Мы с Наркисом переглянулись. Скоро войска врага поравняются с нами. Почему нет наших войск? Как быстро противника обнаружат и вступят с ним в бой? Это отнимет время у армии Лидора и буря может застигнуть солдат слишком далеко от безопасного Крелонтена.

На небе все еще светили звезды, туч и снега пока не было. Но если мы воспользуемся магией — буря не заставит себя ждать.

— Если начнется битва, — тихо и задумчиво проговорил Наркис. — Враг может побежать в Крелонтен. Их слишком много. Одно дело, если бы они были в море, но тут... последние ряды побегут под защиту Крелонтена и многие могут дойти до гор. А там миллионы ходов. Я больше никого не пущу в подземный город!

Последние слова он произнес с таким жаром, словно за этой фразой крылось нечто большее. Какая-то старая рана или битва, а не сегодняшняя ситуация.

— Мы не остановим Бурю, — тихо и холодно констатировала я. — Попытаемся, потратим время на стихию — и мы получим страшную войну на своей земле.

— И нельзя использовать магию, — так же сдержанно заметил Наркис. — Жертв среди нашего народа не избежать в любом случае. И бурю мы просто не успеем задержать.

Некоторое время мы молчали в тишине горной дороги, словно пытаясь найти хотя бы один вариант, при котором есть шанс победить, а нашему народу — выжить. Я глянула на черные очертания гор и резкие линии голых ветвей на фоне неба.

— Можно.., — я почувствовала, как пересыхает у меня в горле и откашлялась. — Мы ведь можем...

Наркис долго, очень долго и тяжело смотрел на меня. Затем опустил глаза и нехотя кивнул.

— Технически — это выполнимо. Но... я и сам пытаюсь придумать хоть какой-то вариант, любой другой... и не могу.

— Мы нападем первыми. Без магии, без войск. Буря придет, но наш народ выживет.

Парень тяжело вздохнул и достал из сумки Куб.

Из-за горы вышла луна, и осветила рифленые грани странного артефакта. Он весь был словно резным, я могла видеть, как внутри него перемещаются тени от куба по-меньше. Парень посмотрел на меня и раздосадованно хмыкнул.

— Надеюсь, его хватит для победы. У нас был хороший план — остановить бурю, но других вариантов я тоже больше не вижу.

Некоторое время я смотрела на артефакт. Превратить воду в вино. Вылечить застарелые травмы. Но даже такое величайшее чудо можно обратить против врага, сделать оружием в безвыходной ситуации. Это была ужасная идея, вот только хороших у нас не осталось.

Наркис глянул в сторону декана, который ничего особо не знал о Кубе и слабо себе представлял, что именно мы хотим сделать. Брат тронул Дартара за плечо и тихо проговорил:

— Мне потребуется твоя помощь, мы с Ди не справимся одни с такой армией.

Но мужчина в ответ только печально покачал головой.

— Чтобы идти вместе с бурей, я пожертвовал всей магией, какой владел. Я больше не притронусь ни к посоху, ни к артефакту...

Я указала рукой на ночную дорогу, где маршировали орды Атрона:

— Идет война, последняя война! Все, кого мы спасем сегодня...

Худощавый и уставший декан пронзительно посмотрел мне в глаза и я осеклась.

— Вы не хотите спасать жизни. Вы хотите уничтожить всех этих людей, чтобы они не погубили вас и ваш народ. В прошлый раз такие действия стоили нам всех миров. Неужели нельзя учиться на своих ошибках?

Наркис зло выругался, но я лишь сжала его руку, покачав головой. Это право декана не принимать бой, мы не можем его принуждать.

— Ты должен отправиться к нашим войскам, — импульсивно обратилась я к Дартару. — Уходи в сторону озера, как будешь близко к нему — крикни «Арчидоз», как можно громче. Дракон держит дозор на одной из горных вершин, он услышит и спустится. Скажи ему, что тебя послала я и нужно быстро сообщить войскам в Лидор, чтобы уходили. Мы справимся с этой армией, скажи им, что угрозы нет.

Наркис согласно кивнул и приблизился к декану, заговорив быстро, но четко и с напором.

— Она права. Не хочешь сражаться — пожалуйста, но уведи наших людей оттуда, скажи им, чтобы улетали и прятались в Крелонтене. Скоро придет буря. Если кто-то еще плывет по морю — плевать, они не успеют. А этих... этих тут не будет к тому моменту, как наши войска полетят в Крелонтен. О нас ничего никому не говори. Главное — уведи всех в безопасность, спаси тех, кого еще можно спасти!

Декан утвердительно кивнул, приняв решение. Запахнул куртку, готовясь к переходу и быстро глянул на надвигающуюся армию Атрона. Я не понимала, как он может не желать битвы с теми, кто уничтожил его народ. Держал в рабстве, обратил в дхарке, оставил умирать с пробитыми кораблями на берегу, бросив на растерзание бури. И тем не менее, я не видела ненависти в глазах Дартара, только бесконечную усталость.

— Я сделаю так, что ты сможешь двигаться быстрее и не потребуется много часов на переход до Озера, — Наркис на миг замолчал, затем уже спокойнее спросил: — Ты согласен на метаморфозы?

Худощавый Дартар как-то флегматично хмыкнул в знак согласия и грустно улыбнулся.

— Мы меняемся, хотим мы того или нет.

Наркис быстро коснулся Куба. Мне пришлось подхватить декана, падающего на землю от дурноты. Вскоре, мужчина пришел в себя, смог быстро уйти в сторону озера, затерявшись на горной тропе и не сказав нам больше не слова. Я вздохнула, глядя ему во след, и повернулась к Наркису.

— Видимо, мы будем играть в Повелителей материи.

Войска уже почти подошли к нашему небольшому перекрестку. Время вышло.

Мы одновременно коснулись Куба, вступая с ним в контакт и оставляя канал связи открытым. Артефакт стал вращаться быстрее, отблескивая своими гранями под светом луны. Он висел в воздухе между мной и Наркисом, следуя за нами на дорогу.

— Помни — никаких атак. Ты должна взять их всех и превратить в нечто новое, сохранив и массу и энергию. Это будет тяжело, советую работать с закрытыми глазами...

Наркис остановился посреди дороги. Первые солдаты на ездовых клячах еще не заметили нас во тьме, но уже через минуту тень от деревьев не сможет нас спрятать. Парень глубоко вздохнул и тихо прошептал:

— Да простят меня Повелители материи, — и тут же распростер руки, уходя в работу с Кубом.

Я тоже сконцентрировалась, затем поняла, что парень был прав, и следует закрыть глаза. Куб показывал мне миллионы взаимосвязей, потоки энергий, но больше всего именно материю. Люди теперь, перед моим мысленным взором, были словно связанные из тысяч ниток манекены. Каждый тип материи выглядел по-своему — существ из плоти я видела красным, деревья и травы — голубым, а камень и почву — серым.

Кажется, я начинала понимать, за что извинялся Наркис. Мне предстояло нечто непостижимое. Не просто убить этих людей, а превратить их в нечто иное, разобрать живых и мыслящих существ и собрать из этих кусочков новое. Я была архимагом долгие десятилетия, но тут... я на миг замерла, разглядывая своих врагов, и как не пыталась, не смогла их возненавидеть. Они всего лишь люди, выгнанные из своих домов непогодой. Грязные, глупые варвары... Но не они поставили мир на грань уничтожения, а мы — чистые, умные, цивилизованные. И вот сейчас, краткий миг и исчезнет еще одна раса.

Останутся только лидорианцы, пережив всех врагов и друзей. Одни во всей Вселенной.

Я впервые нападала на врага, а не оборонялась. Впервые поджидала противника, чтобы нанести упреждающий и безжалостный удар. Не думаю, что в выживании есть правила, но почему-то я казалась себе преступником.

Наркис не давил и не торопил меня, хоть время и поджимало, а шумная толпа приближалась к нам по темному тракту. Сам брат был настроен решительно, знал о необходимости наших действий и был готов защищать наш народ до последнего. А я все медлила. Может от того, что бурю вызвали именно такие архимаги, как я, обладающие огромной силой и никогда не задумавшиеся о том, чего она стоит миру. Может от того, что я не считала себя в праве осознанно оборвать столько жизней. А может и потому, что во всем заснеженном мире и так осталось слишком мало живых, чтобы увеличивать число мертвых.