— Чем быстрее, тем лучше. Боюсь, надвигается буря, — густые брови старца вновь сомкнули на переносице.

***

Каисе дали пару дней освоиться в деревне, по-настоящему познакомиться с ее жителями и привыкнуть к переменам. Нивертон дал бы ей больше времени, если бы не Альвисс. «Юной львире предстоят большие свершения» — вновь и вновь повторял он, неуступно качая седой головой — «не стоит терять драгоценное время, каждый упущенный день может стоить ей очень дорого». Откуда у архидруида была такая уверенность, никто сказать не мог. Он ведь и сам не мог абсолютно точно знать, что же ждет Каису в будущем. Однако, Нивертон неохотно признавал, что старец прав и времени на обучение Каисе может не хватить. Чем быстрее она начнет заниматься магией, тем лучше для нее же.

Учитывая намеченный плотный график, Нивертон уже во вторник пришел к друфу Каисы, чтобы отправится вместе с ней на занятия. Постучав в дверь, он принялся терпеливо ждать, но ему никто не ответил. Тогда он забарабанил по двери сильнее, но вторая попытка вновь не принесла результат. Нивертон дернул ручку и дверь легко поддалась. В достаточно уютном маленьком друфе никого не было.

Страж Друидэйна вышел на крыльцо. Он понятия не имел, где находится его подопечная и вновь почувствовал себя непутевым попечителем. Ну сколько можно уже натыкаться на невидимый барьер? Каиса что в львином виде, что в человечьем совершенно неуловима… «Вот и куда она вновь подевалась?» — размышлял он, в смятении огибая друф. «Должна же она где-то быть!»

Нивертон оглядел подлесок, постепенно перерастающий в высоченные густые деревья, обрамляющие деревню словно непроходимый крепкий забор, и вдруг на глаза ему попалось какое-то желтое пятно. Словно кто-то рассыпал сено на свежей траве, и оно упало не плашмя, а воткнулось прямо в землю. Светлые кудряшки, словно колоски возвышались над полем белого клевера.

Нивертон тяжелым шагом направился прямо к тому месту. «И что она там делает? Кто с утра пораньше отправляется в поле, чтобы на нем лежать? Обычно там собирают травы или пасут скот. Полежать можно и дома в кровати или в гамаке на дереве, не может же быть львира настолько необычной…» — рассуждая в подобном ключе Нивертон подошел к «желтому пятну» и понял, что львира еще странне, чем он мог предположить ранее.

Каиса мирно спала на земле в одной ночнушке, которую ей подарила Сирра, когда помогла обустроиться в доме. Совершенно беззаботно, она сладко посапывала во сне и, когда Ниверон подошел, ни одни ее мускул не дрогнул. Видимо, спят львиры очень крепко.

Он присел рядом с ней на корточки и сорвал колосок. Ему было жалко будить Каису, но ее новая жизнь должна предполагать дисциплину и определенный режим. Нельзя больше вставать, когда заблагорассудится или убегать не предупредив. Теперь она разумное существо, способное держать ответ и брать ответственность за принятые решения. Маковка колоска пробежала по ее предплечью, заставив мурашки табуном проследовать за ней. Львира сморщила носик и перевернулась на спину. Нивертон предпринял еще одну попытку. Взяв колосок, словно маленький меч, он беспардонно ткнул его пушистой частью львире в ухо.

— Эй! — недовольно донеслось из-под копны волос. Каиса дунула и они мгновенно слетели с ее лица. На стража презрительно уставились золотисто-карие глаза. — Что?!

— Почему ты спишь здесь? — поинтересовался Нивертон. — У тебя же есть собственный друф с удобной кроватью.

— Я так привыкла, — сонно пробурчала Каиса и перевернулась на левый бок, спиной к Нивертону.

— Ну, нет, — легонько потормошил он ее. — Нужно заниматься. Ты же хотела научиться магии?

— Но не так рано, — нечленораздельно ответила девушка и из-за волос послышалось тихое сопение.

— Каиса… Каиса! — позвал ее вновь Нивертон, но никакой реакции не последовало. — Проснись пожалуйста! — почти крикнул он, но дыхание львиры не сбилось ни на йоту. Она все так же безмятежно спала, словно и вовсе его не слыша. В ход вновь пошел колосок, но львира больше не реагировала на это изощренное орудие пыток.

— Ну что ж, ты не оставила мне выбора, моя нерадивая подопечная, — вынес вердикт Нивертон, израсходовав все запасы терпения. — Если ты меня слышишь, тебе лучше сейчас же проснуться, иначе потом пожалеешь об этом, — просто оповестил он и поднял Каису на руки. Словно ничего не слыша, она продолжала крепко спать. Даже веки ни разу не дрогнули.

— Ну, ладно, пойдем, — добро произнес Нивертон, по-видимому, сам себе, и пошел к северной стороне деревни. Преодолев подлесок, он пробрался через камышовые заросли и подошел к галечному берегу.

— Последний ша-а-анс, — пропел он без капельки сочувствия и, не услышав ничего в ответ, отпустил руки.

Львира камнем упала в холодную воду. Карие глаза распахнулись, и каждая клеточка ее тела закричала. Рыча и отплевываясь, она стрелой вылетела из озера Дэ́орен и усевшись на камень принялась пилить стража недоброжелательным взглядом стуча зубами от холода.

— Надо было воспользоваться шансом, — лишь пожал плечами тот.

— Надо было не быть таким занудой! — парировала она.

— Я не зануда, вот как со мной весело, — невинно улыбнулся Нивертон, сменив гнев на милость. — Не у каждого утро начинается с купания.

— Ага, обхохочешься, — обиженно обронила мокрая с ног до головы Каиса.

— Беги переоденься, и приходи обратно. И чтобы быстро! — с наигранной серьезностью бросил Нивертон, сделав строгий взгляд. Львира недовольно поплелась в Друидэйн. Она еще не понимала той серьезности, с которой все человекоподобные существа относятся к жизни. Все, чем она занималась до этого, так скиталась по просторам этого мирного края и была свободна и вольна, словно ветер в бушующем море. А тут тебе какие-то обязанности, о которых с роду не слышали, и упражнения. Она не поддавалась дрессировке и когда была львирой, так что сейчас должно поменяться?

Вытершись и переодевшись, Каиса нехотя вернулась к озеру. Первый в ее жизни урок магии начался.

— Для начала тебе нужно научиться чувствовать природу. Понять ее всю изнутри, — напутствовал Нивертон, прохаживаясь вокруг львиры. — Ляг на землю.

Каиса послушно выполнила не задавая вопросов, несмотря на то, что они у нее сразу же появились. Вот зачем надо было ее сначала поднимать из этого положения? Чтобы потом вернуть в него же? Совладав с внутренним раздражением, она не без труда очистила разум и попыталась понять, что же говорит ей наставник.

— …словно реки текут под землей, так течет наша кровь в венах. Расслабься, почувствуй силу природы.

Каиса сделала медленный вдох и выдох.

— Теперь сосредоточься не на своих чувствах, а на поведении земли. На ее вибрациях. Почувствуй, как солнечный свет проникает в твою кожу, как наполняет тебя энергией. Слейся со всем, что тебя окружает.

Каиса сделала глубокий вдох и шумно выдохнула. Едва она расслабилась, как в голове случился мощный взрыв, словно открылся портал в какой-то новый неизведанный мир. Она почувствовала, как где-то под землей копошатся муравьи, как шумит речение реки, как солнечный свет пронизывает все ее тело. Каиса узнала, отчего волнуются деревья, расслышала их тихий шепот и поняла настроение зверей в округе. Вся природа была связана, словно корни старого дерева оплетают все вокруг.

— Я поняла… — прошептала она еле шевеля губами.

— Хорошо, — раздался одобрительный голос откуда-то сзади. — Тогда скажи, что ты слышишь?

— Я слышу, как переговариваются животные, я понимаю их язык, но не через слова, а через эмоции. Вот мимо пробежал заяц. Он испугался звука кузнечного молота. А совсем рядом птицы поют о весне. Они радуются теплу и спеющим плодам леса.

— А о чем журчит вода? Ты слышишь ее голоса?

Каиса напрягла все свои ощущения до предела. Мысленно погрузившись в водную глубь, она услышала невероятное пение, самое прекрасное, что когда-либо звучавшее на земле:

В зеркальной глади озера