– Я бы попросил вас не употреблять это слово, – чуть поморщился Берг. – Оно имеет отрицательную коннотацию, а мои клиенты уважаемые предприниматели, несущие большую социальную нагрузку. В каждом построенном ими микрорайоне за свой счёт возводятся социальные объекты, которые потом безвозмездно передаются городу. И это я уже не говорю об рабочих местах, ими созданных. И пользе для всего города и области.

– Да, да, вас послушать, Каминский просто ангел, – теперь уже участковый поморщился, явно имея что‑то личное перед нэпманами. – Что хотели?

– Ну если вы сразу к делу, то предлагаю уладить возникшую ситуацию к общему удовлетворению. – начала адвокат. – Молодые люди поступили неправильно и готовы понести наказание. Но уголовное дело – это перебор. Вы же тоже были молодыми… а кто‑то и сейчас молод. Ну вскружила девушка парню голову, тот начал творить глупости. С кем такого не было? Да, они перегнули палку. Не стоило прорываться на территорию школы и нападать на учителя, но сами же за это и пострадали. Я навёл справки. Ваш учитель физкультуры профессиональный боец, выступавший на ринге. А уж при поддержке мага, к тому же некроманта, и вовсе говорить о какой‑то угрозе просто смешно.

– У вас хорошие связи. – то, что я некрот знали немногие. Официально в документах я так и шёл как маг‑универсал третьей категории. – Тогда вы должны знать, к кому именно приезжали ваши… клиенты.

– С Алсу Владимировной вопрос улажен, – не стал отрицать очевидное Берг. – Как и с Иваном Фёдоровичем и товарищем Григорьевым. Они согласились забрать заявление. Поэтому прошу пойти нам навстречу и не ломать жизнь молодым людям. Ну зачем нам всем эти проблемы? Всё равно больше мелкого хулиганства там ничего не будет, но даже это запись в личном деле. А это в свою очередь закроет…

– Кто отец у Олега? – перебил я адвоката, понимая, что не Каминский здесь главная фигура. – Это же он вас прислал пусть и через… предпринимателей.

– Илья Алексеевич Скворцов, – не стал юлить тот. – второй заместитель председателя горисполкома. Отвечает за социальную сферу, образование, спорт, здравоохранение. Сами понимаете, ссориться с ним категорически не стоит.

– Да нет, мне норм, – я пожал плечами. – Но я здесь ничего не решаю. Если Иван Фёдорович решил не давать делу ход я вмешиваться не буду.

– Вот и отлично! – заметно обрадовался Берг. – Андрей Фёдорович?

– А я чего? – пожал плечами участковый. – У меня вон начальство тут, как решит, так и будет.

– Конечно, если товарищ Губанов хочет забрать заявление, не вижу препятствий! – а уж как майор обрадовался, так и описать сложно. – Так, где оно? Вот видите, рву при вас, считайте, что дела никакого и не было, да мы его и завести не успели.

Андрей хмыкнул, но не стал комментировать. Нам с самого начала было понятно, что дело замнут, не дадут ходу. И это учитывая, что мы не знали кто папаня у атлета. Но обычные люди на Победах не разъезжают, особенно с горисполкомовскими номерами. Это мне уже Лыков подсказал. Типа номер с буквами «ННН» расшифровывался доморощенными шутниками как «Не тронь новосибирского начальника». Гаишники таки машины в принципе не останавливали, чем похоже, Олег и пользовался. Хотя плевать, это не моё дело. Были бы у меня такие номера я бы тоже с ними гонял.

– Раз вопрос решён я тогда пойду. – поднялся я на ноги. – Поздно уже. До свидания товарищи.

– Лука Артёмович, буквально на секунду, не могли бы вы меня подождать на улице, – на удивление единственным, кому я понадобился оказался адвокат, – Я надолго вас не задержу.

– Ладно, – я пожал плечами. – подожду.

Места перед милицейским участком не осталось, всё было заставлено машинами. И мой НЭШ смотрелся тут как бедный деревенский родственник на встрече более успешных братьев. Кроме милицейской «Волги», явно принадлежавшей майору, здесь нашёлся адвокатский Форд‑Сибирь, но не пикап, а в кузове универсал. Не думаю, что это его постоянная машина, недаром вон шофёр сидит, но за городом сложно найти что‑то лучше. Так что выбор понятен. Я бы и сам такой взял, но ценник отпугивал. Проще УАЗ какой взять или что‑то такое же недорогое, хотя комфорт конечно, не сопоставим. И вот почему так получается? Вроде бы и там, и там американцы руку приложили, но Форд остался частным и делает дорогие, но комфортные машины, а государственный УАЗ и вроде бы и стараются держаться на уровне, но всё равно отличие сразу заметно.

– Пипец, как он вообще смог меня срубить⁈ – пока я разглядывал машины из дверей показалась четвёрка незадачливых ухажёров, при виде меня резко замолчавших. А после коротких переглядов Олег всё же не выдержал и направился в мою сторону, остановившись в паре шагов. – Значит, ты некромант?

– Значит. – я пожал плечами, поймав себя на мысли, что слишком часто делаю это в последний час. – И что?

– Да ничего, – неожиданно, но атлет отвёл взгляд. – А с Алсу у вас что?

– Ничего, – я снова хотел пожать плечами, но одёрнул себя. – Помогаю ей немного по‑дружески, а то она тут совсем одна, но не более. Ты что‑то хотел, так конкретно говори.

– Я за ней ухаживать буду, – как и ожидалось, Олег проявил завидное упрямство. – Поэтому предупреждаю сразу, не лезь! Некромант ты или нет, мне пофиг. На каждую хитрую задницу найдётся… ну ты понял.

– Да Бога ради! – я отмахнулся от угрозы. – Благословляю тебя, сын мой! Главное, чтобы сама Алсу к твоей заднице ничего не подобрала. Она сегодня злая как стая собак Динго. У неё только жизнь начала входить в колею и тут вы, герои‑любовники, блин!

– От ненависти до любви один шаг! – пафоса в словах атлета хватило бы на десяток человек. – Вот увидишь, я ещё до Нового года её отсюда заберу.

– Удачи! – я пожал свои руки и потряс ими, показывая, что совершенно не собираюсь вмешиваться. – Главное, работать никому не мешай и барабан в руки и паровоз навстречу. Совет вам да любовь.

– А ты чего, реально некромант? – бесцеремонно влез в разговор Каминский, по роже которого было видно, что он прямо бесится от унижения, но и сделать ничего не может. – Или свистишь, цену себе набиваешь?

– Реально, – я щёлкнул пальцами и у меня из груди вырвался призрачный ворон, мазанув перьями по лицу отшатнувшегося мажора, который чуть не шлёпнулся на задницу, благо друзья поймали, и эффектно развернувшись в воздухе опустился мне на плечо.

– Кар!!! Кар! Кар! Карар!!! – и ведь эта зараза специально выделывалась, я прекрасно ощущал эмоции птицы, хоть и странно было говорить о чувствах духа. Но, как оказалось, ничего человеческое ему не чуждо и сейчас Морон стебался над жалкими людишками, возомнившими о себе слишком много. – Кар!

– Твою мать!!! – было слышно, что Каминский реально испугался, но тут я его винить не мог. Тут кто угодно бы очканул. – Сука!

– За базаром следи, – оборвал я экспрессивные вопли. – Есть куда менее болезненные способы самоубийства чем оскорбить кого‑то из свиты Мары.

– Ну на хер!!! – в этом вопле было столько эмоций что мне даже неудобно стало. – Короче, Олег, я сваливаю! Когда ты подписал меня на чувиху впечатление произвести, ничего не было о некромантах и богинях смерти! В манду! Чуваки вы со мной?

– Ага, погнали, – случайно попавшие под замес парни не горели желанием продолжать приключения и безропотно загрузились в Альфа‑Ромео мажора. – Олег, завязывай, погнали!

– Я всё равно не отступлюсь! – а вот атлет оказался покрепче и хоть побледнел, но всё же оставил за собой последнее слово. – Вот увидишь, она будет моей!

– Ага, удачи, – спорить у меня желания не было, так что я просто кивнул, думая, что что‑то меня сегодня уже всё задолбало. – Попутного ветра в горбатую спину.

– Благодарю, что дождались, Лука Артёмович, – стоило машинам «комнаты жениха» стартануть, как из участка появился адвокат. – Я надолго вас не задержу. Мой наниматель хотел бы отблагодарить вас за понимание и за то, что согласились отпустить ситуацию.

– Не стоит, – я на самом деле устал и у меня не было желания сейчас выискивать подводные камни в предложении областного нэпмана, а то, что они там есть это к гадалке не ходи. – Я не сделал ровным счётом ничего особенного. Если Иван Фёдорович решил не доводить ситуацию до цугундера, то и у меня нет претензий.