Очаровательное личико девушки озарила обаятельная улыбка.

– Тогда, слушаю. Начинай.

– Как скажешь, – согласился Юн. – Тебе предстоит убедить баронов прекратить междоусобицу. Заинтересовать их в оказании помощи друг другу и обеспечить безопасность торговых путей. Очистить леса и предгорья от убийц, шаек разбойников и грабителей. Совершать постоянное патрулирование земель и уничтожать гоблинские ватаги еще до того, как те разорят или нападут на деревни…

Чем больше слушала мужа Илона, тем большим пламенем разгорались ее глаза.

– Ты ее любишь. Ты действительно любишь эту игру… Не перебивай. Знаю, сейчас скажешь, что любишь меня. И это я тоже знаю. Чувствую в каждом твоем движении, взгляде, в голосе… Но я неожиданно поняла нечто глубокое, очень объемное. Когда ты рассказывал мне о Юпитере, и я вынесла свою версию, я лишь надеялась, что не ошиблась в суждениях, а теперь я уверена в них… Ты так заботишься обо всех. Об НПС… Хм. Интересно, каким бы ты был правителем, если бы все это происходило в реальном мире?

– Мертвым, конечно! – с улыбкой, но без подвоха ответил Юн. – Меня бы давно кто-нибудь отравил или выстрелил из-за угла.

– Дурак, – заявила Илона.

– Ну, вот, – улыбался Юн.

Притянул к себе девушку и… скажем, потребовалось некоторое время и кое-какие экстренные меры для возобновления продуктивного диалога. Об этом, в силу особой деликатности момента, стоит смолчать.

– Все равно, дурак, – повторила Илона, после того… ну, короче, после того. Затем она, типа, оттаяла. – Как же мне убедить этих баронов? Они же между собой, как кошка с собакой.

– В том-то и беда, золотуська, – с горечью ответил Юн. – Убедить их будет невероятно сложно, поэтому ты не станешь говорить от себя, а в самом начале собрания объявишь им решение Герцога. Каждый барон, оказавший помощь соседу, заслужит не только милость Короны, но и привилегии. Тем, на чьей земле имеются шахты драгоценных металлов, предоставят право чеканки монеты. За качеством будут следить НПС Администрации. Их не обманешь. Дальше, ты слышала. Фифти-фифти. Это пополнит Казну и принесет прибыль баронам. Следующее. Каждый барон обязан выставить конные патрули для охраны дорог, Торгового Тракта и близлежащих земель. Тебе начнут говорить о содержании патрулей. В качестве примеров ты приведешь меня и Арвена. Мацуда и Лора поддержат. И добавишь, что за каждого убитого гоблина, за каждого пойманного или убитого в схватке преступника Казна будет платить. Любая помощь соседу, любой спасенный крестьянский обоз или караван торговцев будут вознаграждаться Казной. Чтобы сразу отбить охоту у махинаторов, жуликов и аферистов, ты скажешь, что за этим тоже будут следить НПС админов. Они бессмертны и неподкупны. Все это знают. Скажешь, что Аркадия начинает строить свой собственный военный и торговый флот. Приведешь пример Зенитара, Лютеры и Флавии, где население остро нуждается в продовольствии, а Аркадианские земли плодородны, как никакие другие. Бароны получат возможность вывозить излишки продовольствия и иной продукции для прямой продажи за рубежом. Военные корабли им станут гарантией от пиратов. Скажешь, что каждое поселение обязано иметь защитные сооружения и укрепления в виде фортов. Опять станут кричать о дороговизне. Объявишь, что на время строительства бароны освобождаются от налогов, но под страхом смерти запретишь вырубать леса. Это игра. На возделанном участке посаженный строительный лес вырастает всего за неделю. Срубленное в системном лесу дерево оставляет лишь пень. Начнут кричать, что саженцы и семена стоят денег. Пусть так. Но и сам лес тоже продают не за воздух. Прибыль меньше? Зато пользы больше. Я не желаю превратить цветущую Аркадию в бесплодную пустыню Зенитара, но та пустыня создана Системой. Кстати, зенитарцы пытаются ее озеленить. Кое-где удается. Иначе бы мы с тобой никогда не попробовали то превосходное вино… Соседи, за помощь в строительстве, и те, кто предоставит по льготам материалы из своих карьеров, каменоломен и рудников, то же самое получат взамен… Выгода очень большая. Должны клюнуть. И еще. Объявишь, что семьи баронов отныне приравниваются к семьям Аркадии. Получают право участия в фестивалях. Думаю, должно сработать и это. Бароны амбициозны. Тщеславие брызжет вместо слюны. Как-то так! Справишься? Только не мямли. Ты – королева. Они твои подданные и вассалы. Мы с Арвеном тебе хорошо поможем в этом вопросе. На личном примере, скажем.

Она его слушала. Когда муж закончил исключительный монолог, она все еще его слушала. В глазах умной, образованной девушки легко различалось безграничное уважение, заставлявшее трепетать перед Кардиналом даже ее, Илону, его жену.

– Я люблю тебя, ты не знал? – спросила она наконец.

– Впервые слышу, – шутливо отозвался Юн. – Докажи.

– Опять! – засветилась Илона. – Уже? Вау!

Ну… короче, ужинать они не пошли…

Теплым дождливым утром следующего дня мастер провожал девушку до дверей. Время раннее даже для первых охотников, всегда стремившихся попасть в Подземелье до появления гильдейских команд.

Юн открыл дверь. На улице действительно шел дождь. Грибной, как называют в народе явление, когда струйки дождя падают с ясного солнечного неба.

– До вечера, любовь моя, – мастер поцеловал жену в губки.

Илона выскочила на шлифованные булыжники мостовой и подняла руки вверх. Подняла и голову, подставляя под искрящиеся капли воды молодое и очень красивое личико. Приветливо помахала и побежала по улице Каменщиков.

– Утречко, господин.

Юн обернулся и остолбенел. Рядом, мокрая насквозь, в одних обтягивающих коротеньких шортиках и облегающем топике стояла Миланка!

– Ты откуда? – справившись с удивлением, спросил Юн.

– Я с тренировки. Вас не было. Кана перед ужином объявила, чтобы с рассветом все были на заднем дворе. И все вот так, в таком виде. Так что мы с Вив еще вечером запаслись спортивной одеждой. Парням тоже… только у них сисек нет… Хи-хи… Им топики не нужны.

Заполненный впечатлениями прошедшей ночи, рассудок мастера с трудом воспринимал информацию.

– И Виола? Она тоже там?

– Ага, – кивнула Ушастая. – Вив с Каной что-то придумали. Теперь мы все знаем: что.

Скрипнула ржавыми петлями дверь во двор. Один за другим мокрые, но разгоряченные, в помещение заходили бойцы. Шумно делились яркими впечатлениями. Увидели мастера, кивали, здоровались и разбегались по комнатам.

«Чудеса»! – так думал Юн, все еще приходя в себя.

Почему в такую раннюю пору Виола и Кана вывели ребят на занятие, он объяснил легко. Не хотели пугать посетителей своим оригинальным видом. Но не единственная причина вынудила народ мокнуть под проливным дождем. Виола не шла в Подземелье. Важная функция, ее прямые обязанности, призывали закончить выполнение поручения мастера.

Поскольку Вив была одним из инициаторов изменения тактики штурмовой группы, к тому же обладала гигантским в сравнении с остальными боевым опытом, она и координировала внедрение новшеств, а сделать это позднее уже не могла.

Подумав, мастер решил отправиться вместе с ребятами, о чем и сообщил им за завтраком.

По пути к Площади Столетних Врат среди прочих прохожих навстречу команде попался смотритель, тот, у кого Юн арендовал лошадей для поездки на север провинции. НПС остановился и поздоровался.

– Вас можно поздравить, мастер Ларуско, – от души улыбался торговец. НПС не умеют лгать и лукавить, поэтому в искренности поздравлений Юн не сомневался. – Половина Аркадии только и говорит, какой достойный выбор сделала госпожа Илона.

– Вот как? – удивился Юн. – Быстро распространяются новости.

– Что вы, господин Юн? Все началось с рынка. Крестьяне вас видели, когда товар у ворот разгружали. От них и пошло. А рынок – есть рынок.

– Ну, да, – усмехнулся наставник и попрощался с торговцем.

Значит завтра уже не половина, а вся Аркадия будет трезвонить и обсуждать брак гильдейской девушки и главы семьи. Бог с ними, пусть судачат. Языки чесать, не кувалдой махать.