– Торгаши! – передразнила Илона Лаэрта. – Сам постоянно жалуешься, все уши пропел про две третьих заработка, которые расходуешь на еду.

Эстафету капитана пати подхватила Даная. Амазонка демонстративно вышла вперед и пальцем ткнула в Лаэрта.

– Илона скромная, интеллигентная, а я не очень! Так что ты извиняй, Животинский… молчу, молчу… Лаэрт, мы забыли одно неучтенное обстоятельство, и касается оно только тебя. Если учесть, сколько ты лопаешь, бегемот, твои расходы на пищу останутся неизменными где угодно, даже у Мамы Мио. Между прочим, народ, в «Веселой Вдове» и вкуснее, и гораздо дешевле, чем в «Горячем котле», «Причале для Рыбака» или «Харчевнице».

Дана еще не закончила говорить, а гильдейцы уже дружно смеялись, потому что вспомнили, какими немыслимыми объемами поглощал пищу Лаэрт. За то ему и присвоили прозвище: ЖИВОТинский.

– Ет да! – согласился сам поглотитель. – Вкусно покушать я очень люблю.

Так, успокоившись и со смешками, «грифоны» двинулись дальше. В следующем расширении локации увидели мастера Юна, преспокойно дремавшего у плоского камня перед вратами.

Услышав многочисленные шаги, Юн поднялся навстречу «гостям».

– Интересный у тебя приятель, – с двусмысленной улыбочкой почти шепотом сказал Арвен Илоне.

Девушка вспыхнула. Колкий намек зацепил ее за живое.

– А мне казалось, он для нас одинаковый.

– Такой, да не такой, – повторился эльф. – За слепого меня не держи.

В этот момент мастер Юн остановился перед колонной «грифонов». Вежливо поздоровался со всеми и отдельно пожал руку Главе.

– Вот он, проход, – сказал Юн и кивнул в сторону массивных дверей предварительной локации. – Если готовы, вперед.

Арвен еще раз прошелся вдоль стройных рядов подчиненных. Сказал несколько напутственных слов и вернулся к мастеру.

– Открывай.

Юн прикоснулся двумя ладонями к рунным камням на вратах, и обе створки одновременно поехали в стороны. Как только ворота раскрылись полностью, мастер поднял руку вверх, призывая к молчанию.

– Смотрите! – он развернулся к проему и скользнул в воздухе открытой ладонью. – Ясновидение.

На глазах притихших «грифонов» по всей площади проема врат расцвела прозрачная розовая пелена.

– Это и есть та ловушка. Я вчера о ней говорил, – пояснил Юн. – А там, впереди, смотрите, те самые четыре голема.

Сквозь тонкую пленку магического заслона отчетливо различались четыре здоровенные каменные статуи монстров.

Юн вскинул левую руку, сжал пальцы в кулак и появилась глефа. Затем прошептал несколько заученных фраз. Его фигуру поочередно обволакивали разноцветные ауры.

– Глефа Ветров! – восхищенно воскликнула Левия. – Призванное оружие! Круто. Всего один раз видела такое. У главы «Всадников». У него Когти Орла.

– А баффами-то обвешался! – подчеркнул Калев.

Гром, стоявший с ним рядом, с усмешкой подтолкнул товарища.

– А ты поменяйся с ним, – с издевкой предложил он. – Сходи туда в одиночку, без баффов и голым, да пообщайся с големами. Ты у нас парень речистый, видный. Вдруг ты им понравишься? Глядишь, сами на панельку нажмут, чтобы нас к боссу уровня пропустить. А если очень понравишься, может, даже проводят в обнимку.

Тем временем мастер Юн закончил предварительные приготовления.

– Как договаривались, – уточнил он. – Панель активирую и можете начинать.

Арвен кивнул, затем обратился к своим:

– К бою! Все помнят, что нужно делать и как… Давай. Главное, нажми на нее, а мы поработаем.

Под беспокойные, но больше под любопытные взгляды «грифонов» мастер бросился через барьер. Он не шел, он бежал. Быстро бежал к тому месту, где проход сужался, и слева от ровной площадки открывалась глубокая пропасть. Именно в том месте Юн резко остановился.

Стоило мастеру пересечь розовую пелену магического барьера, неподвижные статуи уродливых големов ожили. Казалось, нешуточно удивились вторжению. Еще больше удивились циничной наглости того, кто пробудил их от ленивого сна. Сдвинулись с места и тронулись в сторону нарушителя покоя.

Первая пара, та, что находилась правее от мастера, была дальше второй. Двигались каменные изваяния медленно, тяжело. Но им скорость и не нужна. Ближняя пара находилась всего в десяти метрах.

Юн ждал. Потом сместился ближе к пропасти и снова встал. Враг приближался, пусть медленно, но уверенно. И вот, когда до контакта осталось всего метров пять, а крайний противник вышел к обрыву, мастер резко отпрыгнул в противоположную сторону. Возле вытянутой вперед руки образовался знакомый «грифонам» кулак. Кулак набирал силу, но был еще не готов.

– Зачем? – удивилась Лоран. – Големы невосприимчивы к магии. Они же полностью каменные.

– Но кристалл, дающий им жизнь, внутри есть! – произнес Арвен. – Правда, до него еще нужно добраться. Поэтому, если по совести, я тоже не понимаю, зачем?

Как только мастер совершил длинный прыжок, передняя пара големов развернулась. Вот она, скрытая тактика Юна! Теперь мобы мешали друг другу, потому что оказались на одной линии. Указанная причина вынудила заднего из них начать обходить напарника. В нужный момент, когда каменное чудище так опрометчиво двинулось по кромке обрыва, мастер нанес удар. Бабах! Кулак, набравший полную силу, врезался в тело голема.

Да, навредить монстру магический кулак Юна не мог. И не навредил. Но! Плотная воздушная масса заставила чудище по инерции съехать вправо и наклониться, отчего одна нога его сорвалась, и голем, потеряв равновесие, с грохотом полетел в пропасть.

– Вау! – воскликнули наблюдатели. – Круто. Минус один.

Да, минус, но всего один. Второй голем, лишенный партнера, находился уже в двух метрах от мастера. Замахнулся каменной ручищей и нанес удар.

Мастер легко увернулся. Вовремя заметил, как справа приблизилась другая пара големов. Отныне время решало все. Уклонившись от следующего удара, Юн резко выпрыгнул вверх. В воздухе развернулся и слету обрушил страшную мощь глефы на протянутую руку голема. Отсек каменный кулак с частью запястья. Только големы не чувствуют боли.

Ловким разворотом мастер оказался сбоку от чудища и прикрылся им от подоспевших сородичей. Отсек второй кулачище голема по локоть, а потом глефа исчезла. В обеих руках Юна оказались его замечательные мечи, которые он с силой воткнул в тело раненного врага. В следующую секунду по металлическим лезвиям понеслись молнии. Тело голема раскалялось изнутри. Задрожало и развалилось на множественные куски.

– Ну, как тебе «жалкий торгаш»? – с торжествующим видом Илона поддела Лаэрта.

Сам нордлинг стоял с открытым ртом и молчал, потому что нечего было ответить.

В то же время мастер, теперь уже без труда, кромсал по кускам оставшихся чудищ. Вдвоем, с их медлительностью, монстры не представляли для Юна опасности. Один за другим развалились, разделив печальную участь предшественников.

Под дружные и заслуженные аплодисменты «грифонов» мастер нажал заветную панель. Магическая пелена растаяла, и вся команда гильдейцев двинулась по свободному проходу.

– Как-то так, – с одышкой, вспотевший, но очень довольный, сказал Юн лидеру гильдии. – Теперь вы сами. Я туда не пойду. И желаю вам всем победы. Думаю, так и произойдет.

– Уж мы постараемся! – ответил эльф, пожимая руку приятеля.

Пока группы гильдии перестраивались, рядом с Юном остановилась Илона. С улыбкой на красивом светлом лице коснулась пальцами браслета, подаренного ей накануне. Вроде хотела сказать: «видишь, надела».

Конечно, он заметил красноречивое движение девушки. Улыбнулся в ответ и кивнул. Хотел бы сказать несколько слов. Не стал, чтобы не скомпрометировать капитана перед всей гильдией.

– Сегодня приду на занятие, – сама заговорила Илона. – Если вы не возражаете, наставник.

Известие радостное, но Юна оно огорчило. Огорчило, потому что к обеду Хигаши завершит работу над снаряжением Каны. А как только девушка будет готова, вся воинская каста семьи отправится в путь. Об этом сейчас с сожалением сообщил мастер Илоне.