды. Смотрела на Арктура и ждала.

Он понял, что сказал что-то не то.

— Прости меня, Арагон. Я был не прав. Приношу свои извинения.

Он помолчал.

— Прости меня, Береника. Я был не прав.

Он снова замолчал.

— Очень сложно бывает отказаться от своих иллюзий и смириться с поражением. Я проиграл тебе Арагон. Признаю это. Береника — твоя женщина.

— Арктур, — сказала я. — Дело вообще не в тебе. Ты прекрасный принц Марса — мечта любой женщины, что на Марсе, что на Земле. Ты великолепен. Ты лучший. Ты прекрасен во всех смыслах. Но у меня другая судьба. Арагон — это моя судьба. Я люблю его всеми фибрами души, каждой клеткой тела. Когда я была Ольгой, ещё человеком, я не могла объяснить себе, почему думаю о нематериальном духе больше, чем о реальном живом человеке — тебе, который был готов на всё ради меня. Ты сам говорил: наши судьбы пишет кто-то другой. Может, Великие. Может, кто-то ещё. Но моя судьба — это Арагон. Изначально он был моей судьбой. Мы — инь и ян этой вселенной. Огонь и вода созидания. Две половины одного целого. Ты понимаешь?

Арктур молчал. Потом тихо сказал:

— Мне тяжело с этим смириться. Я впервые в жизни полюбил. Но да... я понимаю.

Он помолчал.

— Зря ты меня спас. Мне не нужна моя жизнь без Ольги.

— Ты нужен этому миру, — сказал Арагон.

— Всё течёт, всё меняется.

— Я ждал свою супругу шестьсот миллионов лет. Какие твои годы? Золотые драконы никому ничего не должны. Но я сказал тебе, что отблагодарю за уважительное отношение к моей — тогда будущей — супруге.

Он шагнул ближе.

— Жители Марса будут перемещены по их выбору на две планеты. Одна — технологически развитая, там правит совет. Другая пошла другим путём, использует магию. Ты можешь стать императором на той планете. Там все люди — и только ты дракон. Или ты можешь возглавить планету в другой галактике, где обитают чёрные водяные драконы — твои собратья. Я создам условия, чтобы они приняли тебя как императора. Выбирай, что тебе больше нравится.

Он помолчал.

— Кстати, сейчас мы с Береникой выглядим вот так.

Он позволил нам принять образ истинных императоров золотых драконов. В золотых одеждах, с коронами, с сиянием, которое окутывало нас. Но мы всё равно оставались дублями.

— Так вот ты какая, — тихо сказал Арктур, глядя на меня. — Голубоглазая императрица с голубой планеты вод. И магия воды — твоя.

— Да, Арктур. Это я.

Он долго молчал.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Я вас услышал. Я хочу переселиться на Землю. Арагон поможет мне обустроиться. Золотые всегда знают, куда лучше вложить золото. Арест и Лорейн пойдут со мной.

Мы с Арагоном переглянулись.

— Хорошо, — сказал наконец Арагон. — Я обещал отблагодарить тебя за Беренику. Я сделаю это.

Через две недели, как и сказал Арагон началось великое переселение марсиан, которое шло больше двух месяцев. Люди переносили оборудование, вещи. На той стороне их встречали золотые драконы и помогали обустроится на новом месте. Люди разделились примерно поровну. Кто-то уходил на технолгичную планету. Кто-то на вторую, где была магия.

Я попросила Арагона переселить куда-нибудь и маленьких элфиков. Я не могла допустить, чтобы они погибли. Он сказал, что они не так безобидны, как кажутся и к людям их подселять нельзя. Наконец он нашел для них мир в одной из паралельных реальностей. Там уже жили гномы. Он отправил к человечкам своих магических гонцов. Огненные шары, которые разыскивали человечков, приобретая их вид и обясняли, что им надо пойти с ними, что жизнь на этой планете скоро совсем станет невозможной. Человечки охотно переселялись в новый мир, где была атмосфера, вода, воздух , зелёные леса и поля с цветами. Человечки были счастливы. Последними ушли на Землю Арктур, Арест и Лорейн. Арагон помог им обустроится, вложить куда надо золото и драгоценные камни. Арктур прихватил чертежи с разнвми технологиями Марса. Арктур и Арагон купили по острову. И обустраивали жизнь на них. Моих родителей просто выкрали в один день и привезли на наш с Арагоном остров. Они узнали наконец кто их дочь и зять. Были в шоке, но привыкли к новому облику дочери.