Он посмотрел на меня.

— Я понимаю, тебе интересно знать, как устроен наш мир.

— Да, интересно, — подтвердила я. — А у вас есть люди, которые работают сами на себя?

— Почему нет. Они обычно работают в сфере услуг: парикмахеры, портные, мелкие ремесленники. Те, кто создаёт вещи для души.

— Что значит «вещи для души»?

— Сувениры, приятные мелочи. То, что в нашем подземном мире могло бы доставлять радость, снимать стресс. Мы называем их поставщиками радости. Если их взять под контроль, радости не будет. Поэтому наша семья этого не делает.

— А певцы, поэты, писатели, артисты? — спросила я. — Они у вас есть?

— Конечно. Но они предпочитают работать под крылом нашей семьи. Так им выгоднее. С нашей помощью они становятся популярными быстрее. Но делятся с нами гонорарами. С каждым — отдельный договор о процентах.

— А почему у вас всё поделено между кланами? — спросила я. — Почему народ не владеет ресурсами планеты?

— Так было издревле, ещё со времён драконов, — спокойно ответил Арктур. — Все ресурсы всегда забирал самый сильный и умный. Ну или хитрый.

— А что получают те, кто работает на вашу семью? — спросила я.

— Баллы, — ответил Арктур. — За каждую смену, за каждое выполненное задание. Баллы можно тратить на всё, что угодно: еду, одежду, развлечения, улучшение жилья. Но если человек работает на нас — у него есть ещё и гарантии. Мы создаём накопления для каждого работника. Он может пользоваться ими, только когда становится нетрудоспособным. И должен это доказать — пройти медицинскую комиссию, предоставить документы.

— То есть если он до ста лет может работать, он так и будет работать?

Арктур поднял брови.

— Сколько, по-твоему, лет нашему Старейшине? И мне, например?

— Ну, Старейшине я бы дала лет от шестидесяти до ста. Вам… не знаю, лет сорок, сорок пять.

Арктур рассмеялся.

— Сколько лет Старейшине — не помнит и он сам. А мне — сто пятьдесят пять.

Я почувствовала, как челюсть отвалилась. Так и сидела с открытым ртом.

— Как такое возможно?

— Технологии. Генетика. Мы немного подправили генетический код человека. Люди могут жить и работать почти сколько угодно. Для этого есть технологии. Но, конечно, нужны средства. Если у человека нет средств — или ему всё надоело — он перестаёт обновлять организм, стареет и покидает этот мир.

— А как же дети?

— Дети — по желанию. Но ресурсы Марса ограничены, поэтому на детей есть лимиты. На одного ребёнка разрешение даётся бесплатно. На других — покупается.

— Значит, у кого больше ресурсов, тот и будет иметь больше детей?

— Всё верно, — подтвердил Арктур.

Я задумалась. Ничего удивительного, в сущности. Та же логика, только в другом мире.

— Ну а теперь ты расскажи, как у вас на Мидгарте всё устроено, — сказал он.

— Мы называем нашу планету Земля, — уточнила я.

И принялась рассказывать о нашем сумасшедшем мире. Но больше всего ему было интересно слушать о морях и океанах, реках и озёрах.

— Какие вы счастливые люди, земляне, — сказал он. — И даже не понимаете этого.

Мы проговорили ещё долго. Потом разбрелись по надувным матрасам и уснули.

Я проснулась от того, что дух дракона звенел у меня в голове — моим любимым рингтоном. Но я уже не надеялась проснуться дома в своей постели. И правильно делала.

Открыв глаза, я увидела вооружённых людей. Они направили на нас свои бластеры.

И это были не астеры, которых мы ждали.

Среднего роста, коренастый мужчина направил оружие на Лорейн.

— Мне нужен ключ, — сказал он.

— Зачем он вам? — ответила Лорейн.

— Здесь вопросы задаю я.

Мы с Арктуром переглянулись.

— Кто вас послал? — спросил Арктур коренастого, видимо, лидера этой вооружённой группы из шести человек.

— Я неясно выразился? — насупил брови главарь. — Мне нужен ключ.

— Какой ключ? — спросила Лорейн.

— Ключ с драконом. С которым вы идёте на север. Ещё вопросы будут?

— У меня нет ключа, — сказала Лорейн.

Я видела, что она оценивает взглядом обстановку, прикидывая, успеет ли достать оружие. Но каждый из нас был под прицелом. Никто не смог бы выхватить бластер.

Я показала Арктуру жестом, чтобы он включил передатчик. Он понял.

— Я отдам им ключ, — сказала я. — Чтобы никто не пострадал.

— Не делай этого, — ответил он.

— Тогда этот тип подстрелит кого-нибудь.

— Вы ничего не сможете сделать с ключом без неё, — сказал Арктур.

— Не ваша забота, — отрезал главарь.

— Вы провалите миссию по спасению планеты, — продолжал Арктур. — Другого шанса не будет. Наш мир погибнет.

— Мы все когда-нибудь умрём, — ухмыльнулся мужик. — Нас устраивает всё как есть.

Он направил оружие на Лорейн.

— Считаю до трёх. Не отдаёте — убиваю её. Потом следующего. Если всех перебью, сам найду ключ.

— Дракоша, что будем делать? — мысленно спросила я.

— Отдай ему меня, — ответил дух. — И скажи про себя: «Сгори пирокинезом». За меня не переживай. Со мной ничего не случится. Сама отойди от него на четыре шага. Быстро.

Я не стала раздумывать.

Подняла обе руки вверх и сказала на русском:

— Я отдам тебе ключ.

Звук незнакомого языка заставил его обратить на меня внимание. Держа одну руку поднятой, я достала из кармана ключ и подняла его вверх — чтобы этот тип видел, что у меня нет оружия, а есть только камень.

— Ольга, — спросил Арктур ментально, — ты уверена в том, что делаешь?

— А что, у нас есть другие варианты?

Я встала с матраса, подошла к главарю. Он окинул меня насмешливым взглядом.

— Священная собственной персоной, — осклабился он. — Может, фокус какой-нибудь покажешь?