— Но… Как?! — лишь смог вымолвить Нивертон, словно в тумане, и присел на корточки у прекрасного лица. Сведенные брови, напряженные скулы и взгляд, полный надежды. Страж протянул руку и коснулся красного локона, словно проверяя, не видение ли.

— Меня изгнали, помнишь? — скользнула Ариэлла алчным взглядом по его лицу, коснувшись щетинистой щеки мокрой ладонью. — И я подземными реками приплыла сюда. Хотела встретиться…

— Я думал тебя убили… — лицо Нивертона на миг исказилось скорбью, а затем вновь приобрело свое суровое выражение. — И мне очень жаль, что так и есть. Ариэлла никогда бы не променяла просторы океана на озеро в Мервом Лесу. — Эдна! — завопил он во все горло в кромешную тьму.

Озеро всколыхнулась и заволновалось. Русалка вздрогнула и принялась испуганно оглядываться, не понимая, что происходит.

— ЭДНА! — громом прошелся по лесу разъяренный крик Нивертона. — Покажись или я тебя из-под земли достану!

Озеро и русалка пропали, а на их месте выросли новые стволы деревьев. Искусственный мираж сгинул, и вокруг стража вновь сгустилась кромешная тьма. Совсем рядом колокольчиками раздался коварный смех. Страж обернулся, но его по-прежнему окружала лишь колючая темнота ночи, а несмолкаемый хохот все громче доносился из мрака, переливчатыми раскатами эха звуча с разных сторон леса…

— Покажись! — процедил Нивертон, окончательно потеряв терпение.

— Что-то наш могучий друид раскричался… — послышался из-за спины насмешливый голос, сопровождаемый трепетом четырех крыльев.

— Я с самого начала знал, что это твои проделки! — не без яда выплюнул страж прямо в лицо хранительницы леса. — Но не знал, что ты настолько жестока! — радостная улыбка вмиг слетела с лица феи.

— Не менее жестока, чем ты! — парировала она, оценивающе смотря с высоты на стража. — Если ты так заботишься о львире, где же она?

— Я пришел сюда лишь ради ее безопасности! — рыкнул Нивертон, с прищуром уставившись на фею. — И как ты можешь меня обвинять, когда сама привела?!

— Конечно, привела, — улыбнулась самодовольно та. — Одно испытание ты преодолел — разоблачил меня с русалкой… Но это не значит, что ты бы прошел его. А вот со вторым не так преуспел. Бросить Каису одну было не самым разумным решением.

— Она может за себя постоять, — не согласился страж. — В конце концов, если бы не ты, мне бы и не пришлось оставлять ее.

— Нет, — укоризненно покачала головой Эдна. — Ты не веришь в юную львиру, намеренно держишь подальше от всего на свете.

— Разве не мне поручено охранять ее? — непонимающе нахмурился страж.

— А еще обучать, — напомнила Эдна с тихим смешком. — Как же она научится сама за себя постоять, если не будет пытаться применить свои знания на практике?

— Не-е-е-е-ет, — затряс головой Нивертон в бурном протесте. — Ты не сделаешь это!

— Уже сделала! — в ликовании воскликнула фея.

— Каиса не глупа, она не уйдет из лагеря, что бы ты ей ни сказала, — уверенно парировал Нивертон, но внутри у него зашевелилось нехорошее предчувствие.

— Конечно, со мной она не пойдет… А с кем же тогда? С кем же, с кем же…? — будто бы серьезно задумавшись пробормотала Эдна, направив взгляд вверх и потирая пальчиком острый подбородок. — Со мной не пойдет, но пойдет с тобой! — коварно улыбнулась она, мгновенно изменившись в лице. — Точнее, уже пошла, ведь ее любимый наставник совсем недавно вернулся за ней и позвал с собой…

Нивертона пронзил мертвецкий холод, словно его резко бросили в то самое озеро, в котором миражом плескалась русалка. Все мышцы моментально пришли в тонус, а адреналин забарабанил пульсом в ушах. Ничего не ответив, страж тотчас бросился обратно, несясь быстрее молнии. Перепрыгивая через выступающие корни, натыкаясь на ветви в темноте и на лету перерубая препятствия, он не замедлился ни на секунду. Вслед ему не смолкая несся ужасающий хохот феи, многократно усиленный эхом. Он подгонял стража еще сильнее, нанося хлесткие удары по чувству вины.

Нивертон бежал так, как никогда прежде. Он несся, почти не касаясь ногами земли, летел, словно ветер, и пробивал дорогу своим телом, где не успевал взмахнуть мечом. Страж знал, что деревья путают его, стараются увести с нужного направления, но в голове, которая в миг стала абсолютно ясной, он уже все рассчитал. Не сбившись с пути ни на единый антроф, он уже мог заметить едва различимый дым костра.

Растрепанный, с окровавленным от острых сучьев лицом, лохматый и обезумевший, Нивертон не сбавляя хода ворвался в лагерь. Резко остановившись, он огляделся, бурно вдыхая воздух. Опустевший привал был тих, мрачен и безжизнен.

— Опоздал! — взревел Нивертон, размашистым движением ноги отправляя ближайший камень в долгий полет меж корявых ветвей. Со свистом взмыв в воздух, тот глухо стукнулся о какое-то препятствие.

— КАИСА! — заорал Нивертон, едва кислород вновь вернулся в легкие, но ответа не последовало. — КАИСА! КАИСА!!! — надрывался он, безжалостно разрывая ночную тишину. Бесполезно. Лишь тлеющий костер был единственным свидетелем его отчаяния.

Не теряя времени, Нивертон поймал ту самую ниточку отслеживающего заклинания внутри себя и рванул вслед за ее хвостом. Но не успел страж сделать и пары шагов, как из темноты показались огромные ноги. Они выросли неожиданно и так внезапно, что любой бы опешил. Осекшись на полушаге, Нивертон резко остановился и медленно поднял голову. Оттуда на него смотрели тупые клыкастые физиономии. Острые уши, приплюснутые носы, огромная грушевидная голова и желтые глаза… Тролли. Невыносимая вонь ударил в нос, от чего перед глазами зарябило. На щеку капнула вязкая слюна из огромного приоткрытого рта и потекла по подбородку стража.

Нивертон равнодушно обтер ее рукавом и звонко засмеялся. Это был не радостный смех, а скорее, безумный, горький и даже гневный. Тролли замерли в недоумении. Чего-чего, а такого поведения они ожидали меньше всего от своей новой жертвы.

— Вот, значит, ты как решила, да?! — заорал куда-то в пустоту леса страж, все еще недобро посмеиваясь. — Троллей подослала, лишь бы я ЕЁ не нашел! Так знай, что я ЕЁ все равно найду и как только выйду из твоего проклятого леса сожгу его подчистую! С землей сровняю! Да так, что уголька даже от него не останется! Поняла меня, Эдна?! Что-то теперь я не слышу твоего заливистого смеха!

— Говорливый попался, — пробурчал тот тролль, что казался пошире. — Надо лопать скорее, а то надоел уже!

— Ага… Гном переросток какой-то! — фыркнул тот, что был справа.

— Значит в нем больше мяса! Гыыы… — расплылся в плотоядной улыбке последний и занес дубинку над головой.

Нивертон едва успел увернуться от оружия с него размером и выдернул меч из ножен. Ловко крутанув в руке, он поднял его к лицу и направил острие на троллей.

— Ну! Давай! По одному! — тряхнул он головой, приглашая к нападению, но тролли не желали «по одному». Единственное, что они хотели и побыстрее, так это свежий сытный ужин, который стоял прямо перед ними с какой-то маленькой зубочисткой, словно как раз для того, чтобы нанизать мясистый кусочек на эту острую шпажку и съесть, не замарав рук.

— Не расплющь его, Камненог! — прорычал широкий яростно оскалившись на того, кто только что махал дубинкой. — Как потом его с земли соскребать?!

— Прости, Большебрюх… — сжался тот под его взглядом.

— Ловлю! — закричал третий, пытаясь схватить Нивертона руками. Тролль выполнял громкие движения напоминающие аплодисменты, но делал это с таким остервенением, что попади страж меж его ладоней, тотчас оказался бы раздавлен, словно комар.

Нивертон увернулся от смертоносных рук и совершил едва уловимое движение. Сверкнуло лезвие и из серой кожи брызнула темно-желтая жижа.

— Он меня ранил! Ранил! — взвыл тролль, хватаясь за увечье.

— Схватить! — взревел Большебрюх, кинувшись прямо на стража. Еле успев отскочить, Нивертон рухнул на траву, совершив кувырок между вонючих ног тролля. — Расплющь его, Толстозад! Плюхнись на него!

— У него очень острая тыкалка! — возмутился тролль, не желая, чтобы она проткнула насквозь его филейное место.