— Их стало больше, — едва шевеля губами прошептала на ухо стражу заметно побледневшая львира. — Они очень голодные…

— Слышу, — напряженно ответил Нивертон сквозь душераздирающие крики омроков. — Остается только ждать.

Каиса закрыла уши руками. Эти невыносимые вопли и визжания могли кого угодно свести с ума. Теперь ей было даже жалко отвратительных созданий, которые всего несколько часов назад пытались ее съесть заживо. Прижавшись спиной к валуну, отделяющему ее от бойни, львира терпеливо ждала, когда кровавая резня закончится.

Слева что-то пролетело и, глухо ударившись о скалу, с размаху упало на землю. Покатившись в сторону Каисы, оно уперлось ей в ногу и остановилось. Судорожно дыша, львира медленно направила взгляд вниз. Оттуда на нее смотрела откушенная голова омрока, на лице которой застыл весь спектр эмоций мученической смерти. Нивертон отреагировал стремительно. Толкнув Каису к валуну, за которым прятался воин, он сиганул следом за ней. Притаившись за новым укрытием, львира присела на корточки у маленькой щели внизу и поняла — страж только что вновь спас ей жизнь. Прямо на том месте, где только что прятались друиды, появилась огромная морда волколака. Мощные челюсти сжали лежащую на земле голову и с звонким хрустом раскололи так легко, словно орех. Черная жижа брызнула во все стороны, а воздух наполнился невыносимой вонью.

«О духи, внутри омроки еще ужаснее, чем снаружи», — пронеслась мимолетная мысль в голове у Каисы, едва различимая сквозь оглушительную симфонию барабанов несмолкающего пульса и душераздирающих воплей и хрипов резни.

Волколак, практически не жуя, проглотил добычу и настороженно принюхался. Львира почувствовала, как не хватает воздуха. Вдохи становилось делать все тяжелее. В какой-то момент ей показалось, что огромный красный глаз смотрит прямо на нее через эту маленькую щелочку. Сердце пропустило удар. Внезапное прикосновение к губам. Это Нивертон приблизился сзади и аккуратно положил свою ладонь на ее приоткрытый рот. Каиса и не заметила, как громко дышала. Превратившись в неподвижные статуи, все трое путников напряженно ждали, боясь выдать себя лишним звуком.

Огромный черный нос звучно втягивал воздух вокруг. С каждой секундой он становился все ближе. Вестагар схватился за рукоять меча. Нивертон удержал его руку и приложил палец к своим губам, затем медленно коснулся ладонью земли. Твердь вздрогнула, словно прочувствовав его магическое прикосновение. Валуны вокруг заходили ходуном. Почва словно взбесилась и пошла мелкой рябью. Камни с гор посыпались на голову. Сообразив, что есть риск оказаться не только съеденными, но еще и раздавленными, Каиса шепнула: «Рэта́рден!» Камень, летящий прямо на нее с грохотом, раскололся о заслон.

Альфа зарычал, а потом громко завыл, призывая стаю. Через минуту она, прихватив еще десяток омроков, уже пропала из поля зрения.

— Сработало! — выдохнула Каиса, многозначительно переглянувшись с Нивертоном.

— Ну вы, дриуды, даете… — нервно засмеялся Вестагар. — С такими талантами вы могли бы покорить ни один народ…

— Могли бы, но мы далеки от войн и распрей мира, — дружелюбно ответил Нивертон, положив руку тому на плечо. — Нам бы свое наследие сохранить.

Опасность миновала и теперь можно было выйти из-за валуна. Глазам предстало омерзительное зрелище. Расчлененные омроки лежали среди опавших камней в абсолютно распотрошенном виде. Местность была усеяна внутренностями, кровью и остальными частями совсем недавно живых существ. Лютейший смрад душил, мутя сознание. К горлу подступила тошнота.

— А это могли быть мы, — позитивно подметил Вестагар, равнодушно окидывая поле боя. Каиса обернулась на Нивертона. Тот хмуро смотрел на обезображенные тела задумавшись о чем-то своем. Было видно, не только она потрясена этим зрелищем.

— Идем, они могут в любой момент вернуться, — наконец произнес он, приобняв Каису за плечо и уводя подальше. — Куда ты держишь свой путь, воин?

— Я отведу вас к себе в убежище, — дружелюбно отозвался тот. — Там вы сможете отдохнуть в безопасности. Хватит на сегодня приключений…

— Да услышат тебя духи… — согласился страж.

Солнце пекло нещадно. От вчерашней грозы не осталось и следа. Совсем недавно свинцовое небо теперь покрывали редкие облака. Воин снял свой меховой плащ и развязал шиворот рубахи. Было видно, что он спарился. Грузно шагая впереди и то и дело смахивая капли пота со лба и волос, Вестагар старался держаться тени. Каиса же наоборот, подставляла солнцу плечи и жадно впитывала каждый его луч. Тело ослабло без пищи и отчаянно нуждалось в тепле. Нивертон же никак на солнце не реагировал. Он просто шел за воином мало заботясь о погоде вокруг. Нет опасности — значит остальное пустяк. Его волновали более важные вещи, сказанные Вестагаром ранее о Чаше Жизни. Помня рассказы Альвисса о том, сколько вреда причинил этот волшебный сосуд, страж не мог выкинуть из головы обстоятельство, что кто-то может найти его. Тогда история повторится, вновь начнется великая битва меж королевствами, будут созданы новые существа, лишенные собственной воли и Солмир погрязнет в крови и смерти. Никто не должен владеть подобной силой, даже самый старый мудрец. «Власть — всегда соблазн», — прозвучали в голове слова Альвисса, сказанные им при посвящении Нивертона в стражи Друидэйна, — «и даже наиболее стойкие мира сего склонятся перед ее притягательной силой. Подчиняется же она лишь тем, кто и вовсе не жаждет могущества и лишь над теми бессильна.»

Перевалило за полдень, когда через скалистые горы путники добрались до заветного места, где можно было наконец сделать привал. Именно во время дороги напали голод и жажда, незаметно подкрадшиеся пока друиды были заняты своими опасными приключениями. Юркнув за Вестагаром в неприметную расщелину, путники оказались в обширной пещере, в которой уже успели обжиться.

Сквозь полумрак можно было разглядеть кое-какие детали. На полу валялись несколько одеял, пара недогоревших свечей воском слились с каменной стеной, а в дальнем углу лежали припасы и какая-то одежда.

— Давно ты в этих землях? — осмотревшись спросил Нивертон.

— Пару лун, — не скрывая ответил воин. — Я уже все горы облазил, но секретного хода Тарука так и не нашел. Магия какая его охраняет или чары? Уж и не знаю. Зато тварей всяких встретил… Вы угощайтесь, а свои припасы приберегите на потом, — протянул он им несколько кусков вяленого мяса и яблоки.

— Что это? — понюхала Каиса непривычную для нее пищу. — На химеру похоже.

— Жрите! — грубо ответил Вестагар, ухмыльнувшись из-под бороды. — Оленина это.

— Но… — Каиса перевела озадаченный взгляд на Нивертона, мол «друиды же не едят мясо», но тот молча кивнул. В подобных условиях не приходится быть избирательным к тому, что кладешь себе в рот.

— Поедите, отоспитесь и дальше в путь отправляйтесь. Кстати, а куда идете-то? — вдруг устремил он на них заинтересованный взгляд проницательных карие глаз.

— К эльфам, — немного помедлив все же ответил Нивертон.

— О-о-о… по-нят-но… — протянул воин, вскинув брови и округлив глаза. — Остроухие, значит… — и погрузился в напряженное молчание.

— Мы не друзья и даже не союзники, — поспешил добавить страж, заметив неоднозначную реакцию воина.

— Да-да! — мгновенно поддержала Каиса своего наставника. — Мы их вовсе не любим, особенно, с недавних пор…

— Но лишь эльфы ведают о том, что назревает в Солмире, — продолжил Нивертон, посылая ей многозначительный взгляд, мол «помни, нельзя раскрывать истинные цели чужакам.»

— Конечно! — хмыкнул Вестагар. — Потому что эльфы и устраивают все это… Им лишь бы мир переколошматить в своих целях, а что с другими будет — плевать! И никто моложе их не интересует.

— Разве? — удивилась Каиса, вспомнив, что всего лишь пару дней назад сильно интересовала эльфов несмотря на то, что ей всего два месяца с хвостиком.

— Ну конечно! Слушайте! — мигом воодушевился Вестагар тем, куда зашел разговор. — Все можно показать на яйцах. Королевства — это желтки, а территория — белки. Эльфы берут половник и все эти желтки между собой смешивают. Потом закидывают на сковородку и лопают на завтрак!