— Ну как? — сонная хрипотца звучала в её голосе.
— Это было ужасно. Мне срочно нужно помыться.
— Твоя правда, аромат не очень, — Марша вздёрнула носом. — Так что было?
— Я умерла.
— Тьфу на тебя, ну и шутки, — подруга обиженно надула губы, — а на самом деле?
— На самом деле. Я умерла от яда здоровенной кобры и каким-то чудом вернулась к жизни.
— Надеюсь, оно того стоило, — всё ещё недоверчиво произнесла Марша, оглядывая ведьму. Выглядела та и правда так, будто пережила нечто страшное: форма была покрыта слоем грязи и пыли и разорвана в месте укуса, волосы облепили взмокшее, блестящее лицо, у губ размазаны багровые следы.
— Я мыться. Не думаю, что ты долго выдержишь мое благоухание.
— Постарайся никому не попасться. Если кто-то застанет тебя бродящей по коридорам, в лучшем случае примут за призрака. Но если тебя обнаружит Лилиан…
Клэр тихонько притворила дверь и крадучись двинулась по лабиринту коридоров. Хотя кровь она и стёрла платком, в целом её вид всё ещё мог бы вызвать вопросы. Сумрак замка перемежался приглушённым светом, льющимся из окон, но его едва доставало, чтобы не споткнуться и не пропустить нужный поворот. Спустившись в купальню, она осторожно осмотрелась: никого. Нагретой воды оставалось совсем немного, поэтому нежиться не пришлось. Рана под разодранным рукавом затягивалась удивительно быстро; пока Клэр, обливаясь всё более холодной водой, пыталась промыть волосы, от неё уже остались лишь две тёмные точки с неглубокой дуговой отметиной челюсти. Ведьма облилась последним, ледяным ушатом воды, и на миг у неё сперло в груди. Она склонилась и увидела, что на месте месяца, будто притаившись под кожей, таинственно мерцала половинка луны. Клэр коснулась этого места и ощутила легкое покалывание в кончиках пальцев.
Она взяла с собой светлое платье, чтобы переодеться в чистое, и теперь, скользя в его разлетающейся от движения ткани, с распущенными, еще влажными волосами, она и впрямь больше всего напоминала привидение, что обитало среди этих колонн и хозяйничало за запертыми дверями.
Наверху лестницы послышались шаги. Клэр замерла, надеясь не выдать себя.
— Кто здесь? — это был голос Лилиан.
Шаги приближались. Клэр притаилась за поворотом лестницы, едва дыша. Лилиан остановилась, вслушиваясь в ночную тишь. На ступенях было совершенно темно, однако Клэр уже видела отсвет зажжённой лампады на стене. Он двигался, становясь то более контрастным, то размываясь, словно Лилиан водила источником света из стороны в сторону. Наконец, звук, издаваемый её ботинками, начал удаляться. Клэр выждала ещё пару минут и только тогда продолжила путь. Ни на выходе из башенной пристройки, ни у комнат никого не было.
Однако, открыв дверь комнаты, она увидела горящий свет и стоящую посредине Лилиан. Она поджала губы и скрестила руки на груди, приняв крайне недовольный вид.
Марша, прикрывшись одеялом, оставалась в постели.
— В чём дело, почему нам не дают спать? — нарочито возмущалась она.
— Потому что твоя подружка нарушает комендантский час и шатается, где ей вздумается, — неприязненно ответила старшая.
— Я была в купальне.
— Почему ночью? — Лилиан вскинула подбородок, рассматривая скомканную форму в руках Клэр.
— Потому что вы тоже женщина и должны понять некоторые вещи, недоступные мужчинам, — витиевато, но доходчиво нашлась Марша. Клэр криво улыбнулась.
— Несносные девчонки Арвинга, — выпалила их надзирательница и вихрем вылетела прочь, напоследок хлопнув дверью – видимо, для острастки.
— Я же просила тебя не попадаться, — закатила глаза Марша.
— Прости. И спасибо, — Клэр положила одежду на тумбу с мыслью, что с рукавом придётся что-то придумать. — Она обнаружила меня ещё на лестнице, но я думала, что мне удалось её обмануть. Вот же собачье чутье…
— Собачья работа – гоняться ночью за подчинёнными, — Марша дважды постучала указательным пальцем по виску и улыбнулась, — но на сегодняшней охоте лиса оказалась хитрее. А теперь давай спать, наконец, — и, подскочив на скрипучей кровати, она укрылась тонким одеялом с головой.
Клэр ожидала, что короткий сон перед ранним подъёмом больше заберёт сил, чем подарит, но даже за каких-то четыре с небольшим часа она успела прийти в себя и ощущала заметный прилив бодрости. Вопреки всему её тело, которому надлежало чувствовать себя изможденным, было полным сил. Правда, заштопать рукав она так и не успела, а потому перетянула его марлевым бинтом, чтобы при случае ссылаться на собственную неосторожность. За завтраком ей хотелось болтать, и её свежее лицо сильно отличалось от сомнамбулических выражений сидящих рядом магов.
— Ты сегодня просто сияешь, — отметила Тина, — хорошо спала?
— Ага, только полночи храпела так, что весь этаж не мог разделить ее счастья, — кисло ответила вместо Клэр усталая Марша. Вот кто очевидно нуждался в отдыхе.
— Прости, — виновато покачала головой ведьма.
— А это что за украшательства? — Тина сделала неопределенный круговой жест указательным пальцем, имея в виду область вокруг глаз.
— Что? — Клэр потерла веко и посмотрела на кожу. Чисто.
Марша присмотрелась и ахнула:
— Искрится… — она порылась в сумке и достала карманное зеркальце. — Смотри.
Клэр действительно успела уделить некоторое внимание своей внешности, пока собиралась, но это касалось разве что прически: вместо привычной косы она оставила часть волос свободными, отпустив их на две стороны, а другую часть, ближе к лицу, заплела в две косы по разные стороны. Но речь явно была не об этом. Взгляд ее серых глаз казался глубже, словно под ресницами провели чем-то темным, а под бледными, с проглядывающими прожилками сосудов веками гуляло серебристое мерцание.
— Ох, — Клэр оттянула уголок глаза пальцем, — да… Небольшой секрет из бытовой магии.
— Что поделать, здесь конкуренция за мужское внимание выше, чем под крылом мастера Арвинга, приходится идти на крайние меры, — Марша издала короткий смешок.
Клэр была благодарна ей за неутомимую находчивость.
Тина улыбнулась:
— И на чье сердце претендуешь?
— Пожалуй, того принца, что сможет одолеть все ядовитые шипы и острый язык Шиайхи, иначе не годится.
Ведьма почувствовала на себе тяжёлый, настойчивый взгляд. Дестан как будто с долей удивления смотрел на неё из-за спин воинов, подпирая подбородок руками. Заметив, что Клэр смотрит на него в ответ, он, выдержав несколько секунд, отвёл глаза и принялся о чём-то беседовать с Оскаром. Тот тут же засмеялся; прежде Клэр непременно бы приняла шутку, которой она не слышала, на свой счёт, но на этот раз отреагировала спокойно, будто её это и не могло касаться.
Зал для отработки навыков магии наполнился колдунами и ведьмами восточной цитадели. На этот раз Клэр не собиралась отсиживаться в тени. Какая-то бродящая в крови, как хмель, сила требовала своего выхода. Когда она заявила о своём желании участвовать, Лилиан не стала препятствовать. Грейс, похожая на пантеру с ее лоснящейся темной кожей, решительно ступила в центр, занимая место против Клэр снова.
— Они ведь уже сражались, — Арс вскинул руку, привлекая внимание Лилиан, — разве не будет лучше сменить соперника?
— Здесь я решаю, — отрезала старшая.
И дала отмашку к началу поединка.
Мел словно танцевал в сжатых пальцах. Клэр выводила знаки почти бесконтрольно. В круге вырисовывались многозначные завихрения, полосы и точки, складываясь в сложные извилистые рисунки. Она не замечала ничего вокруг, всё стихло; время, как напуганный зверь, остановилось перед ее хищническим, гипнотическим намерением.
— Богиня, ниспошли силу своего пламени, — глаза Клэр закатились, оставив только пустые белки. Она слепо вскинула руки вперед, и бело-голубой огонь, обвивавший их, сорвался с кончиков пальцев огромной зазубренной пастью.
Грейс, стоя в защитном круге, с трудом удерживала его границы, проминавшиеся под напором чудовищной магии. Сияющие магические стены, окружавшие ее, издавали громкое дребезжание.
