— Это хорошая мысль, — протянула Элька. — Дело не в записях с Рином, даже если мы дадим королю доказательства — его они уже не переубедят. Но! Ты можешь посмотреть, проанализировать, поискать что-то другое, чему ты стал невольным свидетелем. Ты мог этого не заметить, но камера записала...

— Она права, — оживился Ринек. — Выйти на предателя, найти какие-то случайные встречи... все странное. Ты уже достаточно долго живешь среди нас, чтобы понимать какие вещи необычны. А еще ты не член семьи и можешь безболезненно покинуть дворец на некоторый срок.

Я согласно кивнула, но не стала добавлять, что на космолете он будет в большей безопасности, чем в этих стенах.

Мы решили отправить Гедеона в Баронаты, чтобы следить за делами в войсках. Его не особо воспринимали всерьез, как следствие, даже отец не посчитал такую рокировку угрозой. Синтия занималась чиновниками и придворными, нужно было их успокоить с одной стороны, но призвать к бдительности с другой. Ника была с нами солидарна, но согласилась помочь только в исследованиях о големах и попытках идентифицировать врага, от конфликта с отцом она решительно отстранилась. Близняшки обещали собирать сплетни и слухи, спаивать гостей и выпытывать у них тайны. Пожалуй, их неуемный энтузиазм в этом вопросе даже заставил меня немного опешить — девочки действительно выросли теми еще оторвами. Они ушли на первый этаж башни, где с жаром обсуждали с Гедеоном яды, эликсиры правды и прочие пакостные орудия подковерных игр. Похоже, брат уже простил их за пленение. Да уж, видимо я зря грешила на мои странные отношения с Адрианом. В нашей семье есть гораздо более запутанные связи.

Адриана было решено отправить к дяде в Крелонтен, чтобы ввести его в курс дела и морально подготовить к любому развитию событий. Мы посчитали это хорошей идеей — Адри все еще не оправился от ран и случись что, он мог снова оказаться удачной мишенью для врага. Донат помогал в устроительстве турнира, он обещал приглядывать за участниками и искать наиболее подозрительных.

— Я опасаюсь, что Лунера поддержит отца.

— О Вардан, я даже забыла о ней, — это имя заставило меня нахмуриться. Одна из моих младших сестер, в родословной шла после Синтии. Она почти не фигурировала в наших семейных историях, с того момента как она вошла во взрослый возраст, полностью попала под власть отца и добровольно исключила себя из жизни семьи. Я помнила, что по юности мы частенько пересекались, устраивали вместе каверзы. И даже... — Проблема не в ней, проблема в том, что у нее тоже есть черный дракон. Где она вообще?

— Она давным-давно закончила обучение и вышла замуж за Макса, графа Заречной области. Там, в его замке они и живут. Она иногда водит караваны, в основном по морю. Мы ее уже лет десять не видели, занята воспитанниками, отец все требует внука...

— Мне одной вдруг стало зябко и как-то тошно? — тихо спросила я у собравшихся.

Адриан и Ринек на удивление синхронно покачали головами.

Макс был близким другом отца, человеком хорошим, хоть и не королевских кровей. Но Лунера... я помнила ее живой, девочкой-подростком, которая изучала магию, подглядывала за старшими братьями и устраивала каверзы. Но потом, железная рука отца безжалостно превратила ее в идеал принцессы — ледяную леди. Никаких эмоций на публике, никаких опрометчивых поступков, спокойствие, вежливость, покорность. А потом ее и вовсе выдали замуж за друга отца и сплавили из замка. Мы забыли о ней, даже если видели в коридорах дворца, принимали ее за придворную даму, а не сестру. Отец затушил в ней огонь и страсть, а значит, сделал ее чуждой для всех нас. Она не сопротивлялась, она была уверена, что именно этого и хочет. И в этом, пожалуй, был весь ужас ситуации — никто из нас не смог бы ей помочь без ее желания.

— Ладно вам, — нарушила тишину Ника. — Я общалась с ней, она отлично живет в замке с толпой воспитанников. Изучает магию и вполне счастлива.

— Или думает, что счастлива. Брось, ты и сама понимаешь, ее выдали замуж в двадцать, еще до совершеннолетия. У нее даже не было возможности понять, кто она, чего хочет и на что способна. Да, я не думаю, что Макс плохо с ней обращается, но ей обрезали крылья еще до того, как они успели вырасти. О каком счастье может идти речь.

— И вот — так просто, к слову — зачем было отдавать ей второго дракона?! — не выдержал Адриан. — За каким ватмааровским демоном?

Я пожала плечами. В тот день, когда мы всей толпой пошли сражаться с черным драконом и победили, мы нашли в гнезде двух драконят — Арчидоза и его брата. Первого я забрала себе — и едва ли кто-то смог бы меня остановить. Это был не эгоизм, а любовь с первого взгляда, и я не позволила бы нас разлучить с этим желтоглазым и угловатым чудиком. Поняв, что одного трофейного дракона уже не заполучить, алчные взгляды братьев и сестер обратились к оставшемуся. В тот день ни Ринека, ни Адриана не было с нами и о нашем подвиге они узнали уже позже, вместе с отеческим наказанием за то, что не углядели за мелкими. Поэтому Ден, на правах старшего брата, — забрал оставшегося дракончика и по велению сердца отдал его самой младшей сестре, которая стояла в сторонке и глотала слезы от обиды, понимая, что ей ничего не светит.

Арчидоз с братом почти не общался, предпочитая общество королевской семьи общению с сородичем. Иногда я видела дракона Лунеры в небе, узнавая его по желтому, а не оранжевому, цвету глаз и меньшему размаху крыльев.

Пожалуй, сестра и ее дракон могли стать проблемой. Она и Ден всегда поддерживали отца, даже Синтия имела свое мнение и гонор, в отличии от этих двоих. Еще оставался Юниан, который должен был вернуться из торгового путешествия через несколько недель. Его мнения по поводу ситуации в замке мы еще не знаем.

— Где Морук? — я мысленно пробежалась по родословной и нашла еще одно имя, которое пока не звучало в наших обсуждениях.

— Его лет пятьдесят никто не видел... Может он за этим всем и стоит? — заметил Вениан.

— Дурак, что ли? — вскинулся Донат. — Если он не общается с тобой, то это многое говорит о ваших отношениях. С ним все в порядке, он уже полвека работает в Академии, помощником декана Роберта. Как закончил обучение, так там и остался. Преподает стрельбу из лука и арбалета, собирает какие-то сумасшедшие механизмы в подвалах замка и радостно проводит их испытания. Периодически берет отпуск и странствует в поисках новых учеников. Ему в Лидоре не нравится, его... расстраивает отношение к нему других членов семьи, ни уважения, ни интереса, ни поддержки. А в Академии его ценят, ученики обожают и ходят за ним хвостиком, только бы показал новую осадную машину или другое изобретение. Деканат тоже за него держится. Так что там он и живет. Отец все пишет ему, дескать вернись, я понял, как был неправ, мне и самому такой изобретатель нужен, но Морук игнорирует эти послания. Я езжу к нему в гости, иногда я, Гедеон и он вместе путешествуем по мирам... часто попадали в очень неожиданные ситуации, с ним вообще хорошо участвовать в приключениях — весело.

Повисла тишина. Рин раздосадовано вздохнул и покачал головой. Адри неуверенно кашлянул и произнес, глядя на свои руки:

— Донат, вот ты нас сейчас хорошо так с говном смешал... Неужели мы действительно такие сволочи, что оттолкнули от себя очередного члена семьи?

Брат пожал плечами и ничего не ответил. Я тихо хмыкнула и оглядела братьев.

— Думаю, не в том дело. Мы же не изверги, никого из младших не оскорбляли... особо. Не гнобили. Мне тут недавно близняшки признались, что не общались со мной, потому что побаивались и считали немного неадекватной. Думаю, младшие нас опасаются, а у нас всегда дел невпроворот, чтобы остановиться, оглядеться, подумать о них. Так и стали мы с младшим поколением королевской семьи немного не в ладах. И между нами выросла пропасть, хотя мы и похожи, и близки по духу.

— Это грустно, — произнес Фантом. Потом ехидно добавил: — Но гораздо грустнее будет, если неизвестный враг вас всех перебьет. И раз уж мы решили кого и куда отправлять, давайте вернемся к главной задаче. Нам нужно выяснить, что происходит.