– Это вон те, что ли? – один из спутников атлета ткнул пальцем в спортивную площадку, видневшуюся неподалёку, где на турниках и брусьях собрались старшеклассники, у которых, похоже, была физкультура, а Свят отлучился, чтобы выпроводить незваных гостей. – Да там кони больше меня!

– Ну это же ваши проблемы, что вы ростом не удались, – хладнокровно пожал плечами физрук. – Всё, товарищи, давайте закончим разговор. На территории вам делать нечего, я вас туда не пущу. Освободите проход.

– Слышь, я по‑хорошему пока прошу, а ведь могу и по‑плохому, – набычился Олег, который явно не привык к такому отношению, да ещё от человека гораздо меньше его. – Как человека тебя прошу, уйди с дороги!

– Ого, а тут всё серьёзно! – я подошёл к спорщикам, протянув руку физруку. – Привет, Свят. Что, женихов Урусовой гоняешь?

– Ты! – невежливо ткнул пальцем в меня атлет. – Я тебя помню!

– Поразительно! – Я сделал преувеличенно удивлённый вид. – А я думал у тебя мозги в бицепсы перетекли. Иначе вы бы понимали, что не стоит мешать людям работать.

– А ты кто такой? – судя по куртке американских пилотов и японским кроссовкам голос подал владелец Альфы‑Ромео. – Чего лезешь не в своё дело.

– А тут нет не моих дел, – я демонстративно потёр перстень на левой руке. – Так что не советую буянить.

– Или что⁈ – мажор явно нарывался и на секунду сосредоточившись я заметил странные подрагивания его ауры. Богатенький мальчик где‑то раздобыл амулет защиты. И теперь считал, что ему море по колено. Наивный. – думаешь, я мало магов видел? Да ты явно из шараги недавно, причём явный лузер, запиндюрили тебя в эту дыру. И тачка у тебя древнее говно!

– Вот это ты зря. – пусть НЭШ и вправду был староват, но мы с ним уже как‑то сроднились. – Я свою машину никому оскорблять не позволяю, особенно каким‑то ряженым петухам, напялившим шмотьё капиталистических убийц и считающих что это круто. Кровавые вьетнамские дети ночами не приходят? Мне даже интересно, где ты работаешь, что тебя оттуда за такой прикид не попёрли.

– Он непман, – откликнулся Григорьев. – Его папаня Дмитрий Каминский строительством занимается и какой‑то кирпич делают, типа лёгкий и тёплый. Да ты видел его поди, мелькает иногда по телеку. Так вот это его сыночек.

– Слышь, базар фильтруй!!! – было видно, что название «нэпман» мажору очень не нравилось. – Мы, сука, предприниматели! И честно свои бабки зарабатываем!

– То есть наживаетесь на чужом труде, – я не знал как именно Григорьев относится к частному предпринимательству, но сейчас он явно провоцировал Каминского, а тот вёлся на подначки, словно ребёнок. – А так всё честно, да.

– Ну сука, ты попал! – но вот чего я не ожидал, что мажор тут же кинется в драку, вот только Свят к ней уже был готов.

Я даже не понял сразу что случилось. Григорьев правой всадил нападавшему короткий апперкот и тут же левой словно из пушки добил его ударом в челюсть. Добавки не понадобилось, мажора снесло с ног, швырнув на асфальт перед друзьями. Атлет Олег, видя такое дело бросил цветы, попытавшись достать Свята, но тот встретил его жёстким ударом в голову правой ногой, и атлет лёг рядом с Каминским. Из последних двоих лишь один попытался рыпнуться, но я тоже просто так стоять не собирался и мгновенно приложил его «Маленькой смертью». На этом госте из города амулетов не наблюдалось, так что и он прилёг отдохнуть. А последний, самый сообразительный, всего за пару мгновений оставшийся в меньшинстве, благоразумно отступил, подняв руки.

– Мужики, мужики, вы чего?!! – скорость расправы явно произвела на него впечатления. – Да вы чего, мужики, мы просто поговорить хотели!

– Так и подождали бы конца занятий, потом бы поговорили, – Григорьев невозмутимо потёр кулак и скривился. – Иван Фёдорович идёт. Сейчас будет нотации читать, что нельзя перед детьми кого‑то бить, это их учит плохому.

– Плохому бы их научило, если бы нас побили, – я к предстоящим проблемам относился философски. – А так как по мне нормально. Не мы это начали, значит правда за нами. А за неё можно и немного потерпеть. Главное, чтобы дети это усвоили, а остальное приложится. И я давно тебе говорю, Свят, надо возвращаться на арену. Бьёшь как кувалдой. Глядишь и кидаться разные мажоры не станут, поостерегутся. И жить станет проще, жить станет веселее!

– Пытаясь проникнуть на территорию школы совершили нападение группой лиц на учителя физической культуры, – зачитывал рапорт спешно приехавший из района майор. – После чего были задержаны прибывшим на место инспектором Ужанихинского отделения ПМАК Новиковым Лукой Артёмовичем и доставлены в участок. Это что за филькина грамота?!! Вы хоть понимаете кого задержали?!!

– Нарушителя общественного порядка, – равнодушно пожал плечами старлей, явно не впечатлённый гневом начальства. – Хулиганов пытавшихся проникнуть на объект особой важности. Школы у нас к ним отнесены.

– А почему не указано, что к задержанным применяли заклинания⁈ – ещё сильнее распалился майор. – Они уже пишут жалобы!

– Потому что это не компетенция милиции, – на этот раз уже я ответил, тоже, впрочем, не испытывая особых эмоций. – Пусть пишут. Была применена «Маленькая смерть», заклинание из разряда белой некромантии. Используется для замены анестезии при операциях, отключает всю высшую нервную деятельность. Не вредит организму. Пусть требуют экспертизу, если к тому времени вообще хоть что‑то останется. Правда я не уверен, что им удастся так быстро найти эксперта по некромантии, но это уже не мои проблемы.

– Некро… да вы вообще с ума сошли?!! – до начальства участкового дошло, что я сказал. – Вы хоть понимаете, кто у них родители?!!

– Да мне оно… – я поболтал рукой в воздухе, подбирая цензурный синоним. – монопенисуально. Своему начальству я рапорт о случившемся уже подал. Иван Фёдорович по своим каналам тоже докладную направил и заявление написал. Но это всё мелочи если дело дойдёт до отца самой Урусовой. Как я понял, он товарищ резкий. И ему вряд ли понравится, что какие‑то мажоры решили утащить его любимую дочурку. Я, кстати свидетель того, что девушка никаких авансов не раздавала и никуда ехать не собиралась. Чётко дала понять, что будет жить и работать здесь. Уверен, у председателя Облпотребсоюза Казани найдутся возможности защитить дочь.

– Твою ма… – скрипнул зубами начальник службы охраны общественного порядка, понимая, что ловить ему тут нечего. Даже если заставить директора школы забрать заявление – это мало что даст. Ладно участковый его рапорт можно потерять. А мой? Да и потом же может приехать высокое начальство и спросить, а почему вы ничего не предприняли в связи с хулиганством? И прощай погоны. – Ну Лыков! Ты так никогда капитаном не станешь!

– Да и хрен с ним, – пожал плечами Андрей. – Мне и тут хорошо. Да и от вас подальше.

– Ты, старлей, совсем берега не теряй!!! – майор хотел бы ещё что‑то сказать, но по факту Лыков был прав. Максимум что можно сделать – это лишить его премии и тринадцатой, да и то ещё попробуй обоснуй. Уволится старлей, пойди найди человека на его место. Кому захочется сидеть в селе, пусть и достаточно крупном, вдалеке от цивилизации? Только полный… участковый. И таких ценили. Но и спуску давать им было нельзя. – Думаешь, я на тебя управы не найду?!! А дело за продажу конфиската получить не хочешь⁈

– Так я его с отделом по разрешительной работе согласовал. – так же равнодушно пожал плечами Лыков. – Факт продажи зафиксирован, деньги внесены, оружие в документы вписано, всё чин по чину. Хотите – проверяйте. Мне как‑то оно… как ты, Лука, сказал? Монопенисуально? Вот оно.

– Разрешите? – дальнейшую перепалку прервал стук в дверь, а следом за ним в кабинет участкового вошёл одетый в дорогое пальто гражданин. – Добрый вечер. Позвольте представиться, Геннадий Гаврилович Берг. Я являюсь адвокатом гражданина Каминского.

– Хорошо нэпманы живут, – кивнул мне Андрей. – Адвокатов личных имеют.