Мастер поднялся с дивана, так как разговор завершен. Арвен с девушками тоже встали. Эльф протянул Юну ладонь и напоследок услышал:

– Ты же сам сказал, будут у нас дела.

Арвен и Лора учтиво, но уже не церемониально, попрощались и отправились спать. Только Илона оставалась внизу, если не считать одной из близняшек, Таны. Беззаботная амазонка чем-то увлеченно занималась в дальнем углу просторного холла.

– Что ж, большое спасибо за предостережение, – заговорила Илона.

– Спасибо скажи себе за то, что сообщила мне о завтрашних планах. Иначе бы, как я узнал? – ответил Юн и улыбнулся. – Не оставайся в игре. Выспись. Завтра тебе понадобится вся реакция, скорость и мощь.

Тонкие красивые губы девушки расплылись в довольной улыбке.

– С чего вдруг такая забота?

Юн принял игру, ловко навязанную собеседницей.

– Как это: «с чего»? Чисто политический ход, – сказал он и изобразил безразличие. – Если бы с тобой случилась беда, кто бы тогда лоббировал мои интересы в стане «грифона»?

Понятно без объяснений, Юн ее троллил, тем более за период знакомства с мастером мечница неоднократно видела, как хорошо это у него получается в кругу семьи. И все равно же, ну как-то обидно прозвучали его слова. Илона картинно повела бровями и сложила губы в трубочку.

– Вот как? Значит я – пешка в твоей игре?

Юн рассмеялся.

– Знаешь, существует длинный список эпитетов, которыми можно тебя охарактеризовать. «Пешка» в нем никак не значится.

Всего на пару секунд он задумался, затем вынул из бокового кармана орихалковый браслет. Еще вечером, когда брал из сундука призовые свитки, мастер достал и браслет. Приготовил, чтобы подарить как раз ей, Илоне. Долго придумывал повод, под каким соусом преподнести девушке необычный дар. Возможность подвернулась сама.

Мастер взял руку Илоны и приладил браслет на запястье девушки.

– Вот, носи на удачу, – неловко улыбнувшись, сказал Юн. Глаза удивленной Илоны широко раскрылись. – Эта бижуха не «точенная», но даже так прибавит тебе две единицы к защите. Ты же завтра, как я понял, нагов на себя возьмешь. Ну, а если решишь кастрировать Циклопа, тогда браслетик и подавно никак не окажется лишним в твоем снаряжении.

Она покрылась довольным румянцем. Не отказывалась. Изящно повертела рукой, разглядывая ценный подарок.

– Красивый. А почему своим не отдал?

Опять пат. Юн неуклюже покачал головой.

– Ну, у красивой девушки все должно быть красивым. А своим не отдал, потому что он на шестой уровень.

– А! – протяжно подвела итог мечница. – У тебя просто нет никого шестого уровня. А я-то подумала…

– Хахаха, – смеялся Юн. – Есть. Кантару забыла?.. И знаешь, так мы можем состязаться неделю. Бери и все. Раз дал тебе, значит считаю поступок правильным. И прекрати меня дразнить. Я уступлю, промолчу. Ты обидишься.

– Хахаха, – теперь она смеялась. – Ладно, не буду. Должна же я была хоть в чем-то тебя победить. Иначе несправедливо получается. Всегда и во всем ты в лидерах.

– Ух ты! А я и не знал о наших с тобой состязаниях, – сам же Юн снова подцепил девушку.

Илона ткнула в его сторону указательным пальцем.

– А кто-то просил прекратить!

И они оба смеялись. Негромко. Так они думали. Но холл пустой, а на дворе ночь. Любой шорох слышен. В итоге, дружески распрощавшись, мастер ушел домой. Ему-то, живущему в игре реальной жизнью, требовались настоящий отдых и сон.

Илона проводила гостя и направилась к лестнице. Едва поравнялась с тем местом, где сидела амазонка Танита, услышала голос девушки.

– А я думала, ты каменная.

Илона остановилась и повернулась к подруге.

– Не поняла?

– Все ты поняла. Мы с тобой два года знакомы. Все девушки, как девушки. Влюбляются, разлюбляются, встречаются с кем-то. Только ты всегда отшивала мужиков. Сколько их за тобой ухлестывало, мне не рассказывай.

– Пфу! – отмахнулась Илона. – Это при чем? Во-первых, глава Ларуско второй раз нам помогает. Во-вторых, он по делу пришел. В-третьих, я у него уроки фехтования беру. А в-четвертых, я замужем.

– Вот насмешила! – ехидничала Тана. – В Японии многие девушки замужем с шестнадцати лет, Закон позволяет. И что? Это никому не мешает иметь вторую семью или просто с кем-то встречаться в игре. Это же не реальность.

Илона пожала плечами.

- Стало быть, я не из числа этих многих. Я так не могу… Спать иди. Завтра нам будет нужен твой двусторонний дадао.

Уже напоследок Илона услышала: «а браслетик-то ничего».

Вот же болтунья. Так, наверное, подумала Илона, пока шла в свою комнату…

Мастер Юн мерным шагом возвращался домой. Внутри у него растеклось какое-то новое чувство… или не новое? Возможно, хорошо забытое старое? Подумав, он все же уверился, что подобное чувство возникало и раньше, но всего дважды.

Впервые оно возникло, когда Юн познакомился с бывшей женой, оказавшейся на поверку обыкновенной мещанкой и дрянью, почти с первых послесвадебных дней выносившей ему весь мозг постоянным нытьем и требованием больших и больших денег, а впоследствии бросившей его при первой трудности, просто сбежавшей, не сказав мужу ни слова.

Второй раз оно разрослось из начальной симпатии к Вив и переросло в нечто иное, глубокое и неизменное, фундаментальное, завладевшее сознанием Юна уже навсегда. И даже теперь, несмотря на крутые перемены в жизни (и не только своей), Юн любил Виолетту ла Круз пуще прежнего, дорожил ей, уважал и прислушивался, хотя о близости с ней в понимании близости с женщиной уже не помышлял.

И вот третий раз! Неожиданно мастер понял, что знаменитая мечница понравилась ему еще до того, как она появилась на первом занятии. Когда? Ответ пришел неожиданно – а тогда, когда Юн впервые увидел ее за столом, и в дальнейшем это чувство лишь укреплялось, пусть у мастера и не было времени для воздыханий Ромео. Не было времени – это да! Но ведь он человек! Живой, пусть и не слишком, но он – человек!

Перед тем как часы Ратушной Башни звучным колокольным переливом известили аркадианцев о наступлении Истинного Утра, войска гильдии «Серебряный Грифон» в полном составе выстроились возле здания гильдхауса.

Приезжие и горожане давно суетились по насущным делам, но то и дело останавливались. С разгоревшимся любопытством (некоторые с явным недоумением) разглядывали вооруженных до зубов, оснащенных элитным дорогущим снаряжением, представителей топовой гильдии, стоявших перед гильдхаусом во всей своей величественной и пугающей красоте.

– Куда это «грифоны» собрались? – спросила пышная фермерша, помогавшая мужу распрягать лошадей.

– Кто их знает? – отвечал ей супруг. – Может, решили «черепков» окончательно пригвоздить, может быть, и еще чего. Нам с тобой все едино. Шевелись. Товары нужно на рынок везти. На тачке – не на повозке.

Кстати сказать, движение верхом в Аркадии, в отличие от других городов, допускалось только во время приемов дипломатических миссий или Герцогу с его личной охраной. Гужевых лошадей, мулов, быков и даже ослов использовали только в порту, потом платили внушительный взнос в казну города за уборку последствий использования животных, а навоз продавали. Те же фермеры с удовольствием его покупали. Удобрения полям не помешают.

Гости столицы, купцы, семьи баронов и даже армейская кавалерия оставляли лошадей при въезде в столицу. Тут же, в глубоких нишах городской стены находились вместительные конюшни. Именно поэтому фермерам приходилось распрягать телеги у городских ворот, а товары везти на ручных тачках до самого рынка…

Как обещал накануне Юну, Арвен основательно проинструктировал подчиненных. Подробно и очень детально объяснил каждому капитану персональные задачи команд.

Капитанов в гильдии, помнится, четверо. С госпожой Илоной мы уже познакомились, как и почти со всеми бойцами регулярной пати знаменитой воительницы. Не стоит терять время и вновь заострять внимание читателя на известных моментах. Кроме Илоны были еще три офицера. Вот о них вкратце расскажем.