– Ну что, фуфел, ты русский язык не понимаешь? – двинулись вперёд красношапочники, – Тебе что было сказано, васёк? Лечь! Короче, теперь ты нам пятнаху торчишь! Срок – неделя. А если нет…

– А если нет, то вы идёте оба на хрен! – поднялся на ноги Свят и набычился. – Пока я вам эти ваши шапки не засунул туда…

– Погоди, – что‑то мне в этих двоих не нравилось и не только их явная принадлежность к криминалу. Да и Морон предупредительно каркнул, намекая, что не всё так просто. Так что я сосредоточился, и от удивления чуть не присвистнул. Мало того, что аура этой парочки была размыта, и по ней нельзя было прочитать ничего конкретного, так она ещё явно была нечеловеческой. И я недолго думая ткнул в первого пальцами, сложенными в хитрую фигуру. – Аард!

Одного из красношапочников снесло с места, впечатав в стену. Второй, впрочем, ничуть не испугался, схватившись за нож, спрятанный под курткой, но ничего сделать не успел. Свят скользнул к нему, тут же чётко пробив троечку в голову, от чего чёрный лёг прямо там же где и стоял. А я уже выхватил атам, готовясь к продолжению схватки, но пока этим двоим хватило, чтобы не торопить события.

– Ты чего? – физрук удивлённо уставился на меня. – Ладно они те ещё гандоны, но магией зачем?

– Это гоблины, – я внимательно следил за обеими поверженными противниками, потихоньку приходящими в себя. – Их аура. Если не ошибаюсь, красные шапки.

– Красные шапки? – удивился Свят. – Типа пирожки бабушкам носят?

– Нет, типа скальпы с прохожих снимают, затем режут их и свои шапки в крови жертв вымачивают. – я припомнил всё, что писали об этих тварях в учебниках. – Как любые фэйри благого и неблагого двора могут жить среди людей и даже оставлять потомство. Правда, считается, что они предпочитают Европу, особенно Англию, где у них дом под холмами. Но эти видишь, и до нас добрались. Похоже, в братве подвизаются, бабки выколачивают.

– И чего делать? – теперь Григорьев смотрел на визитёров совсем другими глазами. – Может ментов вызвать?

– А толку? – я пожал плечами. – предъявить им нечего. То что они гоблины у нас по закону не преследуется. Сам знаешь, у нас все равны, пока уголовный кодекс не нарушают, а тут им пришить что‑то сложно будет. Свидетелей нет.

– Вы чё, фраера, попутали… – очнулся первый, поднимаясь на ноги, но замер, увидев нож в моих руках. И главное мигом понял, что это за нож такое. – The Raven‑King! Проклятье!

– Язык отрежу! – я угрожающе поднял атам. – Захлопни пасть, пёс!

– Король… ворон? – перевёл Свят. – Это из‑за твоего ворона?

– Не знаю, – я не слишком разбирался в мифологии Англии, мы её проходили в рамках общеевропейской, но там своих нюансов хватало, – возможно. Вороны вообще прочно ассоциируются со смертью. Но не суть. Главное, что эти ублюдки поняли, кто я.

– И что, некрот, думаешь, что тебе это сильно поможет? – а теперь очухался второй, но бычить не стал, а отступил к товарищу. – Шелкопряд от тебя мокрого места не ост…

– Заткнись! – первый гоблин заставил замолчать товарища тяжёлым ударом по печени. – Короче, мы вам маляву передали. Не хотите неприятностей – бабки гоните. Некросу заработать нефиг делать. Не будет бабла через неделю – врубаем счётчик.

– Может их прямо тут кончить, – я повёл атамом, и красные шапки заметно дёрнулись. Несмотря на браваду, они меня боялись и это было видно. – Передайте… Шелкопряду, правильно? Так вот передайте ему, что платить мы не будем. А если он хочет по плохому… Фаланга же – это его клуб? Так у меня найдётся, с кем передать ему привет. Уяснили? Теперь валите!

– Увидимся ещё. – гоблины обожгли нас взглядом, но задерживаться не стали, выскочив за дверь.

– И что теперь, – было видно, что Свят растерян. Одно дело кому‑то морду на ринге разбить, или просто в подворотне люлей напихать, а совсем другое – бодаться с братвой. – Они же не отстанут.

– Значит им же хуже. – возможно я был излишне самонадеянным, но… почему‑то после упырей и вурдалаков вся эта возня вызывала лишь ухмылку. – Собирайся, а то надо ещё ребят по общагам развести. И домой хорошо бы до полуночи успеть. А про этих… посмотрим. Пока гнать волну рано. Но если полезут… придётся познакомить их с Марой. И пусть кто‑то скажет, что я начал первый.

– Слушай, может зря я этому Шелкопряду угрожать начал? – пока развозили ребят, я всё крутил в голове произошедшее. Правильно ли поступил, может стоило как‑то по другому себя повести, и никак не мог прийти к единому выводу. – Судя по всему, дядька крутой, раз у него гоблины на подпевках ходят.

– Да ну, брось, – легкомысленно отмахнулся Григорьев. – Ну гоблины и чего? Позволить об себя ноги вытирать и на бабки поставить? Тут ведь чуть слабину дашь, потом не отмоешься. Спорт у нас самая криминализированная сфера жизни, между прочим. А с этим Шелкопрядом мы ни о чём не договаривались, никаких дел не вели, ничего не обещали. Так что предъявить нам нечего.

– А ты вообще за этого Шелкопряда чего‑нибудь слышал? – не сказать, что Свят меня прям успокоил, но я и не напрягался особо. – Он кто? Серьёзный кто‑то или так, шушера подзаборная? Так‑то гоблины кому попало служить не будут. А если тип серьёзный, может закуситься.

– Я мало о нём слышал, только по спорту, – задумался Григорьев. – Маг второй вроде бы категории, занимается частной практикой. Чем именно – не знаю, но бойцов своих он регулярно выставляет. Фаланга, это его клуб, на Родниках базируются, там у них неплохой спортивный центр построен. Краем уха слышал, что Шелкопряд ставками тоже занимается, но официально или в чёрную, не знаю, не интересовался. Но вообще если они Гришу тащили на какой‑то крупный бой, то скорее всего так и есть.

– А ты им всю схему поломал, – я задумчиво почесал подбородок. – А почему его вообще не закроют? Разве ставки – это законно? Я не про Спортпрогноз, а про частников.

– Ты не знаешь как это работает? – удивился Свят, и дождавшись моего подтверждения, мол никогда не интересовался, пустился в объяснения. – Смотри. У нас массовый спорт весь государственный. В каждом квартале коробка и спортплощадка, можно прийти с улицы в ДЮСША и записаться в любую секцию, хоть бокса, хоть плаванья. Но если ты хочешь развиваться как профессионал, то потом переходишь в клуб, и вот тут уже рулят нэпманы. Есть, правда, ведомственные клубы, приписанные к крупным заводам или там институтам, но это тоже скорее полупрофессионалы. А вот профи все частники. Им можно билеты продавать на соревнования, рекламу, иметь покровителей, кто бабки даёт, но за это они платят весьма солидные налоги, которые, в свою очередь, идут как раз на развитие массового спорта. Я подробностей не знаю, никогда не интересовался, мне это всё тренер рассказывал, но когда выступал, мы таскали символику «Точмаша». Они как раз тогда новый магнитофон выпустили, Комета‑212‑стерео, так что рекламу массово скупали. Но и мелких была куча. Пекарня какая‑то, ещё кто‑то. Сейчас уже не вспомню. Пекарей запомнил, они нам на подписание договора несколько поддонов пирожков разных привезли.

– Не, ну ты из меня совсем тёмного не делай! – возмутился я. – Даже дети знают, что Форд поддерживает высшую лигу килы, а ГАЗ – магический футбол. Да и бойцы постоянно в телевизоре мелькают, недавно вон Игорь Высоцкий часы «Полёт» рекламировал. Я даже подумал себе такие взять, но мне с моей работой лучше «Восток» командирские подходят. За них хоть не так страшно будет. Правда выбрать не могу пока, но не суть. Я тебя понял. А это Шелкопряд в этой схеме где? Процент со своих спортсменов берёт?

– И это тоже, но если он чёрный букмекер, то всё вполне логично становится, – помрачнел физрук. – Слушай, а эти вот, ты говоришь, гоблины. Они опасные? Людей‑то я не боюсь, а вот нечисть всю эту… недолюбливаю.

– Как и все остальные, – я пожал плечами. – нам два года читали курс «Физиологии и психологии нечеловеческих и магических рас» и я сделал только один вывод, любая нечисть опасна. Будь это домовой, овинник или какой‑нибудь сатир, все они владеют своей магией. Те же сатиры, раз уж я их вспомнил, или фавны, тут кому как ближе, могут напугать до грязных штанов. Паника, она же в честь бога Пана, а он считается первым сатиром, все они от него пошли. Сейчас правда, что козлоногих, что кентавров встретить очень сложно, но тем не менее их умения мы изучали. Вот и шапки эти тоже кое‑что умеют. Другой вопрос, что гоблины эти конченные ублюдки даже по меркам нечисти. Я честно говоря, слабо представляю что нужно, чтобы держать их в узде. Так‑то они должны на всех подряд бросаться, просто по своей сволочной натуре. А эти нет, даже нас по сути не пытались убить. И это очень странно.