бледный, розовато-серый цвет зари.

В гостиной нас ждала Арина. Она не спала всю ночь, тревожно меряя комнату шагами

вместе с Мэтью. Стоило тяжелым дверям холла распахнуться, как моя девочка

буквально взлетела по лестнице и бросилась ко мне на шею, едва не сбив с ног.

— Мама! О боги, вы вернулись! Всё хорошо? Что случилось? — затараторила она на

русском языке, судорожно заглядывая мне в лицо и проверяя, цела ли я.

Я крепко прижала её к себе, чувствуя, как последние капли дорожного холода

окончательно покидают моё тело.

— Всё хорошо, Ариша. Всё просто замечательно, — я улыбнулась ей сквозь слезы

облегчения. — Твоя мама сегодня провела экстренную коникотомию на паркете

королевского бального зала с помощью фруктового ножа и серебряной соломинки для

коктейлей. И спасла тетку короля.

Арина опешила, её глаза округлились в немом изумлении. Она перевела взгляд на

Алистера, который стоял чуть позади меня, бережно забирая у меня тяжелую

дорожную шаль. Граф тепло, гордо усмехнулся, подтверждая мои слова кивком.

— Твоя мать — великая женщина, Арина, — негромко произнес он, и в его голосе

слышалась такая глубокая гордость, от которой моё сердце сладко сжалось. — Она

не просто спасла герцогиню Клеманс. Она растоптала Ванессу и её лекарей перед

лицом всего двора. Король лично признал её искусство.

Арина восторженно взвизгнула, снова обнимая меня, а затем весело рассмеялась,

утирая слезы радости. Мы сидели в гостиной еще около получаса. Мэтью принес нам

горячего чая с мятой и легких лепешек, и мы подробно рассказали дочери о деталях

нашей дворцовой дуэли. Арина слушала затаив дыхание, её глаза сияли гордостью за

свою сумасшедшую, всемогущую маму-хирурга.

Наконец усталость взяла своё. Я буквально вытолкала Арину спать в её светлую

комнату, пообещав, что завтра мы весь день проведем вместе, гуляя по столице.

Когда особняк окончательно погрузился в тишину, я поднялась в свои покои на

втором этаже. Алистер шел следом, неся мой саквояж. Он вошел в мою спальню,

поставил вещи у стола и подошел к широким стеклянным дверям, ведущим на частный

каменный балкон, выходящий в тихий внутренний сад.

Он распахнул створки. В комнату ворвался ледяной, чистый ночной воздух,

мгновенно вытеснив удушливый запах свечного воска. Небо над Валарией было

кристально чистым, усыпанным миллионами ярких, колючих звезд, которые искрились

на фоне темно-синего бархата космоса.

— Иди сюда, Элинор, — негромко позвал Алистер, протягивая мне руку.

Я набросила на плечи теплую меховую накидку и шагнула на балкон. Мороз мгновенно

укусил мои щеки, но когда Алистер обнял меня сзади, прижимая к своей горячей

груди и укрывая полами своего тяжелого плаща, мне стало тепло и невероятно

уютно. Мы стояли в тишине, глядя на спящий заснеженный сад внизу.

— Сегодня на балу… — тихо заговорил Алистер, и его подбородок коснулся моей

макушки. — Когда я объявил тебя своей невестой перед лицом короля… Я не лгал,

Элинор. И это не был просто тактический маневр, чтобы защитить тебя от

гвардейцев.

Он осторожно повернул меня к себе за плечи, заставляя заглянуть в его темные,

пылающие глубоким чувством глаза. В их глубине отражался холодный блеск далеких

звезд. Алистер запустил руку под плащ, извлек оттуда небольшую бархатную

коробочку и открыл её.

Внутри на темном ложе покоилось изящное кольцо из белого золота с крупным,

чистейшим изумрудом в обрамлении мелких серебряных искр. Фамильное кольцо его

матери.

— Я люблю тебя, Элинор, — его голос прозвучал как низкий, вибрирующий рокот,

проникающий под самую кожу. — Спокойной, глубокой и зрелой любовью мужчины,

который нашел свою женщину среди ледяных скал. Я хочу, чтобы ты стала моей

женой. Настоящей графиней Рэйвенсвуд. Хозяйкой Черного утеса и моей жизни.

Согласна ли ты связать свою судьбу со мной?

Слезы перехватили моё горло. Я смотрела на кольцо, на этого сильного,

израненного воина, который стоял передо мной, полностью доверяя мне свое сердце.

Я любила его. До безумия любила. Но мой хирургический практицизм и разум

взрослой женщины требовали честности.

Я осторожно накрыла его ладонь своими пальцами.

— Алистер… — тихо заговорила я, глядя ему прямо в глаза. — Мое сердце

принадлежит тебе, ты это знаешь. Я люблю тебя. Но я должна быть честной. Я не

смогу быть просто покорной графиней, которая сидит в замке, вышивает гобелены и

принимает гостей на балах. Я — хирург, Алистер. Я врач. Мое призвание — спасать

жизни. И здесь, в этом мире, я хочу использовать твою силу, твоё богатство и ту

королевскую милость, которую мы сегодня заслужили, чтобы построить настоящий,

современный госпиталь. Я хочу открыть первую Медицинскую академию, где буду

учить людей элементарной гигиене, правильному уходу за роженицами, анатомии и

хирургии. Я хочу менять этот мир к лучшему. Ты готов принять такую жену? Женщину

со скальпелем в руках, которая будет ночами пропадать в операционных и спорить с

твоими министрами о чистоте улиц?

Алистер долго смотрел на меня, а затем на его губах появилась потрясающая,

теплая и невероятно нежная улыбка. В его глазах загорелся огонь истинного

преклонения перед моей силой.

— Я ожидал от тебя именно этих слов, моя попаданка со скальпелем, — тихо