Юн запил пищу глотком воды, отставил деревянную кружку и задал следующий вопрос:

– Малая, как я понял, сделка заключена. Прямо сейчас мы не станем перегружать мозг цифрами, поговорим подробнее позже. Сегодня меня заинтересовал другой поступок Акиро. Вы сказали, кузнец вам помог? Показательная черта. Вызваны ли его действия одиночным порывом, скажем, радостью долгосрочного договора, или это произошло по наитию, без расчета, по призыву души, именно это нам нужно понять. Вообще, народ, насчет кузнеца потолкуем отдельно, а сейчас всем кушать и спать. Помните, что завтра за день?

На втором этаже «Веселой Вдовы» в угловой комнате постояльцы не зажигали свечей, масляных ламп и не использовали кристаллы, освещение исходило от язычков каминного пламени.

Пользуясь полумраком, Милана проворно избавилась от верхней одежды и успела забраться под теплое одеяло. Дождалась, пока уляжется Юн, и придвинулась ближе, чуть приподнялась чтобы видеть его глаза.

– Волнуешься? – опередил мастер.

– Еще как, – призналась малая. – Раньше я всего раз видела состязания на ристалище, и то издалека, с самой галерки. Круто сражались бойцы, я бы так не смогла. Сегодня Виола многому меня научила, жаль, усвоила я не все, нужно больше тренироваться, но ты сказал: главное – я ухватила ту технику, которую она мне показывала. Ты сказал, умение растет с практикой. Сказал, что я умная, и ты веришь в меня. Это правда?

Собеседник прикрыл глаза, готовясь ко сну, и губы его тихим голосом прошептали:

– Разве я давал тебе повод для недоверия? Сказал, значит, правда. Спи и не колдуй, не пытайся вырастить в себе предсказателя, ясновидца или оракула. Не получится, по себе знаю.

– Я не пытаюсь, – призналась мелкая. – Я спать не могу. Как закрою глаза, так мерещатся гадские нордлинги. Вижу, будто бы бьюсь на арене с одним, а другие пытаются сбоку подкрасться. И нет никого, чтобы мне помочь. Одна я, ты понимаешь?

Юн приподнялся. Дернул Миланку за нос и вдруг улыбнулся.

– А она нужна тебе, наша помощь там, на ристалище? Успокойся и спи, на арене сражаются один на один. Групповые бои, разумеется, существуют, вот только проводятся они командами или гильдиями, но никак не скопом на одного. Подобной несправедливости еще не бывало. Я много раз сражался, поверь, не так это страшно даже для первого раза. И вот что еще! Если снова во снах норды пожалуют, просто отделай их всех и не сомневайся. Ты сегодня себя достаточно проявила, наяву по физиономии хаму заехала, а это характер, и это правильно! И на ристалище, если вдруг туда попадешь, ты тоже сможешь себя обрести. Я действительно в тебя верю, пигалица. Главное – думай… ты знаешь, чем!

Незнакомое, впрочем, может быть, когда-то знакомое, но давно забытое чувство, что-то сродни чудодейственному нектару, приятным теплом растеклось внутри юной девчонки. Милана чуть помолчала, наслаждаясь искренними словами наставника, потом неожиданно наклонилась и поцеловала его. Сразу отпрянула будто бы застеснялась, но Юн без комментариев понял ее нечаянный душевный порыв.

– Спи…

Ночь пролетела слишком уж быстро, во всяком случае, так показалось господину Юну. Несомненно, причиной тому усталость вчерашнего дня. Не хватило времени элементарно выспаться. Если бы еще не Миланка. У этой рыжей бестии обнаружилась странная привычка – постоянно во сне накручивать пушистым хвостом. Так-то оно ничего, но щекотно.

Проснувшись, Юн сразу подумал о том, что нужно бы поскорее приобрести для семьи подходящее жилье. Негоже молоденькой девушке спать в одной постели с мужчиной. Пусть для самой рыжехвостки, после долгих мытарств и скитаний, ощущение близости надежного друга представлялось вершиной желаний, все-таки он – мужчина! Милка даже перестала стесняться, когда умывалась в присутствии Юна. И это обстоятельство тоже весьма настораживало мастера.

Как бы там ни было, не важно, кто в том виноват, Миланке было всего десять лет отроду, когда она оказалась рабыней. Даже если учесть объективное обстоятельство, говорящее нам о том, что сами похитители и работорговцы, вполне вероятно, понятия не имели о возрасте владельца аватара рабыни, все равно – МЕРЗОСТЬ! Ведь обращались с рабами не лучше, чем когда-то в рабовладельческом обществе.

Сейчас, глядя на спящую Милку, мастер Юн передернулся. Вот почему в числе прочих причин он так ненавидел рабство…

Юн нехотя встал. По привычке подошел к окну и распахнул его. Удивительное утро. Солнышко поднималось с востока, и яркие лучи света игривыми зайчиками отражались от лужиц воды. Воды? Ночью прошел дождь? Даже не слышал. Дождь – это хорошо. Особенно фермерам, чьи угодья во множественном числе расположились за пределами городских стен и тянулись до самых Северных Гор Аркадии.

Воздух с улицы, чистый и свежий, полный цветочных ароматов, придавал особое настроение. Лепота!

Умывшись прохладной колодезной водичкой, так заботливо запасенной новой горничной Брок, Юн надел самый лучший камзол, тщательно причесался и разбудил Мелкую.

– Подъем, Милка. Солнце уже высоко.

Девчонка сбросила одеяло и потянулась на койке.

– Уже пора? – сонным голосом промямлила она. Наконец раскрыла глаза. – Утречко, мастер Юн. Вы уже встали.

– Я-то встал, – усмехнулся Юн. – Чего и тебе желаю. Пойду пока вниз, а ты собирайся. Не торопись, чтобы ничего не забыла, но и не зевай. И деньги возьми. Пятьдесят золотых на взнос участников. Ну и карманные. Голодать там тоже не будем. Сколько брать, ты сама уж реши.

– Угу, – кивнула Милана и в готовности вскочила с кровати.

В обеденном зале таверны уже суетились служащие. Мама Мио что-то показывала и сердито трясла кулаком над головой Ники. Не стоит соваться, это их внутренние заботы, его не касаются.

Господин Юн поздоровался и присел за привычный первый стол.

– Хозяюшка, готов ли наш завтрак?

Миомока-сама закончила выговор и развернулась к нему.

– Готов, как всегда. А где твои доходяги? Дрыхнут еще? Совсем обленились за несколько дней.

Юна немало удивило подобное замечание. Впрочем, НПС служащим «Веселой Вдовы» долго отдыхать никогда не приходится. Всего два-три часа заведение пустовало. Компании завсегдатаев и пьяниц расходились глубоко за полночь, а ранним утром уже приходили охотники, чтобы плотно позавтракать, перед тем как отправятся в Подземелье.

Собственно, по этой причине НПС служащих и сделали таковыми. Они могли вообще не отдыхать, не уставали же. Пища и сон им также без особой нужды. Без особой, потому что способностью кушать и спать они все-таки обладали.

– С чего же они доходяги? По мне, так очень красивые девушки, – не согласился с определением Юн.

– Ага. Только толку-то с их красоты? Два ведра воды не пролив донести не могут, – сетовала хозяйка. – Вон, посмотри на Брок. Вот это девка! И работящая, и в самом соку. Такая жена любому мужику в радость.

Теперь Юн понимал, о чем говорила госпожа Миомока. Сравнила Брок, она же гном, с той же эльфийкой. Ха-ха. Все равно, что сравнивать два пальца ноги, мизинец с большим.

И тут Юна поразила догадка. Раньше он об этом совсем не задумывался…

Ну, хорошо, купят они себе дом, что потом? Ведь семья начнет развиваться, обязательно появятся новые члены. И не важно, сколько их будет, хоть сто. Суть заключается в том, что у каждого члена семьи есть круг строгих обязанностей. Кто же тогда станет готовить им пищу? Кто будет следить за сохранностью дома и имущества игроков? Каждый раз кого-нибудь выделять? Или нанимать персонал? Нанимать игроков? Никогда! Без штанов останешься. НПС, конечно, надежнее. Проблема в сущности, ведь свободные, живущие полноценной жизнью, они тоже могут и умереть, и испугаться.

В других гильдиях на тему еды не заморачивались. Питались в тавернах или с лотков. Сами себе готовили редко, ибо для этого нужен игрок из поддержки, обладающий сильной прокачкой не только готовки, еще и травничества, огородничества и садоводства, виноделия, алхимии и охоты. А где ты найдешь того, кто приходит в игру чтобы стоять у плиты?