В прежние, безвозвратно ушедшие времена, Герцог Ларуско редко пользовался доспехами, чаще всего он уходил с товарищами вообще в повседневной одежде. Но сейчас, в преддверии жестокой схватки с вивернами, Юн экипировался серьезно и основательно.
Для начала облачился в тонкий нательный костюм, состоявший из рубахи и узких штанов. Такие костюмы воины всегда надевали под латы. Как помнится, латы или пластинчатую броню Юн не жаловал. Слишком тяжелые. Предпочитал средний или легкий доспех.
Поверх нательных штанов появились плотные кожаные, сработанные умелой швеей из вываренной кожи бизона. Черные от обработки, но прекрасно выделанные, потому мягкие и удобные, они движениям не мешали. На коленях выделялись кольчужные вставки.
Поверх рубахи примостилась та самая кольчуга, какой мастер хвастался в подвале Хигаши. Следом лег и наплечник с металлическими бляхами, скроенный из такой же вываренной кожи, как и штаны. Прочные ремешки наглухо закрепили его.
Далее следовали нарукавники, перчатки и полотняная безрукавная накидка на плечи тоже черного цвета, но красная изнутри. В узких кругах портных или швей ее называли пелериной.
Ноги сегодня обуты в те самые уникальные черные сапоги с кинжалами в ножнах, пристроенных к голенищам. На широком поясном ремне закреплены два патронташа для лечебных настоек и противоядий. Там же висела и фляга со свежей водой.
Осмотрев себя в длинное зеркало, мастер открыл сундук. Сунул руку поглубже и поочередно извлек из недр два превосходных меча, по форме напоминавших одностороннюю флиссу, но в изгибе у острия их лезвия казались более узкими в сравнении с лезвиями знаменитых мечей древних фракийцев.
И цвет! Рукояти опять-таки черные с прожилками красного бархата. Кроваво-красный узкий язычок тянется по лезвию от перекладины эфеса к острию сантиметров на двадцать. Сама гарда, как и навершие, резная и заканчивается гранатовыми черепами.
Примечательные клинки не сверкают на солнце, хоть и заточенные на плюс одиннадцать. Матовые. Лишь время от времени по острой кромке пробегает едва уловимый кровавый отблеск.
Легендарное оружие Демонического класса. Когда-то эта пара обошлась мастеру в миллион. Но миллион они стоили еще до апгрейда. Вот и представьте себе, сколько сегодня стоят эти мечи, то есть во что они обошлись! Правда, для владельца их денежная цена не имеет значения, продать мечи после апгрейда он не сможет. Почему?
Надеюсь, читатель внимателен и должен вспомнить простейшую истину: продавать или покупать, дарить и переплавлять можно все предметы общего пользования, но персональный предмет продать невозможно. Его можно выкинуть, хозяин может его сломать, но продать, обменять – никогда.
Опять: почему? Да потому что он персональный, подогнанный для того, кто впервые стал его обладателем. Никто другой не может использовать персональные вещи. Если их и воруют, то лишь для того, чтобы потребовать выкуп. В других случаях, для кого бы то ни было (разумеется, кроме хозяина) персональный предмет – может быть, красивая, но всего лишь бесполезная безделушка…
Закрепив клинки за спиной, мастер вышел из комнаты в коридор, где с вечера договорился о встрече с товарищами.
Его уже ждали. Милана гордо красовалась в обновленном элитном сете Тьмы, по совпадению тоже черном. Черный доспех Воина Тени защищал тело Кику. Вороненая затемненная сталь новых лат Кайна едва поблескивала на свету. Такая же вороненая стальная кольчуга прикрывала тело Хигаши Акиро. Только Хлоя с Виолой отличались расцветкой на фоне компании.
Впервые друзья видели мастера в боевом облачении, да еще в таком, от одного вида которого страшно становится.
– Вау! – восторженно мяукнула Милка. – Круто!
– Что-то вы все какие-то мрачные, – с улыбкой подметила Вив. – То ли дело – мы с Хлоей!
– А мне нравится! – не согласилась Милана.
– Это потому что так ты взрослее, – не уступала Виола.
Миланка вспыхнула, но поднятая вверх рука мастера пресекла ее.
– Всем все понятно? – спросил Юн и придирчиво осмотрел каждого.
Сопартийцы закивали в ответ.
– Тогда вперед, – скомандовал он и зашагал к лестнице.
Один за другим боевая каста семьи Ларуско, снаряженная в лучшем виде, появилась в обеденном зале таверны, где немногочисленные ранние посетители, в большинстве своем тоже охотники, завистливыми взглядами провожали бойцов. Только Мама Мио и девушки НПС приветливо и наперебой махали руками, желали удачи и скорого возвращения.
В просторном холле Столетних Врат друзья разделились, но перед прощанием эльфийка раздала завершающие напутствия тем, кто под руководством Ушастой уверенными шагами направились к пешеходному спуску.
Мастер со спутницами остановились у лифтов. Под любопытными взорами гильдейцев, семейников и других сильных пати ожидали очереди…
С группой Миланы они встретились за обедом. Когда младшие появились в таверне, Юн, Виола, Кику и Хлоя, веселые и заведенные, делились впечатлениями с хозяйкой Мио. Заметив вошедших друзей, мастер махнул им рукой.
– Как успехи? – участливо поинтересовалась Виола.
На столе появился Миланкин кошель. В нем лежало семьдесят пять золотых. Милка молчала. Скромно помалкивали и остальные члены команды молодой предводительницы. Ничего и не нужно было вслух объяснять. Понятно без слов. При грошовых расценках на кристаллы от мобов начальных уровней приличная сумма, лежавшая на столе, все сказала вместо тех, кто ее выложил.
– Это ясно. Молодцы! – похвалила Виола. – Я не о том спрашиваю.
Сообразив, чего именно от нее хотят, Милана ответила сдержано, но даже слепец заметил бы лучистый отблеск в озорных глазках девушки.
– Выполнили все, как было приказано, – пояснила Малая. – Начали с первого яруса. Проутюжили все малые локи до самого перехода на пятый этаж и сделали это по несколько раз. Встретили с десяток пати нубов. На четвертом этаже пришлось помогать одним дуралеям.
Монотонное дополнение Милки заинтересовало Виолу и мастера.
– Что вы сделали? Кайн, тебе напомнить собственные слова? В Подземелье запрещено красть чужие цели.
– Так мы не крали! – заступился Кайн. – Те ребята, они совсем молодые. Все первого уровня и без наставников. Одиночки.
– Какого лешего эти безголовые дурни вообще потащились на четвертый этаж? – возмущенно высказался Акиро. – Если бы мы не вмешались, мальцам бы досталось по полной. Наверняка, у них были бы и потери. Что ж нам стоять и смотреть, как мобы их на куски разрывают?
Строгий взгляд Вив просветлел. Эльфийка на всякий случай покосилась на мастера. Потом, но уже с улыбкой, вернулась к разговору с воспитанниками.
– Другое дело. Помощь охотникам, попавшим в беду, это единственная причина, действительно дающая право вмешаться.
После завершения реплики Виола, словно в насмешку, выложила на стол три больших кошеля.
– Принимай, казначей, – обратилась эльфийка к Милане. – Двадцать шесть тысяч. И вот еще.
На столе появился кривой белый зуб размером с высокий бокал.
– Ого! – восхищенно воскликнула Мила. – Что это? Зуб?
– Клык виверны, – объяснил мастер Юн. – Выпавший предмет. Лут. И очень ценный.
Пока звучали слова мастера, младшие поочередно брали предмет, крутили в руках, рассматривали и подшучивали над размером. И, конечно же, мигом представили внушительные габариты чудища, в чьей кровавой пасти торчали подобные милые зубки.
– И сколько же он стоит? – в итоге спросила Милана.
– Его настоящая ценность заключается не в деньгах, – ответила Вив. – У оценщиков администраторов за него дадут тысячи полторы. А алхимики или ремесленники магов отвалят и три.
– Ого! – воскликнули Мила и остальные. – Что же в нем особенного? Кость и кость.
Снисходительные улыбки появились на лицах старших соратников.
– Амулет или перстень из клыка виверны дают владельцу защиту от многих видов яда. Отравления становятся нестрашны, – говорила Виола. – Завтра, когда мы отправимся в Подземелье, Ника отнесет его в мастерскую ремесленника Гильдии Магов. А мы постараемся добыть еще.
