— Так нужна или нет? — Эдна играючи вертела в руках статуэтку, делая вид, что впервые ее видит. Взгляд метался с фигурки на стража, но расставаться с занятной игрушкой покровительница леса явно не собиралась так просто. — Смотри-ка, тот, кто вырезал из дерева эту вещицу наверняка знал толк в изящной работе… Какие линии, какие мельчайшие детали… Сразу видно, мастер очень старался все довести до идеала, да не при помощи магии, а с помощью своих умелых крепких рук и пламенного сердца…

— Не испытывай мое терпение. Говори, что хочешь взамен, — чопорно отчеканил страж, без труда догадавшись о мотивах феи, но та не спешила начать сделку, а все не выпускала из рук искусный предмет, всецело захвативший ее внимание.

— Крылья, львиное тело, тоненький хвост… Всё словно настоящее! И где же ты видел львиру, могучий друид, чтобы так точно ее воссоздать? — фея уже явно глумилась, наслаждаясь неловкостью стража и искусно испытывая его на прочность.

— Ты же все знаешь, так может уже хватит? — Нивертон хоть и пытался выглядеть невозмутимым, теперь у него это плохо получалось. Для стража было проще выйти на поединок с тремя троллями, чем оказаться заложником подобной ситуации…

— Конечно же я все знаю, — расплылась Эдна в коварной улыбке. — Хочешь ее обратно? — фея замахнулась рукой для броска. Нивертон инстинктивно дернулся, готовясь поймать, но деревянная фигурка осталась в фарфоровой руке. Заливистый смех колокольчиками зазвучал в тиши Мертвого Леса. Страж рухнул обратно на ствол, мысленно попрощавшись с предметом, в которого вложил всю душу. Он ни за что не станет заложником шантажа, пусть даже лишится дорогой для него вещи.

— Ох, как же давно я так не смеялась! — отдышавшись выговорила Эдна, обмахиваясь рукой, как будто ей стало очень жарко. — Пойми, дорогой Нивертон, здесь почти никто не бывает, а последний раз я так хохотала со старым колдуном, пока он не превратил мой лес в кладбище мертвых деревьев.

— То есть колдун был? — задумчиво пробормотал страж, желая получить хоть какую-то пользу от подтруниваний заскучавшей феи.

— Конечно же был, он давно ушел с материка, — подтвердила Эдна, неторопливо кружа в воздухе. — Но сейчас дело не в нем, а в твоем сердце…

— И что с ним не так? — ехидно поинтересовался страж, уже ожидая новых подвохов, да загадок.

— Не ты, но оно заблудилось в этом лесу, — сочувственно улыбнулась фея. — И не найдет оно путь отсюда, пока не признается себе в сокрытом.

— Хоть убей, но я не понимаю, о чем ты говоришь, — отмахнулся Нивертон, активно сопротивляясь ее вкрадчивому голосу, который молочной рекой вливался в уши и через них стремился попасть в голову, где незримо царил безопасный хаос.

— Она — твоя нареченная, — потрясла статуэткой Эдна, все еще беспощадно дразня стража. — Вдумайся в это слово.

— Вот еще! — выпалил Нивертон, сопроводив все это саркастическим смешком. — Можешь забрать себе статуэтку, а можешь выбросить, я сделаю другую, но выслушивать эти бредни не стану, — страж резко поднялся и хотел было уже двинуться к лагерю, когда его окликнул жесткий голос, в котором больше не слышались признаки игры, а лишь сталь.

— Отчего же? — грозно произнесла фея. Непойми откуда взявшееся эхо сделало и так хлесткий вопрос в разы громче. — Неужто ты и впрямь боишься, бесстрашный страж Друидэйна?

Нивертон замер на месте, все еще находясь спиной к дерзкой фее. Пару секунд он колебался, раздумывая стоит ли тратить свое время на ответ. Решив, что все же стоит, пусть даже его не поймут, страж повернулся и хладнокровно ответил:

— Это звучит дико, раз. Два — нет ничего опаснее для Каисы такого испытания. Три — у меня должны быть верные мотивы, а не личные. Это все будет лишь мешать нам обоим.

— Или, наоборот, поможет, — сурово произнесла Эдна, приземлившись на расстелившийся ствол ближайшего дерева. Теперь ее внешность уже не казалась легкой и наивной, а скорее устрашающей и величественной, как у существа, живущего не первые свои тысячу лет. За такое время вполне возможно растерять все терпение. — Ты боишься за юную львиру. Боишься уже не так, как раньше, и поэтому отталкиваешь ее. Не стоит недооценивать вашу с ней связь и намеренно рвать переплетенные нити. Вновь оттолкнув юную львиру, ты столкнешь ее в пропасть.

— Что ты понимаешь? — окончательно разозлился страж, наотмашь отбросив покорность и уважение перед древним существом. — Я ее наставник, моя задача — направлять Каису, а не поддаваться глупым миражам. Я смотрю на нее только как на ученика, и только. Расстояние необходимо, разве ты не знаешь, зачем все это?

— Я знаю много больше, чем вы все можете себе представить, — сопроводила она свои слова гордой ухмылкой. — Я знаю то, о чем даже мудрый Альвисс не подозревал. Остров Затмения пробудился, а с ним и древнее зло, скрывающееся в ночи. Черные тени чёрды вновь тянут длань в Солмир. Сомневающийся да не усомнится, легенды о гергерах не врут! — с каждой произнесённой фразой голос Эдны крепчал и в конце она едва не сорвалась на крик, жестоко блеснув глазами. Её руки были раскинуты в стороны, как будто она изрекала могущественное пророчество, а ноздри раздувались от нахлынувшего возбуждения.

— Не может быть… — страж резко побледнел и вновь осел на скрюченное дерево.

— Мне ведомо то, что скрыто от смертных, отважный друид. Я смотрю на много лет вперед, ведаю судьбы тысячи живых, а ваши с львирой сияют едва ли не ярче всех в Солмире.

— Тогда помоги советом! — попытался вразумить ее Нивертон. — Мы идем на ощупь в полной темноте!

— Я ведь уже дала тебе совет, могучий друид, — кокетливо пожала плечами Эдна, отбрасывая русый локон с плеча. — Самый полезный дала и самый мощный… И предостерегаю тебя, что вы не покинете этот лес, пока мой совет не будет исполнен. Для вашей же безопасности…

— Ты посмеешь удерживать нас здесь? — Нивертон наклонил голову на бок, с прищуром вглядываясь в прелестное лицо, не обремененное совестью.

— Если придется, до самой смерти, — коварно сверкнула глазами фея и кинула фигурку стражу. Нивертон ловко поймал ее и тут же спрятал в одежду. — Мне все равно на время, для меня сто лет как один час, — и Эдна, грациозно взмахнув прозрачными крыльями, пропала также неожиданно, как и появилась. Налетел легкий пряный ветерок.

— Химера… — досадливо сплюнул страж на землю.

— Эй, ты! — раздался раздражённый писк снизу. — Еще раз так сделаешь, я тебе зеньки на сапоги натяну пока ты спать будешь!

Нивертон растерянно опустил голову и увидел у своей ноги толстого гнома, волосы и борода которого местами обгорели, а одежда выглядела весьма грязной и оборванной. Тот брезгливо вытирал с головы вязкую слюну, которой страж случайно его наградил, и щедро обмазывал ее о штаны друида.

— Прошу прощение, — буркнул страж, отойдя на шаг в сторону, чтобы ненароком не раздавить недовольного.

— Я бы ее послушал… — бросил гном, как бы невзначай и поковылял восвояси. — Но я ведь не идиот, как ты! — крикнул он, отойдя на порядочное от друида расстояние.

— А я бы не подслушивал! — проворчал ему в след Нивертон, которого этот нахальный гном хорошенько взбесил.

Пнув дерево, на котором сидел, страж в еще более разбитом состоянии поковылял обратно к лагерю. На самом деле причина такого раздражения крылась не в гноме и не в фее, а таилась намного глубже, оттого так сильно выводила из себя. Необъяснимый страх подбирался по чуть-чуть, незаметно подкрадывался, ненавязчиво приставал, а затем в раз поразил своей силой. «Конечно же фея не права, что за чушь!» Дела сердечные последнее, о чем думал страж, если вообще вспоминал об их существовании. Может он и вовсе затух? Давно не был ни с кем в открытом сражении и попросту размяк?

Вернувшись в лагерь, Нивертон обнаружил там лишь Каису на удивление смиренно читающую книгу Магии Слова под деревом.

— А где Вестагар? — сухо поинтересовался он, присаживаясь неподалеку.

— Ушел собирать хворост для вечернего костра, пока еще что-то видно, — львира подняла глаза и упрямо спросила, возвращая стража к начатому с утра разговору. — Так чья это была рука?