– И правильно делали, молодой человек! – хлопнул себя по ляжкам толстячок. – Исключительно правильно! Побольше бы нам такой разумной молодёжи! Нет, вы не подумайте, я не шовинист и не призываю всю нечисть придать огню и мечу, но если она угрожает людям, то другого выхода быть не может! И не надо на меня так сверкать глазами, сударыня. Мне прекрасно известно о связи ведьм с природной нечистью. Но, во‑первых, арысь в их число не входит. Это линия диких оборотней, категорически отрицающих любую цивилизацию. А во‑вторых, во всём должен быть баланс. Хотите защищать русалок – дело ваше. Я даже в какой‑то мере вас поддержу. Русалки не дают завестись куда более опасным тварям. Но между русалкой и человеком всегда выберу последнего. Просто, потому что иначе мы бы не выжили. Подумайте об этом на досуге. А пока мне пора. Тело я забираю. Жду завтра рапорт. И готовьтесь к страде. У вас, Лука, впереди самое интересное время в деревне. И скучать там точно не придётся!

Солнце ещё только робко выглянуло из‑за горизонта, а я уже был на ногах и готовился к отъезду. Последние несколько дней выдались суматошными. Я писал рапорты, отчёты и запросы, пытаясь отследить путь арыси. Дважды говорил с лесным хозяином, не добившись никакого результата. Арысь для него ничем не отличалась от обычного животного, а что людей жрёт, так что поделать. Природа, она такая, нифига не добрая. В итоге концов найти не удалось, так её и похоронили на сельском кладбище. Я лично присутствовал на отпевании и опускал гроб в могилу. Всё честь по чести и не потому, что мы прониклись вдруг всепрощением, как минимум с моей стороны его не было. Арысь была самым худшим видом хищника, охотившегося на детей. Но при этом я не хотел, чтобы эта самая арысь поднялась в виде упыря или кого похуже.

С отцом Никодимом тоже пришлось побеседовать, как и с представителями районного пункта магического контроля, а точнее с Небогатовой. И ту и другую сторону интересовало моё психическое состояние, всё же как ни крути, арысь была человеком. Диким, никогда не знавшим цивилизации, но человеком. И я его убил. Хладнокровно воткнув нож в сердце. Поэтому окружающим требовалась уверенность в моей адекватности, а то мало ли, вдруг я теперь собираюсь устроить геноцид магическим существам, а то и на людей переключиться. Но обошлось.

Я прекрасно понимал, что именно сделал, но при этом считал, что это была необходимость. Арысь не собиралась отступать даже после первой стычки, когда её раскрыли и между безопасностью детей и жизнью нечисти я однозначно выбирал первое. И даже Наталья, известная защитница нечисти вынуждена была со мной согласиться. При этом я прекрасно осознавал, что это был критический момент, когда пришлось применить высшую меру и не собирался кидаться на других размахивая саблей. В итоге мою адекватность подтвердили, Акулина Сафроновна выглядела весьма довольной моей психической устойчивостью, и я её понимал. Сложно работать с тем, кто чуть что впадает в истерику, а служба мага дело не для кисейных барышень. Тут и убить могут и душу сожрать, если зазеваешься.

Но как говорится, всему приходит конец, вот и мои мытарства закончились, что особо радовало, так как настал всенародно любимый праздник и не хотелось омрачать его лишними проблемами. Нет, как бы ни желала моя половина полученная от альтер‑эго купаться в фонтане я не пошёл, хотя бы потому что фонтанов в Ужанихе отродясь не водилось. Да и в чём суть этого обряда я понимал очень смутно. Что‑то про дядю Васю, синеву и то, что никто кроме нас. При этом что именно не уточнялось. Нет, праздник был другим, реально всенародно любимым, ещё и потому что праздновался два раза в месяц. И имя ему было – зарплата!

Как положено пятого числа я получил на руки оклад в одну тысячу рублей, а кроме того, мне капнули приятные суммы за цыганских крыс и чёрта. Последняя так и вовсе оказалась крайне значительной, а всё, потому что этот рогатый ублюдок считался особо социально опасным. Так‑то его почти любой верующий мог изгнать с помощью слова Божия, но мохнатая паскуда как никто умела втереться в доверие, наобещать златые горы, молочные реки и кисельные берега, а в итоге оставить наивного лопуха ни с чем. Его голову оценили в полторы тысячи, в том числе за оперативность ликвидации. Точнее от родной конторы я получил только половину этой суммы, вторая была от церкви, но я не гордый отказываться не стал. И в итоге на руках у меня скопилась весьма приятная сумма, которая, образно говоря, жгла ляжку. А поскольку ни жильё, ни машина мне не требовались, я решил немного закутить. И позвал с собой Наташу.

Наши отношения с юной ведьмочкой последнее время напоминали итальянскую комедию. Где экспрессивно ругаются днём, с размахиванием руками и битьём посуды, а ночью активно мирятся. Вот и Наташка на людях меня на дух не переносила, однако, никогда не отказывалась, если я предлагал сопроводить её ночью в лес, даже сама звала. И пару раз уже ночевала у меня дома, понятное дело, что в одной кровати со мной.

При этом я бы не сказал, что между нами были прям какие‑то чувства. Ведьмы сами по себе любить не особо умели, для них секс был не поводом для знакомства и то, что Натка ко мне тянулась, по сути, не значило вообще ничего. Она просто нашла самого перспективного в плане развития мужика и получала удовольствие. Я тоже не спешил растворяться в розовом море, прекрасно осознавая и ведьмовскую натуру, и собственную циничность. Да, альтер‑эго вместе с частью своей души передал мне довольно большую долю своего характера, собственно, именно это и послужило причиной свалить от родителей подальше. Поначалу изменения ещё можно было списать на пубертат, травму и прочее, но я слишком изменился, чтобы быть тем Лукой, к которому родители привыкли.

Но всё это не помешало мне позвать. Натку потусить в областном центре, а та уже в свою очередь, пригласила подружек. Мне было всё равно, девчонки были совершеннолетние, родители их отпустили, так что я согласился, да и вместе веселее. А чтобы не потерялись я каждой лично вручил небольшие амулеты в виде резных деревянных кругляшей, сделанных берендеями, которые позволяли мне найти их хозяев в радиусе пары километров. Не то, чтобы это было прям необходимо, но моей паранойе так было спокойней.

– Готовы? – не прошло и получаса, как я, позавтракав стряпнёй Хована и всё ещё безымянной кикиморы, стоял у ворот ведьм, глядя на троицу девиц, явно предвкушавших интересное приключение. – Грузитесь! И скажите на милость, на фига, то есть зачем вам чемодан, если мы едем на один день, туда и обратно.

– Раз ничего не понимаешь, значит молчи! – осадила меня ведьмочка, с важным видом усевшаяся, впереди и тут же привычно скинув обувь и забравшись в кресло с ногами. – А если что‑то случится? Нам нужно во что‑то переодеться будет!

– У вас у каждой по здоровенной сумке, – я покачал головой, но решил не продолжать заведомо проигрышный спор. – Усаживайтесь! Нам ещё до города пилить часа два. Как раз к девяти будем, всё откроется.

– Привет, Лука! – первой в машину села Диляра Каримова, пухленькая татарочка, похожая на сдобную булочку. Черноволосая, кареглазая девчонка, пользовалась популярностью среди парней, несмотря на небольшой лишний вес. Но спуску никому не давала. У неё было четыре младших брата, так что как управляться с мужиками Диля прекрасно знала. С ней я познакомился недавно, точнее нас Натка и познакомила, и мне сразу понравилась эта оптимистичная хохотушка. – Спасибо, что нас взял, а то я с этими засранцами скоро с ума сойду! Слышал, что они недавно учинили?!!

– Это не они на свиньях катались? Я ещё сразу подумал, не твои ли, – На самом деле пацаны хотели устроить рыцарский турнир, даже копья изготовили из метлы и швабры, а рыцарские шлема из вёдер, прорубив в них отверстия и придав форму топфхелма, только вот почему‑то свиньи не захотели становиться рыцарскими конями и помчались куда глаза глядят, вместе с седоками, распугивая прохожих истошным визгом. – Да ладно тебе, прикольно же получилось.