А сама Анджали? Сначала она с упорством боевого слона двигалась к цели, пытаясь завоевать царя богов. Потом с таким же упорством противостояла царю богов, отстаивая своё право быть с ним, с Танду. Кто знает, не обратится ли её сердце к кому-то третьему? И она с таким же упрямым исступлением бросится в объятия к новому возлюбленному. К тому, кто сможет танцевать с ней лунными ночами на берегу лотосового озера.
Как просто пожелать – и как это нелегко, когда знаешь, что твои желания раз за разом превращались в прах.
Советник, который оказался вовсе не советником, не торопил Танду, давая время подумать.
И решение пришло как-то легко, словно выплыло из глубин подсознания. Словно Танду знал об этом с самого начала, но почему-то упорно прятал эти знания поглубже, подальше…
– Ты знаешь, чего я хочу, учитель, – сказал он. – И знаешь, что будет лучшим для меня. Поэтому отдаю свою жизнь тебе. Распорядись ею так, как считаешь нужным.
Советник обернулся к нему, и теперь лицо его просветлело и просияло так, что стало почти белым, хотя раньше кожа его была, как палочка корицы.
– Ты принял правильное решение, – сказал советник и благословил его, положив ладонь на голову Танду.
– Только прошу, – торопливо добавил он, – не наказывай Анджали за мои ошибки. Пусть она живёт и будет счастлива!
– Лучше молчи! Глупый и неблагодарный ученик! – но вопреки словам советник вдруг рассмеялся.
И даже чёрные молнии запрыгали вокруг, как радостные дети.
– Ладно, пусть будет так, – сказал советник. – Знаешь, Танду, при всей моей силе я не могу заставить богов, людей, нагов стать лучше. Каждый выбирает свой путь сам. Но я могу помочь тому, кто выбрал путь добра и света. Иди к своей Анджали. Останови её. Если кто и сможет вырвать её из транса и остановить это безумие, то только ты. Только ты знаешь её лучше всех. Держи, – он протянул Танду женское украшение.
Золотое кольцо-натх с рубиновыми камешками. Такое кольцо жених дарит невесте, как своей будущей жене.
Танду узнал это кольцо. Когда-то в Патале он подарил его Анджали, чтобы показать нагам, что она – его законная жена, и что никто не смеет посягать на неё. Потом нашёл это кольцо в древнем святилище, уже будучи человеком. И дважды кольцо терялось. А вот теперь вернулось в третий раз.
Взяв украшение, Танду неуверенно покрутил его в пальцах, потом сжал в ладони.
– Как же мне остановить её? – спросил он. – Я пытался сделать это раньше, но она уже не слышала меня.
– Откуда я знаю – как? – пожал плечами советник. – Одно я знаю точно – боги позорно бежали, наги струсили и предпочли остаться в стороне, и только человек пошёл в неравный бой. Только человек способен на подвиги во имя жизни, во имя любви. поэтому иди и останови уже свою жену! Пока она не разбила этот мир на куски, как глиняную чашку в собственной кухне! Всё началось с того, что тебя хотели убить. Подумай, об этом.
Танду спрыгнул с каменной груды и побежал туда, откуда всё началось. На главную улицу перед царским дворцом.
Пятки прижаривал раскалённый камень, и вокруг летали и взрывались чёрные шаровидные молнии, но, видимо, человека хранило благословение бога, потому что Танду благополучно миновал завалы разрушенных домов, проскользнул мимо молний, и ворвался в вихрь воды и ветра.
На мгновение он оглох и ослеп. Поток воздуха схватил его, потащил по кругу… Но словно какая-то сила подтолкнула сзади крепко и резко, и Танду вылетел из смерча, как камешек из детской рогатки.
Здесь творился настоящий хаос. Не считая громовых раскатов, бешеного воя бури и хлопков от взрывающихся молний, вокруг извивались языки пламени и роились искры, словно огненные змеи и пчёлы. Летящий песок забивал глаза и нос, мелкие камешки больно чиркали по щекам и лбу. Танду закрылся рукой, пытаясь хоть как-то защититься от безумия стихий.
А в центре этого хаоса танцевала Анджали. Его Анджали.
Танду невольно залюбовался её танцем. Диким, сумасшедшим, но таким прекрасным. Невероятно, но она смогла сделать прекрасным даже хаос. Даже в беспорядочность она смогла привнести гармонию и стройность. Это был её дар. И разве можно было лишить эти три мира подобного? Разве можно, чтобы такое прекрасное и талантливое существо погибло?
– Анджали! – закричал Танду, бросаясь к жене.
Песок сразу заткнул ему рот, ветер отшвырнул в сторону, приложив камнем в лоб. Кажется, потекла кровь, но Танду не обратил на это внимания, потому что Анджали уже начала исполнять последнюю, сто девятую карану чёрного танца. Ещё немного – и пути назад не будет.
Танду снова бросился к жене, обманывая вспышки молний, подныривая под коварные струи ветра и воды.
Всё воинское искусство, всю свою силу и мощь на пределе человеческих возможностей – всё это пришлось пустить в ход.
В этот раз он добрался до Анджали. Даже схватил её за руку. Даже заглянул в глаза, выкликая дорогое имя.
Но жена не услышала его. И взгляд, обращённый в пустоту, был таким же пустым. А ведь он помнил эти глаза добрыми, смеющимися, озорными, полными любви…
Порыв ветра снова отбросил его.
А Анджали всё танцевала и танцевала. Самозабвенно, исступлённо, безумно…
Это из-за того, что его, Танду, хотели казнить. Она всегда становилась немного безумной, когда ему угрожала опасность. Разрушила амокшу… бросила вызов не только царю, но и богам…
Решение пришло легко – словно Танду знал об этом, но подзабыл, а теперь всё вспомнилось.
Не раздумывая больше, он бросился к Анджали, но не стал хватать её и заглядывать в лицо, а упал прямо под ноги танцовщице. Упал на спину, раскинув руки и запрокинув голову.
Маленькая, но сильная босая женская ножка ступила ему прямо на грудь, а потом раздался вопль – полный ужаса, отчаянный.
Но это был не крик безумного существа, а крик женщины, которая кричит от горя.
– Танду! – услышал он своё имя, а потом Анджали с рыданиями приникла к нему, обнимая, целуя.
Он открыл глаза и увидел не гневную ракшаси, готовую погубить всех, а красивую, смелую, сильную и одновременно такую слабую и хрупкую женщину.
– Танду!.. Танду!.. Я не хотела… Что я наделала?!. – причитала она, ощупывая его, пытаясь стереть кровь с его лба.
– Знатный переполох ты наделала, жена моя, – ответил Танду и засмеялся, потому что увидел, как над их головами растаяли чёрные тучи и чёрные молнии полетели хороводом куда-то вдаль.
Ветер вокруг утих, дождь прекратился, солнце засияло на небе, словно ничего и не произошло, и стало так тихо, что Танду посчитал бы, что оглох, если бы не слышал шипение затухающих углей вокруг.
– Ты жив?!. – выдохнула Анджали, глядя широко распахнутыми глазами, полными слёз. – Я думала, что ты умер!
– Жив, как видишь, – Танду протянул руку и вытер ладонью слёзы, текущие по грязным щекам любимой женщины.
Но и грязная она была для него прекрасной.
– А почему тогда ты лежишь? – пролепетала Анджали, которая всё ещё не могла прийти в себя от пережитого страха.
– Да вот, принёс тебе подарок и хотел, чтобы ты станцевала для меня бахаи, – сказал Танду и протянул ей кольцо-натх.
– Моё кольцо! – воскликнула она и сразу превратилась в прежнюю Анджали. – Где ты его нашёл?
– Не поверишь, само подвернулось под руку, – Танду поднялся и сел, чувствуя во всём теле усталость, боль и полную разбитость.
Но руки-ноги были целы, а рана на лбу хоть и саднила, но уже не кровоточила.
Он сам вдел кольцо в ноздрю точёного носика жены и полюбовался, как сверкают красные камни в обрамлении золота.
– А где мы находимся? – Анджали испуганно оглянулась. – Что это за развалины?!.
– Это то, что осталось от славного города Куккутармы, – пояснил Танду, вставая на ноги. – Жители уже сбежали, и нам лучше бы убраться. Здесь жарковато и слишком грязно, не находишь?
– Нахожу… – теперь она оглядывалась растерянно. – Это – Куккутарма?! Но что произошло? Какой злодей устроил это? Кто… – и она замолчала, застыв столбом.
