За годы работы в таверне Виола сдружилась с девушками НПС, поэтому все они, пробегая мимо, каждый раз кивали или просто приветливо улыбались эльфийке.

– Вечерок вам, – заговорила Ника. – Будете ужинать?

– И тебе вечерок, – вместо Вив ответила Милка. – Будем.

Официантка все же дождалась, пока Виола кивнет.

– Сами закажете или доверите нам?

– Принеси на свое усмотрение, – сказала Вив и добавила. – И еще. Бутыль верескового грога.

Когда Ника ушла выполнять заказ, уязвленная откровенным игнором Милана, спросила:

– Они что, так и будут меня ненавидеть?

– Не будут, – поспешила успокоить эльфийка. – Но ты пойми, они НПС. Если за тобой числился любой грешок, они его помнят дольше людей. Даже если ты извинишься, сделаешь НПС много добра, их программа все равно сохраняет цифровое выражение твоих прежних проступков. А сейчас… для них ты всего лишь воровка. Уж прости, Милка, но они переменятся, вот увидишь. Дай время… Меня другое волнует. Что-то задерживается наш господин, Ушастая.

Милана сразу позабыла обиду, больно кольнувшую грудь. Вопрос Вив, конечно же, многократно важнее личных амбиций.

– Я тоже все время о нем думаю. Может, случилось что?

Слегка приподнятые вверх уголки глаз эльфийки дернулись.

– Не знаю. Вероятность мала, но я тревожусь, как и ты.

В этот момент широкая дверь таверны открылась. В нее, уставший и голодный как троглодит, не вошел, а ввалился господин Юн. Вежливо, как и всегда, ответил на приветствие официанток и приземлился на скамью, рядом с членами своей новой семьи.

– Ну, вы аще!!! – восхищенно сказал Юн, даже не поздоровавшись с девушками. Взглянул на себя и незадачливо почесал затылок. – Стыдно с такими красотками за одним столом сидеть! Замечательно выглядите. Очень достойно. Чтобы всегда такими и были, это приказ!

Обе хотели обидеться. Переживали, ждали его, а он! Но! Женщина, она всегда женщина. Мгновенно оттаяли.

– Уже заказали? – девушки разом кивнули. – А мне бы сейчас целого гуся. И овощей побольше.

Без лишних слов Вив поднялась из-за стола. Вернулась через минуту.

– Будет тебе гусь с овощами.

Он успокоился, перевел дух. Поставил на скамью переполненный куль с кристаллами. Настолько переполненный, что даже узел не затянулся. Взглянув вниз, Милана сразу заметила разницу. Эти кристаллы не только крупнее, они и светятся иначе тех, что она сдавала вчера.

За соседними столами понеслись пересуды. Посетители обсуждали, кто что. Кто удивлялся, как это он один добыл такое количество кристаллов. Кто-то прикидывал возможную стоимость драгоценного груза. Короче, все, как всегда. Когда нечего делать – лишь бы языки почесать. Дай только тему.

Но тут господин Юн вынул из кармана походной накидки другой кристалл размером с кулак, яркий с бордовым отливом. Положил его на стол перед девушками.

– Я идиот! – громко заявил Юн. – Причем со мной случай особый.

Ничего не понимая, девушки вопросительно уставились на мастера. В этот момент принесли заказ. Юн оторвал рукой целую ляжку гуся и жадно отхватил зубами солидный кусок.

– Бог с ним... – не переставая жевать, азартно рассказывал он сопартийцам, – … что пришлось проторчать там весь день. Я ж не один, все понимаю. Нельзя красть чужую цель в Подземелье. То пати на фарм подвалит, то гильдия на прокачку придет. Сиди и жди снова респауна.

Он говорил, а Виола наливала пахучий напиток в бокалы. Безмолвно придвинула и ему. Юн пока не притронулся.

– Ну, блин! – возбужденно продолжал он рассказ. – Понимаете, я же главного не учел.

Его не перебивали. Нет. Его внимательно со всем уважением слушали. Причем, и это естественно, не только Вив и Миланка.

Внезапно Юн замер. Взглянул на девушек, празднично одетых, ухоженных, безотрывно смотревших ему в глаза. Уставший мозг пытался сообразить, что происходит? Мила и Вив явно чего-то ждут. Да не «чего», кретин, а «кого»!

Все еще без понятия, что с ним не так, Юн наконец поднял свой бокал.

– За что пьем? – спросил он.

– Точно устал, – Виола с хитрицой подмигнула Ушастой. И Милка улыбнулась в ответ. – Пьем за семью! Вива Ларуско!

Господин Юн прикрыл веки и сильно хлопнул ладонью себя по лбу! Баран! Идиот! Ну, конечно же! И как он мог упустить такое важное, такое грандиозное как в его собственной жизни, так и в жизни обеих девушек, событие? Он сокрушительно покачал головой.

– Ну, я же вам говорил! Я – это диагноз! Вива Ларуско! Вива!

Юн, Мила и Вив дружно поднялись. Громко чокнулись и опустошили бокалы до дна. Под пристальными взорами множества завсегдатаев троица опустилась на свои места.

– Так чего ты там не учел? – теперь уже спокойно спросила Виола.

– Да того не учел, что две тысячи золотых босс десятого этажа стоил для меня, когда я сам был на четвертом уровне. А теперь он стоит всего пятьсот! Вот и пришлось повозиться, чтобы, как вам пообещал, наши расходы покрыть. И опоздал, естественно. Сдавать кристаллы уже поздно. Куда их теперь?

Он потянулся к накидке, затем полез в карманы камзола и широких штанов. На столе один за другим легли восемь кристаллов от босса десятого этажа.

– Восемь штук? – вскрикнула Милка. – Мастер, вы в одиночку, в таком виде, без доспехов, свалили босса десятого этажа восемь раз?

– Угу! Пришлось, говорю же вам.

Он с аппетитом жевал свежее мясо жаренного на вертеле гуся, покрытого хрустящей румяной корочкой. Даже не замечал, какими глазами смотрели в их сторону притихшие посетители. Он не заметил вообще, что они притихли.

– Кристаллы куда девать? – повторил он вопрос.

– Маме Мио, – сходу ответила Вив. – Надежнее сейфа нет. Никуда не денутся.

Юн колебался не долго. Хозяйка «Веселой Вдовы» НПС, как ныне и все ее служащие. В отличие от НПС горожан, о ком мы уже упоминали, живущих жизнью обычного человека, административные НПС бессмертны, а имущество, принадлежавшее им, принадлежит Системе. Система никогда не отдаст своей собственности воришке. Плюс ко всему сама хозяйка и четверо ее НПС служащих – самые надежные стражи.

– Это точно! – подтвердил Юн. – Крепче сейфа не сыщешь. У нее как в банке. А возьмет ли она?

– Предоставь это мне, – уверенно сказала Виола.

Собрала кристаллы со стола, подхватила куль и ушла. Задержалась совсем недолго. Вернулась с пустыми руками.

– Я же говорила, – торжественно объявила эльфийка. – Госпоже Миомока даже польстило такое доверие.

Слава богам, проблема сохранности решена. Новая порция душистого грога наполнила бокалы компании доверху. Девушки взялись за них, но Юн не притронулся к своему.

– Спасибо, любезные дамы, – вежливо сказал он. – С меня хватит.

Взгляды спутниц устремились к нему. В душе Вив порадовалась неожиданному воздержанию Юна, однако сегодня его отказ выглядел как-то невежливо, тем более со стороны мастера, основателя новой семьи.

– Переживаешь, что снова сорвешься? – спросила она.

Возможно, эльфийка не так уж и не права. Юн хорошо понимал опасения верной подруги, но не эта причина останавливала его сейчас.

– Не в том суть, – ответил он девушке. – Я очень вымотался. Завтра ответственный день. Мастер должен быть в форме. Для всех нас завтрашний день будет первым выходом в общество. Я не могу вас подвести.

С ним согласились. Согласились, потому что он прав. И Вив, и Милана сами постоянно подумывали о фестивале. В разговорах между собой, пока прогуливались по Аркадии, девушки строили много предположений, каким будет их первое представление.

Господин Юн разрядил затянувшееся молчание.

– А теперь расскажите скорее, как у вас прошел день? Все ли успели?

Ну, понеслась! Эээ! С чего бы начать? Наперебой Виола с Ушастой пересказывали хронологию прошедшего дня. Когда дошли до скандала на Торговой Площади, Юн насторожился.

– Опять он, значит? И ему оторвали ухо вторично? То же самое? При товарищах? Представляю его состояние! Хахаха! – мастер смеялся во весь голос. – Нет, девки! Все же я не так безнадежен, как этот норд! Наплюй на него, Милка. Ничего он тебе не сделает. А вот то, что морду ему расцарапала – вообще молодец. Самый страшный наш враг – это мы. Себя переломил, все, никто тебя уже не сломает.